"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 246

У нее щеки покраснели от ярости, а перья на голове приподнялись, словно она нахохлилась. Она наверняка думала, что выглядит как разъяренная львица, готовая разорвать врага. Но выглядела она скорее как маленький надутый цыпленок, который только что упал в лужу и теперь жутко недоволен.

Это было очаровательно. Несмотря на весь ее гнев.

— Помоги вот здесь немного, — сказал я ей, показывая, что нужно придержать. Из нас получилась отличная команда: я делал основную работу, а она придерживала, подавала и расправляла брезент при необходимости. Вскоре все было готово.

— Вот это да… Я и не представлял, что у вас тут такое могут придумать, — сказал я, когда закончил ставить последнюю из наших палаток. Чуть офигел, если честно. Каждая из этих цветных палаток оказалась не просто навесом, а целым мини-домом. Внутри было как бы три отдельные «комнаты», разделенные плотными тканевыми ширмами. Мы быстро осмотрелись, и мне сразу стало ясно, глядя на то, как кое-как свернулись остальные, что наши палатки были просто небо и земля по сравнению с тем, что было у других. Люкс, не иначе.

— Мы забрали их из Александрийского поместья, — объяснила Шелли, заметив мой удивленный взгляд. — Адлер всегда любил комфорт выше всего и предпочитал останавливаться только в лучших постоялых дворах. Но если уж приходилось ночевать под открытым небом, этот высокомерный тип требовал, чтобы для него притащили самое лучшее, что только можно купить за деньги.

— Что ж, его мерзкий характер хоть где-то нам на руку сыграл, — усмехнулся я. Отстегнул один из ремней, которые держали полог входа, поймал руку Шелли и потянул ее внутрь. Как только плотная брезентовая «дверь» опустилась, отрезая нас от остального мира, я тут же притянул ее к себе, обнял крепко и поцеловал в губы. Хотелось просто забыть обо всем на секунду.

— Паааап, — услышал я протяжный, недовольный стон прямо за спиной. Момент был безвозвратно испорчен. Выпрямился, оглянулся через плечо. Ну конечно. Мы настолько спешили или просто забыли, что не позаботились о том, чтобы закрыться с обратной стороны.

— Фуууууууу, — донеслось оттуда же.

Вот же засранец! Ну не мог он просто пройти мимо, сделать вид, что не заметил? Обязательно надо было высказаться.

— Не ори, иначе сейчас же скину тебя с этой горы нафиг, — я бросился к нашему маленькому нарушителю спокойствия. Схватил его, перекинул через плечо, как мешок картошки, и, под его восторженные (и немного испуганные) вопли, понесся к самому краю обрыва.

— Нет, я не хочу умирать! — верещал он сквозь смех, цепляясь за мою спину. Закричал еще громче, когда я сделал еще несколько шагов к краю, притворяясь, что вот-вот его швырну. Это была наша игра.

И тут совершенно неожиданно раздался оглушительно-громкий звук фанфар. Резкий, пронзительный. Мы все, кто был рядом, как по команде замерли. Игра мгновенно закончилась.

Я поставил Грэга на землю. Посмотрел наверх, откуда донесся этот звук, предвещающий что-то важное.

— Пойдем, Медведев, — услышал я голос Роджера. Он оставил Бруно и повернулся ко мне, его лицо было серьезным. — Мы должны начать подготовку.

Я тяжело сглотнул.

Вот и все.

Жопой чувствую, что близится какой-то пиздец.

Глава 22

— Охренеть, кажется, стоило искать место для лагеря поближе к вершине, — проговорил я, когда мы, держа щиты высоко над головами, карабкались в гору. Руки уже гудели и ныли от непривычной тяжести.

— Возможно, — вздохнул Роджер, но уголки его губ все равно тронула добрая улыбка. — Но в этом, Макс, и вся суть. Учти, испытания начались ровно в тот момент, когда прозвучал призыв.

— А что насчет какой-то подготовки? — спросил я у него, пытаясь перехватить щит поудобнее. Металл врезался в пальцы, хоть я и старался распределить вес равномерно.

— Если ты любое свое действие воспринимаешь как испытание, то какая подготовка может быть лучше? — ответил он в своей обычной оптимистичной манере. Я, честно говоря, его энтузиазма совсем не разделял, потому что чувствовал, как отваливаются плечи и предплечья. Но мысль в его словах определенно была. Мне вообще была близка его позиция, этот его подход к жизни. И, может, поэтому уже через несколько минут мне *показалось*, будто щит стал чуточку легче. Или это просто руки привыкли к нагрузке?

— Сколько раз ты участвовал в такой церемонии? — спросил я, когда мы, тяжело дыша, одолели очередной крутой изгиб этой чертовой извилистой дороги. Подъем казался бесконечным.

— Я участвую в церемониях с семнадцатого сезона, — ответил он, сосредоточенно глядя под ноги, чтобы не споткнуться. — Пришлось начать, как только принял на себя обязанности Ашера от своего отца. — В его голосе я уловил странную смесь печали и гордости.

Мне тут же вспомнился разговор с Байроном. Он рассказывал, как это так называемое «наследие» передается от отцов к детям на этом острове. Система тут была устроена так, что ты либо становишься Ашером с благословением Богини Солнца (и это явно не мой случай), либо наследуешь этот статус, убив собственного отца, когда тот уже не в силах выполнять свои обязанности. Жутковато, конечно. Хотя, я был почти уверен, что находились и такие сыновья, которые не ждали, пока «срок придет». Никаких исключений, похоже. И это означало, что Роджеру тоже пришлось убить своего отца, чтобы унаследовать земли и статус, которые веками принадлежали их семье, пока этого не сделал кто-то другой. Мрачно как-то.

— Мне очень жаль… — выдал я на автомате, хотя чувства были абсолютно искренними. В моей реальности такое просто не укладывалось в голове.

— Почему? — Он остановился и удивленно посмотрел на меня. Выглядел он при этом очень озадаченным. Моя реакция явно его удивила.

— Ну, просто там, откуда я родом, людям не обязательно убивать своих родителей, чтобы получить наследство, — я нервно хихикнул от неловкости. Черт, ну и ситуация. Как это вообще можно объяснить нормально?

— О, понятно, — улыбнулся кролик. Его улыбка была какой-то успокаивающей, что ли. — Обычно отцы и сыновья совершают обряд передачи наследства, когда старший к этому готов и чувствует смирение перед смертью. Мой отец, Грозный Роджер, страдал от болезни, которая лишила его зрения и скорости движений. Он не мог с этим смириться. Не хотел превращаться в дряхлого, беспомощного старика, который ни на что не способен. И решил умереть от руки своего любимого сына, пока еще мог держаться с достоинством. Это был его выбор.

— Когда ты так говоришь, в этом варварстве даже появляется какая-то… привлекательность? Или скорее трагичность? — Я помотал головой из стороны в сторону, пытаясь хоть как-то избавиться от пота, который заливал глаза и мерзко щипал. — Долго нам еще топать?

Эндрю рассмеялся, этот его смех был таким же легким, как и он сам.

— Думаю, дом Алека Свана уже за следующим поворотом.

Мы замолчали, перестали болтать и сосредоточились на дыхании. Нужно было сделать последний рывок. Тащить тяжеленные щиты в гору так долго — это, скажу я вам, удовольствие ниже среднего. Вместе с нами вверх тянулись десятки других Ашеров. Все такие же запыхавшиеся и потные, но, в отличие от меня, привыкшие к этой дичи.

Все поместье Алека Свана просто кричало о его состоятельности. Огромные ухоженные лужайки, какие-то странные статуи, фонтаны. Но сам дом выглядел особенно внушительно. Он был как будто высечен из одного цельного камня, такой монолитный и неприступный. Судья Алек Сван, великолепно одетый, стоял прямо у входа, подняв свой щит высоко над головой.

— Мои собратья Ашеры! — крикнул он в толпу, и его голос разнесся по всему склону. Байрон Рамзи, который шел рядом с нами и тоже держал щит над головой, отделился и вышел вперед, направляясь к Алеку. — Добро пожаловать в Бронзовую Гавань и в мое поместье!

Отовсюду раздались радостные возгласы. Все собравшиеся Ашеры, подчиняясь какому-то негласному сигналу, трижды энергично покачали щитами, то опуская их почти на голову, то поднимая высоко к небу. Я повторил за ними, стараясь не отставать.