"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 783

– Алла ведь уехала… – Иван не спрашивает. Он это знает. Он чувствует, что ее нет поблизости. И ему от этого становится легко.

Сторож утвердительно кивает. Кольцов озорно улыбается:

– Пойдемте! Имеем право – поесть на барской кухне.

Михаил Львович принимает его веселый тон:

– Согласен. Там хорошо. Кондиционер. Прохладно…

…Пока они ехали по городу, Роман сидел молча. У светофоров грозно посматривал на соседей, которые заинтересованно пялились на Лену. Сестра сосредоточенно крутила руль, не замечая ничего вокруг. Они благополучно миновали пост ГИБДД и даже умудрились не запутаться на развязке. Когда Лена заняла свою полосу на Кольцевой дороге, Роман нарушил молчание:

– Эй, ногу со сцепления убери.

– Почему?

– Машине это вредно. Нас учили.

Лена опустила стопу на пол и надменно спросила:

– Что-нибудь еще?

– Ага, еще, – невозмутимо добавил Роман. – Спину расслабь. А то ты как шомпол проглотила.

Сестра послушно откинулась на спинку сиденья и удивленно сказала:

– Действительно, гораздо удобней!

– То-то! Слушайся старших.

– Тоже мне, старший нашелся, – пробурчала сестра.

Роман и сам устроился поудобней. Расшнуровал кеды и забрался на сиденье с ногами. Он с досадой наблюдал, как их обгоняют не только иномарки, но и такие же, как у них, «девятки» и даже древние «копейки». Хотел съехидничать на предмет «старческой манеры езды», но сдержался: пусть сестра окончательно освоится. А уж на обратной дороге он заставит ее ехать побыстрей.

Ромик задумчиво протянул:

– И чего мы туда чешем?

Лена ничего не ответила. Сегодня, при свете дня, сестра, похоже, тоже начала сомневаться в том, что они действительно найдут Кольцова.

Завтрак Иван и Михаил Львович соорудили вместе. В холодильнике обнаружили внушительные запасы колбас, ветчин и карбонада в вакуумных упаковках. Имелись там яйца, сыр и помидоры. В хлебнице нашелся вполне приличный хлеб. Иван принялся жарить яичницу, а Михаил Львович взялся готовить тосты и варить кофе. Они тщательно старались удерживать беседу в рамках легкого трепа, не касаясь темы взаимоотношений Кольцова и Аллы. Как водится, обсудили погоду, здоровье президента и курс доллара. Иван поинтересовался, между прочим, правда ли, что сторож – доктор наук. Михаил Львович только рукой махнул: мол, давно это было. Кому оно сейчас нужно, его звание, равно как десятки научных статей, учебник и две монографии… Сейчас не до науки: жена тяжело болеет, и безмужняя дочка с ребенком на их иждивении… Приходится вот сторожить особняк и стелиться перед гостями. Однако в голосе проскользнула обида: «Я для них – слуга. Второй сорт. Быдло. Два года здесь работаю – и вот, первый раз удостоился на хозяйской кухне откушать».

…За кофе Михаил Львович небрежно обронил:

– Алла сказала мне – глаз с вас не спускать.

Похоже, Михаил Львович решил принять сторону Ивана. А Кольцов безоговорочно принял сторону Михаила Львовича. Как же иначе: ему всегда нравились такие люди – порядочные, образованные и поэтому, наверное, небогатые, в отличие от Аллы и ей подобных – циничных, расчетливых и оттого обеспеченных. Иван поинтересовался:

– Здесь телефон есть?

Михаил Львович внимательно посмотрел на него и ответил:

– Считается, что нет.

Кольцов удивился:

– Как так?

– Алла спрятала.

Иван нахмурился. Госпожа Вельская, похоже, плотно за него взялась…

Михаил Львович пристально наблюдал за гостем:

– Иван… Скажите… Алла – она кто вам? Извините за вопрос, конечно…

Кольцов ответил, с трудом сдерживая злобу:

– Заработать на мне хочет. Я, видите ли, специалист редкой квалификации.

«Хорошо, – подумалось ему, – если бы сторож удовлетворился этим ответом».

Но Михаил Львович, тактичная душа, больше не стал спрашивать ни о чем. Он молча направился к выходу из кухни, поманив за собой Ивана. Кольцов поспешил за ним. В гостиной Михаил Львович подошел к секретеру, открыл выдвижной ящик и поднял пачку бумаг.

На дне ящика чернел пистолет Макарова.

Михаил Львович смущенно сказал:

– Мне сегодня нужно было страховку на дом продлить. Документы все – в этом ящике. Вот я и нашел случайно…

Иван к пистолету не притронулся. Зачем? Он повернулся к сторожу, спросил требовательно:

– А телефон?

– Телефон она спрятала в духовке.

– Здрасьте всем, большой привет! – фамильярно поприветствовал капитана вломившийся в его кабинет лейтенант Вася Буслаев.

– Привет-привет, – буркнул Петренко.

Он уже успел помыться-побриться. В те далекие времена, когда Комиссию создавали и строили для нее это убежище, душевые для сотрудников, как, впрочем, и горячая вода, считались вредным излишеством. Вот и пришлось Петренко принимать водные процедуры в туалете, изгибаясь над жестяной раковиной и чертыхаясь. Однако ледяная струя все равно взбодрила капитана. Компьютер же за время умывания отсортировал из базы данных ГИБДД все зарегистрированные в Москве и Московской области небольшие джипы (плюс «Рэнджроверы») желтого, бежевого и, на всякий случай, белого цвета. В списке оказалось семьдесят восемь автомобилей, вместе с номерами и именами владельцев. Не так уж мало. Но, откровенно говоря, не так уж и много. Могло быть хуже. Петренко не стал, естественно, вводить еще одно ограничение на поиск – хозяйкой должна быть непременно женщина. Ездить Пиковая Дама может и по доверенности, а машина может быть зарегистрирована на кого угодно, хоть на мужика, хоть на фирму. В конце концов, даже числиться в угоне…

И как теперь все эти семьдесят восемь авто проверять?

– Что-то ты радостный… – протянул Петренко при виде ухмыляющейся рожи Буслаева. – Миллион, что ли, в казино выиграл?

– Почти!

– Ну, рассказывай.

– Приезжаю я вчера в игорный дом. Он весь сверкает огнями. Привратник делает мне поклон, двери сами собой отворяются…

– Ближе к сути, – прервал Петренко.

– Пожалуйста, о сути: был вчера там наш клиент! Был! Есть о нем запись в ихнем «журнале боевых дежурств» или как там его еще называют? «Книга почетных посетителей», что ли… Сам видел, черным по белому: Кольцов Иван Петрович. И его собственноручная роспись!.. Больше того!..

Буслаев сделал эффектную паузу. Петренко промолчал.

– Помнят в игорном доме этого самого Кольцова. Помнят! И знаешь почему? Да потому, что он не далее как вчера выиграл в этом самом игорном доме около семи тысяч американских дензнаков!..

Подчеркнутое русофильство напарника порой раздражало Петренко (Буслаев, в частности, не только именовал казино «игорным домом», но и доллары – «американскими дензнаками»). Однако сейчас Петренко старался не обращать внимания на буслаевские лингвистические закидоны, только мысленно подгонял Василия: давай, мол, выкладывай все поскорее!

– Поговорил я с ихним начальником охраны, – продолжал Буслаев. – Большой прохиндей, должен вам заметить, между прочим. Фамилия Качуков. Он почему-то сначала весьма испужался, но затем довольно-таки внятно пояснил мне, что видят они нашего героя в первый раз…

– Ну, еще бы!.. – усмехнулся Петренко.

– …ни в каких «черных списках» он не состоит – значит, в других игорных домах его также с плохой стороны не знают. Пробыл Кольцов в «Византии» не более двух часов, примерно от двадцати трех до часа ночи. За это время выиграл, как я уже сказал, более семи тысяч зеленых хрустов. При этом он – внимание, господа, туш! – пять раз подряд выиграл на «число». Вы, сударь, кажется, петербургский мехмат кончали? Значит, можете в точности подсчитать вероятность сего события. Я пока ехал назад, прикинул: получилось что-то около одной шестидесятимиллионной. Неслабо, да?..

Петренко не удержался и вздохнул.

Черт побери!.. Объект становился все более и более публичным. Мало того, что он встречался с этим журналистом Полуяновым и, бог его знает, что успел ему, быть может, наболтать! – он еще и в казино засветился!