"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 602

И опять Тим неплохо подобрал слова за нас обоих.

-    Тимур, остановится в гостевом корпусе, а ты, Глеб, у моей дочери. Я верно понял?

Я непроизвольно повернулся к Селене. Я буду с ней ночевать прям так открыто? Да?

-    Да, - ответила она отцу. Я перевел взгляд на него, и готов был поклясться, что его забавляет моя реакция.

-    Крон убежден, что ты один из лучших командиров экипажа на его памяти, - на этой фразе Герион заулыбался открыто.

-     Папа! - возмутилась Селене.

-    Ну, прости, - рассмеялся он. - Не удержался. Глеб, я буду рад познакомиться ближе и пообщаться, когда ты действительно захочешь. И с тобой, Тимур, тоже. Будьте как дома, отдыхайте. А мне пора присоединиться к жене и сыну.

С этими словами Герион поднялся, погладил Илмеру по голове и покинул комнату.

-            Где присоединиться? - уточнил Тим.

-            Они в городе. Пошли покажу, где сегодня живете, потом поедим.

-    Этот Глеб вел себя совсем глупо? - прошептал я на тала, когда она потянула меня по мощеной узкой тропинке через сад к маленькому одноэтажному корпусу, приютившемуся прямо за верандой.

Она тихо рассмеялась.

-    Нет. Наоборот. Ты ему понравился. Знаешь, как говорят тала? Командир - не тот, кто за всех решает, а тот, кто объединяет и кому доверяют. Это он и увидел.

Я прокрутил в голове диалог с Герионом с самого начала. Точно это увидел? Все зависит от интерпретации. Мои ответы больше походили на скудные попытки социопата общаться.

-    Не волнуйся. - Селене остановилась перед домиком и обернулась ко мне. - Крон вас двоих именно так и описывал. Тебе сюда, - кивнула она на дверь. - Тим, нам с тобой дальше.

Она отпустила мою руку и направилась дальше. Тим, проходя мимо, подмигнул мне. Будто за последние десять минут и без его насмешек мало было впечатлений. Я немного понаблюдал, как они огибают небольшой живописный пруд, развернулся и с замирающим сердцем вошел в ее дом, который до этого мгновения видел изнутри лишь частично и по связи.

Большая часть прихожей представляла собой гардероб. Планировка жилых помещений Иммеи несколько отличалась от привычных земных, если конечно не считать комнат в общежитии академии. Я удержался от соблазна прогуляться между полок и узнать, что скрывает верхняя одежда моей ирра. Пожалуй, узнаю это лично у нее. Точнее на ней. Не улыбаться таким чудесным фантазиям не получилось. В приподнятом настроении я прошел дальше и оказался в просторной комнате, объединяющей в себе гостиную, спальню и кухню. Прозрачные стены и потолок создавали ощущение невесомости. Для отчетности я удостоверился, что за дверью рядом с большой кроватью скрывается туалетная комната, и вернулся обратно.

Нужно было еще сходить в машину за вещами, и этим я предпочел заняться прежде, чем появится Илмера.

-    Я все еще с вами, - усмехнулся Тим, сидя за столом в домике моей тала, когда я зашел внутрь с двумя сумками на плече.

-            Да, я так и подумал.

Я сбросил свои вещи на пол, а чемодан Тима швырнул ему. Тот ловко принял пас.

-            Благодарю, друг мой.

-            Не за что, друг мой, - парировал я.

Селене заулыбалась. Она вытащила из сухого шкафа нечто упакованное в вакуум и установила в печь.

-            Взаимно? - с хитрой ухмылкой передразнил Тим мою недавнюю реплику.

Я не отреагировал. Вместо этого дошел до своей тала, обнял ее со спины и

прижался губами к ее затылку. Она замерла.

-            Тебе помочь? - прошептал я в мягкие шелковые волосы.

Она протяжно вздохнула.

-            Рано, да? - понял я ее реакцию.

Ее тонкие пальцы обхватили мои руки.

-            Нет.

-            «Нет, не нужна помощь» или «нет, не рано»?

Почувствовал, как внутри ее груди зарождается тихий урчащий звук, что-то среднее между смехом и рычанием.

-            Сейчас вообще запутался.

Селене обессилено откинулась мне на плечо и рассмеялась, а после реплики Тима «не, ну, я не хочу больше лекции смотреть» и вовсе застонала.

Глава четвертая

Илмера Селене

Я расположилась на стуле, спиной к столу и возможно излишне внимательно следила, как мой чистокровный убирает посуду. Сначала он выставил за дверь Тима вместе с вещами, затем усадил меня и теперь сосредоточенно разбирался с содержимым шкафов. Возможно, короткая стрижка подходила ему больше, да и розовые от смущения кончики ушей так видно бьло намного лучше, но я бы все же предпочла те вьющиеся жесткие длинные пряди. Прикасаться к ним, пропускать между пальцев.

Я подавила желание встать и провести ладонью по его плечам и спине. Вместо этого попыталась подобрать эпитеты, которые позволили бы мне в полной мере описать то восхищение и бесконечную потребность созерцать совершенное создание природы Земли, но всякое слово на знакомых мне языках казалось тусклым и пресным. Каждое его движение, каждый изгиб его тела вновь и вновь порождали в душе нелепое ощущение абсолютной власти над Вселенной только лишь потому, что этот чистокровный принадлежит мне, и я имею полное право любоваться им все мгновения своей жизни.

Глеб обернулся. В голубых глазах светились надежда и неуверенность.

-    О чем думаешь? - осторожно спросил он и, как когда-то в школе, принялся потирать свой правый локоть.

Я улыбнулась.

-            О том, какой ты красивый, и какая глупая тала.

-            Что?.. - Он недоверчиво засмеялся.

-    Ты меня завораживаешь с самого начала, и это неизменно. Но неизменно и странное чувство, будто я владею миром каждый раз, когда думаю о том, что ты мой. Глупая тала.

Мой чистокровный замер. Его дыхание сбилось, зрачки расширились. Я встала и приблизилась к нему, заглянула снизу вверх в эти потрясающие затуманенные желанием и страстью глаза.

-            Глеб, - позвала я.

Он выдохнул что-то едва различимое вроде «да». Я протянула руку и прикоснулась пальцами к его щеке.

-            Ты останешься со мной, в моей постели?

Это было слишком - знаю. Он ждал и хотел. И я не имела права мучить, но отказаться от чувственного удовольствия, которое давал мне только он один, не могла.

С тихим хриплым стоном Глеб прикрьл глаза и прижался губами к моей руке, затем склонился к моему лицу. Я ощутила его ладони на своей спине. Напряженный, чуть подрагивающий, он прижал меня к себе и замер. Я все еще смотрела снизу вверх в его полные страсти лазурные глаза. От настойчивого самоуверенного курсанта академии, что требовал моей ласки и любви, не осталось и следа. Будто потерянный, он ждал моей команды и чутко воспринимал каждое мое движение или вздох. И так бьло даже лучше. Я могла позволить себе делать, что вздумается.

Первое, что я хотела, - избавиться от его футболки. Глеб надрывно выдохнул, когда я провела ладонями по его обнаженной груди и запустила пальцы под пояс джинсов.

-            Ты разрешишь мне снять их? - вновь не удержалась я.

Вместо ответа услышала хриплый тихий стон у своего виска. Ощущение всевластия не проходило, лишь усиливалось. Борясь с желанием всецело обладать им как можно скорее, я расстегнула его ремень, ширинку джинсов, зацепила белье и потянула вниз. С пьлающими ушами и смущенными потемневшими глазами он помог мне снять с себя остатки одежды. Знаю, я слишком пристально рассматривала его, слишком медленно проводила пальцами по его коже. Мой потрясающий восхитительный чистокровный. От каждого легкого прикосновения он едва заметно вздрагивал.

Насладившись сполна великолепным зрелищем его обнаженного тела, я стянула через голову свою майку. Глеб очнулся и немного неуклюже, делая резкие движения, то поспешно, то вдруг осторожно, словно страшась спугнуть, один за другим снял с меня остальные предметы одежды. И с тихим прерывистым вдохом коснулся моей груди. Его поцелуи мгновенно менялись от безумных резких до излишне бережных, и обратно.

Больше не желая ждать, я чуть отстранилась, взяла его за руку и потянула за собой к кровати. Он не сводил с меня светлых напряженных глаз. Послушно лег на матрас и на мгновение зажмурился, когда я опустилась сверху на его бедра и замерла, прислушавшись к незнакомым пока ощущениям. Головокружительным ощущениям. Стоило мне пошевелиться, как Глеб застонал и выгнулся. То, что для меня бьло завораживающим наслаждением, для него бьло почти пыткой. Мои игры довели его до исступления. Я решила вводить его в такое состояние почаще, только иными путями - не имела никакого желания больше обходиться без этой физической связи с ним.