Стая демонов (ЛП) - Ив Джеймин - Страница 81

Дастиан остался рядом с Таней и теперь опускается рядом с ней на колени.

Её крик разрывает мне сердце.

— Уходи, Дастиан! Ты не можешь остаться!

Его ответ твёрд и решителен.

— Я не оставлю тебя.

Она кричит на него, и по её лицу внезапно текут слёзы.

— Отвали от меня, Дастиан! Я монстр, чёрт возьми. Я не принадлежу тебе. И никогда не буду принадлежать. А теперь уходи!

Он вздрагивает, пятится от неё, поджимая губы, но черты его лица внезапно смягчаются.

Черт, он слишком умен, чтобы поверить ей.

Он снова наклоняется к ней, на секунду прижимаясь лбом к её лбу, и она замирает, слёзы текут по её подбородку. Он бормочет что-то, чего я не слышу, прежде чем отступает, поворачивается, сбрасывает с себя одежду и перебегает на бегу. Расправив крылья, он взмывает в воздух и исчезает через несколько секунд.

Рун молчал, позволяя мне наблюдать за моими друзьями, но теперь его рука обвивается вокруг моей спины, сдавливая мою грудь, когда он притягивает меня к себе.

— Сдавайся, сестрёнка. У тебя ничего не осталось. Теперь незачем жить.

Мои когти снова заостряются, а глаза горят, когда я борюсь с растущей во мне безнадежностью.

Ух ты! Ещё одно тело врезается в меня, и руки Романа смыкаются вокруг меня. Я замечаю бурю в его глазах, прежде чем он отрывает меня от земли и уносит прочь от Руна.

Холодная повязка скользит по моей руке.

Застёжка.

— Иди к своим сёстрам. Собери оружие. Это единственный способ снять проклятие, — говорит он, прежде чем поставить меня на ноги и повернуться к Руну, который встречает его рёвом, и двое мужчин врезаются друг в друга с глухим стуком, от которого у меня мурашки бегут по спине.

Я уже бегу, моё сердце бешено колотится. Я резко останавливаюсь и падаю на колени перед Малией и Таней. Мои прекрасные, сильные сёстры.

Я сжимаю колено Малии дрожащей рукой, не решаясь помешать ей держать камень.

— Есть ли какой-нибудь способ создать вокруг камня железный щит, чтобы его свет был направлен в другую сторону от нас?

Она качает головой.

— Я уже думала об этом, но даже если я создам щит с одной стороны камня, мне всё равно придётся держать его с другой, а это значит, что я буду подвержена воздействию его света. Любое железное покрытие, которое защитит меня, должно пройти между моими пальцами и камнем. Но даже в этом случае у нас нет гарантии, что железо остановит его лучи.

— Тогда у нас теперь есть только один путь, — говорю я.

Глаза моих сестёр блестят, когда они смотрят на меня в ответ.

— Мы будем защищать друг друга, — говорит Таня. — Как и всегда.

Их доверие ко мне убивает меня. Стиснув зубы, я снимаю застёжку со своей руки и надеваю её на коготь, который находится в руках Тани. Воздух потрескивает, когда две части, кажется, оживают, руны на поверхности застёжки слабо светятся.

Не говоря ни слова, Малия протягивает руки, всё ещё сжимая камень, и кладет его поверх застёжки. Её руки дрожат, и я обхватываю их своими, крепко держа её, чтобы она не выпустила камень до того, как кусочки соединятся.

— Фрагменты хотят соединиться, — говорит Малия. — Будьте готовы.

Дюйм за дюймом, осторожно, она сдвигает пальцы, чтобы обнажить основание камня.

— Вы мои сёстры, и я люблю вас, — говорит Малия нам обеим, её глаза блестят от слёз.

— В ад и обратно, — шепчу я.

Она прикасается к камню, чтобы застегнуть застёжку, и вокруг нас вспыхивает свет.

Глава 40

Я теряю ощущение времени и пространства, когда интенсивный, ослепляющий свет заполняет моё сознание, неумолимо увлекая меня вниз. Я пытаюсь держаться за Малию и Таню так крепко, как только могу, но их отрывает от меня, и у меня вырывается крик, когда я больше не чувствую их присутствия.

Через несколько секунд я ощущаю, как поверхность поднимается мне навстречу, и легко приземляюсь на неё, с удивлением обнаруживая, что уже стою прямо, как будто просто вышла на свет.

Я резко открываю глаза и обнаруживаю, что всё вокруг меня цвета нетронутого снега, такого неизменно белого, что на мгновение я начинаю бояться, что каким-то образом попала в ловушку света от оружия и не смогла из неё выбраться…

— Нова, — Таня кашляет в нескольких футах от меня. Её фигура появляется в поле зрения медленно, как будто волна тумана отступает, открывая её стоящую на коленях. Она поднимается, сначала неуверенно, а затем всё быстрее, по мере того как к ней, кажется, возвращаются силы. Вытирая со щек последние следы слёз, она приподнимает подбородок, снова пряча свои чувства. — Ты в порядке?

Я решительно киваю ей.

— А ты?

Она не успевает ответить, как туман справа от меня рассеивается, и я вижу Малию, стоящую в нескольких футах от Тани. Моё сердце замирает, когда я нигде не вижу оружия — боюсь, что проклятие всё ещё действует, несмотря на то что обещал Роман, — но ни одна из моих сестёр, похоже, не пострадала.

— Проклятие снято, — говорит Малия, убирая с лица выбившиеся пряди волос. — Я потеряла оружие во время взрыва, но почувствовала, что проклятие снято ещё до того, как мы приземлились. Должно быть, свет ангелов пробился сквозь тёмную магию.

Я прищуриваюсь, вглядываясь в окружающую обстановку, и, наконец, могу сфокусироваться и различать поверхности и текстуры, поскольку туман отступает всё больше. Мы стоим на огромном мосту шириной не менее пятидесяти футов, который тянется вдаль, хотя я не вижу его конца, потому что он окутан туманом. Поверхность моста мягко светится, словно инкрустированная кристаллами, в то время как блестящая субстанция стекает по балюстрадам, образуя водопады с обеих сторон. Туман также окутывает верхнюю часть моста и верхушки водопадов с обеих сторон. Это создает эффект замкнутости в этом прекрасном, сверкающем пространстве.

Я вздрагиваю, когда по обе стороны от меня появляются тёмные силуэты, но это всего лишь мои демоны-волки, выходящие из белой поверхности моста в нескольких футах от меня. Они дрожат и встряхивают шерстью, стряхивая с себя что-то похожее на мелкий снег или, возможно, частички света. Я хочу подбежать к ним, но обнять их — значит поверить, что всё в порядке, а мои инстинкты говорят мне, что ничего не в порядке.

— Чёрт, — выдыхает Таня, осматривая мост.

— Это прекрасно, — тихо произносит Малия, широко раскрыв свои карие глаза. — Я не ожидала, что это будет так великолепно. Это больше похоже на рай, чем на ад.

Я хожу по кругу, борясь с очарованием этого места и спокойствием, которое оно излучает. Роман сказал мне, что Ад — утопия для избранных демонов, несмотря на репутацию Подземного мира, где царят огонь, копоть и смерть. Этот мост говорит о мире несравненной красоты, но он слишком красив, слишком первозданен. Он идеально спроектирован, чтобы заманить нас в него и побудить расслабиться.

По коже бегут мурашки, а инстинкты обостряются, когда я ищу Романа и Руна. На какой-то ужасный миг я начинаю бояться, что свет не достиг их, что всё было напрасно…

Роман выходит из тумана, когда он рассеивается с левой стороны моста. Он останавливается там, откуда появился, внимательно наблюдая за мной. Ожоги на его лице и руке зажили, хотя рубашка по-прежнему разорвана, из-за чего полностью виден огромный бицепс на правой руке. Какая бы кровь ни была пролита во время его схватки с демонами Страйка, он, похоже, впитал её в себя. В сияющем вокруг нас белом свете его кожа кажется ещё более бронзовой, чем на Земле, хотя радужки его глаз цвета морской волны такие же бурные, как и в тот момент, когда я впервые увидела его в баре.

Он — ещё одна прекрасная вещь, созданная для того, чтобы заманить меня внутрь.

В его правой руке зажато оружие, его части полностью соединены.

Он сказал мне, что кто-то может использовать его, чтобы путешествовать между Адом и Землей по своей прихоти. Это оружие теперь наш единственный способ выбраться отсюда, и я должна убедить его отдать его, чтобы он отправил нас обратно.