"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 433

Ей было так страшно, как не было даже перед смертью. У неё не оставалось близких людей, кроме отца: ни матери, ни сестёр, ни подруг. Но всё же она боялась за людей, за деревни и городки, за такие же, как их с отцом, корчмы и таверны, разбросанные по дорогам. Скорее бы, скорее бы всё завершилось – хоть как-нибудь, но наступил бы конец.

Новый раскат вновь раскроил небо над улицами Туманного города, внутрь ворвалось пламя. Агне вскрикнула, сжалась в комок у стены, в полынном кусте.

– Ты в порядке? Эй, дочка корчмаря!

Кто-то тронул её за плечо. Подняв голову, Агне увидела Варде и посмотрела мимо его плеча, на небо. К счастью, пламя погасло, не дотянувшись до крыш домов.

– Всё хорошо. А ты? Живой?

Варде помог ей встать и хмыкнул.

– Живой, если про нас можно так сказать.

Агне тоже усмехнулась. И правда, она и не подумала, когда говорила.

Снова затрещало, где-то ниже по улице раздались крики. Варде ухватил Агне под локоть и затащил за угол, во двор.

– Не надо тебе по улицам шататься, – сказал он серьёзно, утерев лоб.

– Я к отцу ходила.

– Так и сиди у него.

Агне вырвала локоть из его пальцев.

– Сама решу. А ты? Я слышала, на тебя многие точат зуб. Говорят, ты наших убивал.

Варде покачнулся с мыска на пятки, сунув большие пальцы за пояс.

– Пусть точат, пока не до этого. Видишь, как завертелось. Никто из нежаков не станет сейчас убивать нежака. Потом – как знать. Послушай, Агне. Я тут думаю…

Он обернулся на улицу, тёмную, с сыплющимися с неба искрами, наполненную воем и страхом. Агне и сама понимала: так не должно быть, раньше было не так. Раньше тут во дворах цвели цветы, вечерами ложился душистый влажный туман, гуляли куры и живые дети – пусть она мало раз сюда спускалась, но всё же это место никогда нельзя было назвать страшным.

– Люди, – выдохнул Варде. – Надо отвести их к своим.

– Но на поверхности их быстрее сожрут. – Агне снова пригнулась, когда наверху загромыхало, но, к счастью, на этот раз без разрывов. – Как ты себе это представляешь?

– На поверхности тоже всё меняется. Я выходил. Я смотрел, что творится у Озёрья. Туда стекаются все нежаки, которые стояли вдоль дорог и других поселений. И чародеи тоже. У дальних деревень почти пусто. А что будет здесь завтра – только Покровители знают. Я бы хотел увести отсюда живых, особенно детей. Хотя бы попробовать.

Агне едва удержалась, чтобы не наброситься на него. Она с таким трудом привела сюда отца, полагая, что Туманный город – единственное место, где упыри не тронут человека, а он пытается её убедить, что живым здесь не место?!

– Я привела сюда отца не просто так, – огрызнулась она. – Не для того, чтобы ты приходил и убеждал меня, что на поверхности лучше.

– Я никого не убеждаю, – фыркнул Варде. – Просто решил поделиться. Каждая улица тут выводит в определённое место на поверхности. Самые окраинные переулки ведут в дальние Уделы. Там-то точно меньше всего нежаков. Все сейчас у Озёрья и вдоль дорог, ведущих к нему. Вместе с чародеями. Просто пришла мысль: если чародеи решат всё спалить, что станет с живыми, утащенными в болото? А я немного знаю чародеев. Их хлебом не корми, дай чего-нибудь сжечь.

– Всё горюешь о старой шкурке? – Агне так и хотелось снова ощетиниться, но Варде говорил с такой серьёзной задумчивостью, так озабоченно оглядывался по сторонам, что она поняла: она ему верит. Или хочет верить. Очень похоже на то, что он правда стремился сделать как лучше. В конце концов, даже старые нежаки с шипением разбегаются от сыплющихся с неба искр, что уж говорить о бедных людях, которые даже не смогли смириться с тем, что их привели под болота?

– Из огня да в полымя, – буркнула она уже спокойнее. – Ладно. Моего отца тогда тоже отведём, хорошо?

Варде кивнул со всей серьёзностью, плотно сжав бледные губы.

– Хорошо. Пошли.

Глава 19

Пусть горит

Следующим утром Мавна оставила Купаву валяться в кровати и сама отвела Раско к Царже. Он всё реже просил крови – всего лишь один раз в день, и Мавна привычно резала руку своим хлебным ножичком. Но теперь, когда она обхватывала новую рукоятку, пальцы будто приятно покалывало и в груди теплело от воспоминаний. Какой хороший и счастливый был вечер, и каким далёким теперь кажется…

– Можно? – Мавна заглянула за дверь, пропуская Раско вперёд себя.

Царжа заправляла постель. Казалось, она вообще никогда не покидает свою комнату, постоянно сидит тут в духоте, перебирает травы, замешивает снадобья и что-то готовит. Теперь Мавна подумала: что, если она стала домоседкой после времени, проведённого в чертогах царя? После тёмного сырого города под болотами, конечно же, хотелось чего-то тёплого, человеческого и уютного.

– Заходи.

Едва проснувшись сегодня с колотящимся сердцем, Мавна решила, что пойдёт к Царже и поговорит с ней серьёзно, даже жёстко: она ведь давно заметила, что Смородник залечил все свои раны, кроме укуса упырицы на шее, только не думала, что в этом мог быть какой-то особый умысел, даже спросить не догадалась. Царже не составило бы труда залечить и укус тоже – она умеет вытаскивать мальчиков из козлов и выращивать лягушачьи шкурки, что ей какой-то укус? Но после вчерашнего разговора с Купавой Мавна поняла: наверняка Царжа не одной Купаве рассказала про то, что не только шкурки могут служить проводниками для прохода под болота. И от понимания, что старая колдунья пользуется положением и толкает людей на сомнительные решения, в груди разгоралась ярость – непривычная, растапливающая лёд на сердце и заполняющая пустоту ярким огнём.

Раско вприпрыжку пробежал к столу и с размаху забрался на стул, поджав ноги. Дудку он сегодня не взял, вроде бы охладел к ней, поняв, что не очень-то получается на ней играть.

– Как братишка? – спросила Царжа, вынимая для него из печи кружку с дымящимся отваром.

– Хорошо. Почти перестал пить кровь.

Мавна ответила холодно, не сводила взгляд с Царжи, пыталась по её смуглому лицу понять, кто же она? Благодетельница? Интриганка? Простая колдунья-райхи?

– Вот видишь. Всё хорошо, девочка. Всё хорошо.

Мавна села за стол и сглотнула, опустив голову. Волосы рассыпались прядями по обеим сторонами от лица, но поправлять пряди она не спешила. Хорошо ли всё было? Нет. Вовсе не хорошо.

– Купава сказала мне про то, что укус упыря может провести человека под болота. Это правда?

Раско с прихлёбыванием начал пить своё ароматное зелье. Царжа замерла, настороженно повернулась к Мавне и села напротив – на то место, где и всегда сидела.

– Это правда. Болота принимают только тех, у кого есть приглашение. А приглашением служит не всё.

– Ты поэтому не стала лечить укус Смородника?

Мавна подняла на Царжу взгляд. От произнесённых слов сдавило горло и стало горячее в глазах, будто ярость не смогла разгореться и выплеснуться на старуху, а трусливо решила обратиться в слёзы.

– Девочка моя. Я всё бы стала лечить, если бы меня просили. Но я посчитала, что лучше сперва предупредить.

«Предупредить». Всё ясно, красиво наговорила ему, что укус пропустит к царю, – а он, дурак с горячей головой, поверил.

– Ты всем это говоришь? Или только если видишь, что человек готов на любые дикие глупости?

Царжа не стала делать вид, что не понимает, о чём речь. Вздохнула и сцепила руки в замок.

– Я сказала то, что должна была. Я тоже хочу положить всему конец и пожить спокойно. И чтобы наши дети из слободы жили спокойно. Не всё ли равно, кто мне в этом поможет?

У Мавны потекли злые слёзы.

– Не всё равно! Ты не видишь, какой он? Сколько натерпелся? Зачем ты с ним так?

Царжа пожала плечами.

– Все мы натерпелись. Не он, так другой. А ты что же? Собралась спасать? Успокойся, девочка. Мы уже ничего не сделаем.

– Но ты сделала. Сидишь в своей комнате и плетёшь сети. Убеждаешь других творить глупости.

Царжа медленно поднялась и разлила чай по кружкам – так привычно и спокойно, будто вокруг ничего не происходило.