"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 828

Официант проводил их к столику. Прямо у ног шумело море, плескались рыбехи, запах соли мешался с ароматом накрахмаленной скатерти.

– Ну, – Варя потерла руки, – где мои крабы?

– Крабы уже готовятся, – отрапортовал чистенький официант. – Готов принести аперитив…

«Любят они тут модные словечки!»

Варя сладко улыбнулась официантику:

– Пожалуйста, дайкири. Обязательно с лаймом. Побольше льда. А изморозь не делайте.

– Под изморозью… вы имеете в виду…

Официант опасливо покосился на Смолякова.

– Я имею в виду сахарную крошку по кромке бокала. Ее вот – не надо.

Смола с улыбкой прислушивался к их диалогу. На лице его играла снисходительно-отеческая улыбка. «На меня так папа смотрел, – вспомнила Варя, – когда я в детстве мороженое с газировкой мешала. Действительно – веду себя как ребенок: дайкири, лайм, изморозь…»

– А что вы… что ты себе ничего не заказал?

– Они знают, – короткий кивок в сторону кухни. – Виски с содовой, «силвер лейбл».

– Давай-давай, – продолжала хамить Варвара. – Решил и «Ауди» до кучи разбить?

Смола перчатку не поднял:

– За рулем я не пью. И шофера – уже вызвал.

Дайкири принесли быстро. Варя цепким взглядом определила: лайм заменен лимоном. Но указывать официанту на недоработку она не стала. Хватит ей выеживаться. А то как бы из-за нее парня-халдея не уволили.

Смоляков поднял свой тяжелый бокал с виски:

– Ну, Варя, за знакомство.

– И еще – за случайные встречи. Все время мы встречаемся случайно… И вчера, на перевале. И сегодня, на набережной, – лукаво улыбнулась Кононова.

– Вся наша жизнь – одна сплошная случайность, – резюмировал Смоляков.

– Ага… – простодушно кивнула Варя, отхлебывая дайкири. – Вчера – уж настолько случайная встреча была…

– Что ты имеешь в виду? – насторожился Смола.

– А то, что ты без охраны ехал. Нетипично как-то получилось. Случайно.

– Уже тебе про меня наплели, – вздохнул Смоляков. – Даже догадываюсь, кто расстарался… Журналистишка этот рыжий… как его там… Кирилл?

– Кто – значения не имеет, – решительно проговорила Варя. – Ты скажи лучше – правда про охрану или наврали?

– Да правда, правда, – досадливо отвечал Смоляков. – Действительно, в городе я езжу только с охраной. И сейчас за нами джип ехал, если ты заметила… Но вчера мы, во-первых, были не в Суджуке. А во-вторых – ехал я в нерабочее время. Ну и охранникам своим – тоже дал отдохнуть.

– Как неразумно! – покачала головой Варя. – Покушения как раз и происходят в нерабочее время, вдали от людных мест…

– Значит, не убедил, – вздохнул Смоляков. – Попробую по-другому. Охрана мне нужна – как это молодежь говорит – для понтов. Для форсу. Чтоб боялись и уважали. А ночью, на трассе, перед кем мне понтиться?

«М-да, тема скользкая, – решила Варя. – Пора ее менять».

Она миролюбиво сказала:

– Ладно, проехали. Тогда еще вопрос. Зачем я тебе нужна?

– То есть как – зачем? – Смоляков расплылся в улыбке.

Варя оборвала намечающийся комплимент:

– Да ладно. Не надо мне про твою вечную благодарность рассказывать. И про мою неземную красоту – тоже не нужно. Скажи честно – к чему это шоу? «Ауди» на пешеходной дорожке, пустой ресторан… Крабы…

– Ценю прямоту, – усмехнулся Смоляков. Снова поднял свой бокал, легонько коснулся им Вариного дайкири. – А затем, Варечка, ты мне нужна, что я справки о тебе навел. Как и ты обо мне… И узнал я, кто ты такая…

– У кого же узнал? – немедленно поинтересовалась она.

– Без комментариев. Могу сказать только то, что знаю. Ты – журналистка, работаешь в «Зазеркалье», приехала писать панегирик про курорт Суджук. И случайно прознала про наши ЧП – в Соленой Пади и в Медвежьем.

«Откуда узнал – непонятно. То ли мэр его информацией кормит, то ли Пашуков, то ли – Кир из «Прибоя». Или вообще – какой-нибудь седьмой-на-киселе чиновник».

– Ну, а ваш интерес здесь в чем? – ощетинилась Варя.

– Твой. Твой интерес. Мы же – на «ты». А мой интерес, Варенька, в том, чтобы оба убийства – раскрыли.

– А зачем тебе, чтоб раскрыли прошлогоднее убийство Овчара? – сделала новый выпад Кононова.

Смоляков округлил глаза:

– Варя, Варечка! Ты про бетон-то не забывай! Забетонирую ведь ножки твои в тазике – и сброшу с волнореза!

– Не смешно, – спокойно ответила она.

– Действительно, не смешно, – посерьезнел Смоляков. – Извини. Нет, с Овчаровым мне делить было нечего. У меня – своя поляна, у него – своя. А с теми, кто погиб в Соленой Пади, – мне тем более делить нечего. Но, однако, я убийства намерен раскрыть.

– Вот как? – протянула Варя. – А ты что, следователь? Местной мафии, что – за раскрываемость тоже премию дают?

– Нет, я не следователь, – жестко ответил Андрей. – Я здесь – хозяин. Этот курорт – мой. А сейчас на моей территории происходит беспредел. И допустить его – я не могу.

– Андрей, не говори красиво, – поморщилась Варя.

– Все, больше не буду. – Смоляков слегка повысил голос: – В общем, Варя, расклад такой. Давай расставим точки над «i» и будем есть крабов. Я от тебя ничего не требую. И ничего у тебя не прошу. Ты приехала копаться в этих убийствах – копайся, мне это только на руку. Чем больше шума – тем больше менты стараются. От них, кстати, толку не жди – ГУВД у нас исключительно бестолковое. И помощи от ментов тебе тоже не будет. Так что если тебе что понадобится… любое содействие, в рамках наших… скажем так, практически не ограниченных возможностей – обращайся. Поможем.

– А что взамен? – прищурилась Варя.

– Ничего, Варя, ничего. Если не хочешь – можешь даже информацией не делиться. Мне просто очень важно, чтобы оба убийства были раскрыты. И ради этого я готов идти на любые жертвы. И – на любые расходы.

«Нет, что-то тут не так. Слишком этот Смоляков благостный. Радетель, блин, за справедливость. И случайностей в двух наших встречах – через край. Так не бывает».

– Как странно… – немедленно озвучила свою мысль Кононова. – Все-таки, Андрей, мы слишком часто случайно встречаемся.

– Я ж говорю тебе: вся наша жизнь – случайность. Один большой и красивый счастливый случай. Сначала – ты приехала в Суджук. Потом – помогла мне на перевале. А сегодня я узнаю, что мы с тобой заняты общим делом! Это ли не везение? Попали – три раза подряд. Причем «в номер». Почти невероятно!

– Вот именно, – немедленно отреагировала Варя. – На рулетке вероятность попадания «в номер» три раза подряд составляет одну тридцать седьмую в кубе. То есть примерно одну пятидесятитысячную. Точнее, единица, деленная на пятьдесят тысяч шестьсот пятьдесят три.

– Но такое же бывает! Я сам однажды три раза подряд на «тринадцать» выиграл!

– Что-то здесь не так, – развела руками Варя. Беззащитно улыбнулась, объяснила: – В твоей безупречной логике есть какая-то брешь… Но пока я никак не пойму, в чем дело…

Смоляков развел руками:

– На самом деле – все это ерунда. А истинная подоплека, Варечка, в том, что я – влюблен. С первого взгляда влюбился в шикарную москвичку Варвару. Вот и ищу точки соприкосновения.

Он накрыл ее руку своей теплой ладонью:

– Разве ты не видишь, что я тебя обольщаю? Глупый старый дурак изо всех сил старается произвести впечатление… Бросает томные взоры, говорит сладкие речи…

Варя решительно выдернула свою руку. Открыла рот, чтобы произнести отповедь… Но тут подошел официант, принялся выгружать на стол тарелки. Смоляков продолжил:

– …раздобыл для тебя крабов. Наших, черноморских, – как ты просила. Они ведь из Суджука, верно?

– Д-да-да, – испуганно вякнул официант.

– А потом мы с тобой поедим, и придет оркестр, и мы начнем танцевать – только мы, одни на всем пирсе…

«Дурацкая комедия», – прошептала Варя, кивая в ответ на сладкие речи. Впрочем, слушать Андрея и смотреть на его безупречные рубашку-брюки, вдыхать сладкий запах его парфюма было, безусловно, приятно.

А Смоляков продолжал разливаться соловьем: