Травница (СИ) - Рош Ярина - Страница 10

И вот как раз вечером она сидела на скамеечке, — день выдался хлопотный, — и девушка наслаждалась отдыхом, подставив своё лицо под ласковый ветерок, ласкающий её лицо и играющий с её прядями волос. Она поправляла упрямые пряди, которые опять падали ей на лицо и щекотали своим прикосновением. В это время и подошел Якоб. Он присел рядом и взял её за руку. Заглянул в глаза и спросил:

— Янира, выйдешь за меня замуж? Ты знаешь, я не очень богат, но содержать семью смогу. Домик у меня есть. Мать и сестра будут рады тебе. Я без тебя уже не могу, все время думаю о тебе, хочется увидеть твои глаза, улыбку, прикоснуться к тебе, обнять. Только не говори сейчас нет, подумай. Хорошо!

— Хорошо. Дай мне время, немного, — ответила она, смущаясь от откровенного признания.

— Я буду ждать, — и Якоб облегченно вздохнул, поцеловал в щёчку и ушел.

Вот что она смущается? Будто замужем не была! И не знает, что и как! Она захихикала, и улыбка расползлась на всё лицо. Ну надо же, как в первый раз, но как волнительно! И сердце замерло! Она что влюбилась? Вот это да…!

А на утро её позвал лори Тьер.

— Что случилось? — спросила Янира, увидев его взволнованный взгляд.

— Присядь! Меня оповестили, что к нам приедет принц. Я думаю, королю уже известно, что у нас появилась сильная травница, и я думаю, что принц не зря едет сюда. Он хочет посмотреть на тебя, как на свою будущую жену.

— Ну, это не правильно. Я что подневольная? Вообще — то у меня нет даже титула, и я бедная. Зачем я ему? — стала нервничать она.

— Титул дать легко. Ну, скажем, за заслуги перед короной и помощи жителям. И будешь ты герцогиней или баронессой, — с грустью ответил он на её вопрос.

— Может он просто так приедет? — с надеждой спросила девушка.

— Нет, Янира. Мне сообщил мой друг из дворца, что на тебя большие планы. Ты магиня, и принц имеет магию, и ваши дети будут одаренные. Но я не хотел бы, чтобы ты выходила за принца. Он жестокий, высокомерный, не пропускает ни одной юбки, хотя на внешность красивый и обаятельный.

— Может мне уехать? — спросила с надеждой услышать хороший совет.

— Куда? Если король что решил, он добьется своего. Я даже не знаю, как защитить тебя, — с сожалением ответил лори Тьер.

— Зато я знаю! Я выйду замуж, мне Якоб предложение сделал вчера.

— Знаешь, а это выход, — с улыбкой ответил он.

Янира вышла от доктора и думала, что и здесь Богиня её прикрыла, хотя она мало знала Якоба, но он, по крайней мере, ей не безразличен. «Надеюсь, у нас будет хорошая семья, детки появятся, и проживем мы долго и счастливо», — посетившая мысль рассеяли её тревоги от так называемой неприглядной перспективы. Тем более и тварей стало мало, их нападения стали не значительные и маломасштабные. Раненых стало меньше поступать, а из больницы больше, соответственно, уезжать здоровых людей.

Янира замуж так быстро не хотела выходить. Хотелось проехать по миру и повидать другие города и другие страны. Попробовать себя в качестве травницы где-то ещё, но, видно, у Богини на неё другие планы.

Да, Якоб ей очень нравиться. Когда в лесу он крепко обнял, то она почувствовала запах хвои, исходящий от него, — запах Земного леса. Хвойных деревьев здесь нет, и девушка не чувствовала такого запаха от растений. Возможно, они есть в других местах и просто она ещё не знает о них?

Но быть заложницей во дворце Янира не хотела, тем более быть инкубатором по производству одаренных детей. Своим детям она желала только хорошую, счастливую и любящую семью. И она надеялась, что у них всё получится, но как девушка в тот момент ошибалась.

Девушка нашла Якоба возле подвод, с которыми он собирался уезжать в город по делам. Увидев её, он заулыбался и подошел к ней.

— Я ненадолго и скоро вернусь, — сказал он, догадываясь, что она ищет его.

— Якоб, я согласна…, — не успев докончить, как оказалась в крепких объятиях, и её рот закрыли поцелуем: быстрым, робким, нежным.

— Я договорюсь в храме, и мы сможем съездить в город, когда ты захочешь, — с хрипотцой сказал Якоб.

— Договорись на завтра, не будем откладывать, — ответила она. — Все равно завтра тоже пойдет подвода в город, вот на ней и съездим.

Якоб кивнул и, поцеловав, пошел к подводе. Мужчины улыбались и что-то говорили между собой, а затем похлопали Якоба по плечу, когда он сел рядом с ними. Они тронулись, а она, поглядев в след удаляющейся подводе, пошла по своим делам.

Они решили провести обряд тихо, но лари Оливия решила по-своему. Янира не стала противиться, потому что та за последнее время стала ей родной. В храм поехала лари Оливия, лори Тьер и еще несколько магов из больницы, сослуживцы Якоба, пришли мать и сестра Якоба.

Мать — Ритари Гринфорт, невысокого роста, черные волосы с проседью, губы сжаты и взгляд пронзительный. Сестра Элица под стать матери. Янира удивилась, что они вели себя отчуждённо и неприветливо. Не поймешь, нравилась она им или нет?

И её посетила мысль, что возможно у них были свои планы на Якоба. И она понадеялась, что с ними не будет так часто встречаться.

Храм был сделан из белого материала, светлый, посреди зала стояла фигуры Богини и мужей, ничего лишнего. Может, это храм только здесь такой?

Обряд в храме, на её взгляд, промелькнул как-то быстро. Храмовик проговорил свои слова, спросил их согласие. Они опустили руки в чашу, и вскоре на руках появились браслеты. Как-то весь обряд прошёл не торжественно. Может, она просто ожидала от магического мира более феерического представления? Хотя, что она хотела? Свадьба проходила в тесном семейном кругу, без излишеств и скопления многочисленных родственников. Да из родственников были только мать и сестра Якоба.

Вот от них она не почувствовала ни тепла, ни радости. А могли бы порадоваться хотя бы за своего сына.

Только поздравления своих коллег веяли искренними чувствами и пожеланиями долгого счастья в семейной жизни.

Маленькое торжество проходило в доме Якоба, где похозяйничала лари Оливия, подготавливая стол для гостей. А вот в подготовке мать Якоба не принимала участия, и это было очень странно. Неужели она так не понравилась им, что они даже таким своим действием показали ей своё отношение?

Немного выпили, посидели за шумным столом и потихоньку разъехались, а свекровь с кислым лицом, проронив ещё раз поздравление, тоже распрощалась с ними.

— Якоб, а почему обряд был такой не торжественный? — задала вопрос, пока убирала посуду, а Якоб ее вытирал.

— Как всегда, у нас по-простому всё делается, может в столице как-то по-другому, я не знаю. Ну, вроде все, иди ко мне моя хорошая.

И Якоб притянул её к себе. Янира положила свои руки на его плечи и взглянула в его глаза. Он смотрел на неё с нежностью и ожиданием, что она не смогла больше тянуть время и сама потянулась за поцелуем. Поцелуй был сначала нежным, затем страстным и долгим, и уже желание стало затягивать их. Голова кружилась, ноги подкашивались, и Якоб поднял девушку на руки и быстро отнес на кровать, не переставая целовать. Как они разделись, Янира не помнила, только блаженство и жажда обладать друг другом было нестерпимым желанием, которое поднимала в небеса, даря невероятное наслаждение. Она никогда не испытывала такого блаженства.

Утром, открыв глаза, она первое, что увидела, это был взгляд Якоба. Он блуждал по её лицу, будто старался запомнить каждую мелочь. Его обжигающий и жаждущий взор говорил о его желании продолжить начатое удовольствие.

— Проснулась, моя птичка?

— Почему птичка?

— Когда слушаешь пение птиц, на душе становиться спокойно и хочется взлететь в небеса вмести с ними. А ты такая маленькая, сладенькая. Я, глядя на тебя, возрождаюсь, и как будто у меня растут крылья. Мне хочется тебя целовать и целовать, не отпуская ни на минуту. Я так счастлив, прости, я не могу все сказать словами, у меня одни чувства, которые захлестывают с головой.

— Да ты романтик…, — и она потянулась за поцелуем. И двое в этой комнате опять были потеряны для этого мира.