"Фантастика 2025-117". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 972

– А я пока посмотрю внешний периметр. Поговорю со сторожем, – проинформировал ее Опер.

…Спустя полчаса все пятеро подозреваемых, находившихся в момент убийства в главном корпусе базы, были помещены в столовой под надзор милиционера-сержанта. На кухне Варя реквизировала электрический чайник, а также запасы кофе и сахара. А будущий «штаб расследования» Кононова разместила в комнате отдыха базы.

Итак, все поручения Опера она выполнила быстро и четко. И к тому же составила собственноручно список тех, кто находился в момент убийства в главном корпусе.

1. Карпов Евгений, 32 года, постоянно проживает в Валенсии, Испания. Играет за «Реал-Валенсия», нападающий. Женат, двое детей.

2. Нычкин Василий, 20 лет, проживает в Ростове-на-Дону. Играет за местный «Дон», нападающий. Не женат.

3. Галеев Ренат, 23 года, проживает в Саратове. Играет за «Ястреб», вратарь. Не женат.

4. Овсянников Кирилл, 32 года, проживает в Самаре. Играет за «Красные крылья». Женат, имеет сына.

5. Тимошенко Снежана, 19 лет, москвичка. Модель. Не замужем.

Как раз к тому времени следователь и эксперт управились с осмотром места происшествия. Тело несчастного Кондакова из номера унесли, и «труповозка» отвезла его в морг. Следователь остался в номере, чтобы составить протокол, а Опер и эксперт отправились в «штаб расследования», чтобы покурить и покалякать. Тут и Варвара со своим списком основных подозреваемых подоспела. Опер взял его, просмотрел и сказал:

– Добротно. Молодец, Варвара, – но все ж таки подпустил шпильку: – Только непонятно, зачем ты про ихнее семейное положение пишешь? Замуж, что ли, за кого из них собираешься?

Когда работаешь в мужском коллективе, расслабляться нельзя ни на секунду. Варвара вспыхнула.

– А что, это можно, – задумчиво, словно бы всерьез, продолжил Опер. – Футболисты нынче – люди богатые. Правда, кто-то из них, этих четверых, теперь под статьей ходит.

Варвара сухо сказала:

– Я просто переписала все возможные данные. Чтоб вам же было легче работать.

– Ладно, ладно, – Опер потрепал ее рукой по плечу. – Не обращай внимания. В четыре утра я всегда шучу неудачно.

– Кстати, прошу обратить внимание: эта модель Снежана Тимошенко тоже не замужем, – не удержалась от ответной шпильки Варя. – Можете действовать.

– Ох, избави меня бог от моделей, – скривился Опер. – Ладно, садись, Варвара, перекури.

– Вы же знаете: я бросила. И вам советую.

– Бросим, Варенька. Обязательно бросим. Но не в четыре утра, когда над нами «мокруха» висит.

И Опер вместе с экспертом закурили в два горла. Пепельницы в комнате отдыха не нашли, стали стряхивать пепел в блюдечко, которое достали из шкафа с посудой.

Варя тихонечко, как мышка, устроилась в углу в богатом кожаном кресле. Достала ручку, положила на колени блокнот.

…В начале ее практики коллеги по оперативно-следственной бригаде Варвары чурались: «Что это, мол, за комитетчицу тут за нами надзирать прислали?»

Но Варя держалась скромно. Глупых и подозрительных вопросов не задавала. «Вынюхивать» ничего не «вынюхивала». Ненавязчиво, но с искренним интересом училась у коллег милицейскому мастерству. И постепенно мужики привыкли к ее постоянному присутствию. Поверили, что она никакая не стукачка и никаких маленьких милицейских хитростей выдавать никому не собирается. Поэтому ее стесняться перестали. Вот и теперь эксперт Виктор Герасимович безо всяких обиняков, словно Вари и не было в комнате, рассказывал оперу Малюте о результатах осмотра места преступления:

– Смерть Кондакова наступила между часом и тремя ночи. Причина смерти – удар острым предметом в область шеи.

– Что это за острый предмет?

– Обычный перочинный нож.

– Обычный?

– Ну, не совсем обычный. Швейцарский офицерский.

– Значит, орудие преступления у нас имеется? – спросил Малюта.

– Вот он.

Эксперт бросил на стол запакованный в полиэтиленовый пакет нож. На его лезвии остались буро-ржавые следы крови.

– На «заказуху» не похоже, а? – довольным голосом проговорил Малюта. – Смахивает на «бытовуху»?

– Так точно, – облегченно выдохнул эксперт.

Опер повертел в руках запакованный в полиэтилен ножик.

– Хорошая игрушка, – оценил он. – Сколько в нем лезвий?

– Вроде бы двенадцать, включая ножницы и отвертку, – задумчиво проговорил эксперт и усмехнулся: – Плюс штопор…

– А отпечатки пальцев?

– Отсутствуют.

– Раз удар был в шею, – раздумчиво проговорил Опер, – значит, кровищи из Кондакова, наверно, вытекло много?

– Много, – кивнул эксперт.

– Наверно, и убийцу обрызгало, как ты думаешь? – Опер вопросительно глянул на коллегу.

– Запросто.

– И одежду, и тело?

– Не исключено. Совсем не исключено.

– Варюшка! – немедленно обратился опер Малютин к Варваре. – Ты подозреваемых всех видела?

– Да, – откликнулась она.

– Кровь у них на теле или на одежде заметила?

Варвара задумалась, а потом отрицательно покачала головой.

– Значит, убийца где-то спрятал окровавленную одежду, – заявил эксперт Герасимович.

– Или хорошенько вымылся. Если вдруг был в момент убийства голый, – с усмешкой подхватил Малюта.

– Или он вообще не из этой пятерки, что были в корпусе, – заметила со своего места Варя. – Допустим, какое-то неизвестное лицо проникло на базу. Этот человек убил Кондакова, а потом так же незаметно ушел.

– Да, охрана здесь ни к черту, – подтвердил Опер. – Кстати, ничего из вещей из номера не пропало. Все на месте: деньги, кредитные карты, золотой перстень.

Малюта сказал это, словно бы размышляя вслух, а на самом деле, как Варвара поняла, он просто хотел ввести ее в курс дела (хотя совершенно не обязан был этого делать). Варя была ему за это благодарна.

– А что скажет медицина, – спросил Опер, выпустив к потолку клуб дыма и снова перенося свое внимание на Герасимовича, – как наш убитый вел себя в момент нападения? Сопротивлялся? Боролся?

– Похоже, что нет. Костяшки пальцев без травм. Под ногтями нет следов чужой кожи или волос. В общем, никаких следов борьбы.

Эксперт развел руками.

– Мне тоже показалось, что его ударили внезапно, – кивнул Опер. – Может, пока он спал?

– Может, и пока спал. А может, Кондаков просто ничего не подозревал. Он хорошо знал убийцу и полностью доверял ему. Тот подошел к нему почти вплотную. Руку с ножом держал, допустим, за спиной. А потом ударил. Неожиданно ударил.

– А куда же убийца делся? В номере было открыто окно. Как там с пальцевыми отпечатками – на подоконнике, на ручках?

– Отпечатков в номере полно. Есть четкие. Сняли. Будем идентифицировать.

– Варвара, пометьте, – обратился Малюта к стажерше. – Надо снять пальцевые отпечатки у всех пятерых основных подозреваемых.

– Угу.

– А что со следами на подоконнике? – Опер снова переключил свое внимание на эксперта.

– На подоконнике никаких четких следов ног нету.

– А под окном – на асфальте, на траве?

– И под окном тоже. Правда, все это время шел дождь.

– Значит, убийца в окно не выпрыгивал?

Эксперт пожал плечами.

– Кто его знает. Может, и выпрыгнул. Футболисты – ребята спортивные. Зачем убийце обязательно становиться на подоконник? Он мог его ногами и не касаться. Подтянулся на руках – и выпрыгнул. А те следы, что он внизу, на траве, оставил, уже дождем смыло…

– Думаешь, такой расклад? – прищурился на эксперта Малюта.

Тот невозмутимо ответил:

– А может, убийца остался внутри. И окно раскрыл просто для отвода глаз. Пятьдесят на пятьдесят.

– Замечательная у нас экспертиза! – усмехнулся Опер, апеллируя к Варваре, которой он, похоже, все-таки симпатизировал. – Прямо как прогноз погоды. Точность – пятьдесят процентов. «То ли будет, то ли нет; то ли дождик, то ли снег». Так и тут. «Может, выпрыгнул. А может, и не выпрыгнул».

В комнату неслышно вошел следователь Костик. Вид у него был довольно-таки пришибленный. Даже, можно сказать, перепуганный.