Самая старая дева графства Коул (СИ) - Брай Марьяна - Страница 61

К слову, Марк был очень симпатичным лордом. Родство всех троих просматривалось невооруженным взглядом. Лео и Марк имели похожий разрез глаз, профиль. Только вот тонкие губы проходимца были совсем не как у братьев. И губы эти его очень портили, добавляя лицу надменности желчности. Или дело вовсе не в форме губ?

— Леди Стэфания не могла выйти замуж за простолюдина, - только и сказал судья.

— Могла, - ответила я, встав, наконец, на ватных ногах. Теперь пришло время Лео стать чуточку незаметнее: он отсел от меня, переступив скамью и усевшись за моей спиной. – Я Леди Стэфания Луиза Тереза Мария Верде, сейчас Стефания Безовек! – я наблюдала не за судьей, не за моим покрасневшим и пытающимся хоть что-то членораздельное исторгнуть из себя братцем.

Я смотрела, как моя тётушка поднялась со скамьи и, повернувшись ко мне, улыбается. На глазах её застыли уже готовые пролиться слёзы. Она прикусывала губу и сжимала под ладонями трость, на которую опиралась.

— Это леди Стэфания? – непонятно у кого спросил судья.

— Да, это она, - громко ответила тётушка. Нотариус, сидящий до этого рядом с ней, вскочил и уставился на меня.

— Это она. Это леди Стэфания! – подтвердил он.

— Это… это… это простолюдинка, пытающаяся выдать себя за неё, - орал Даниэль, видимо, не нашедший больше никаких объяснений моему появлению.

Зал словно подкинуло: грохот от падающих скамей под вскакивающими людьми стоял такой, что казалось, кто-то начал стрелять. Судья что-то кричал, но в общем гуле его не было слышно.

Я аккуратно, стараясь не упасть, начала спускаться вниз по лестнице, ведущей к столу, за которым восседал суд. Мне все равно пришлось бы туда пойти. Так я решила ускорить восстановление тишины. И когда я оказалась рядом со своим, всё ещё трясущимся в припадке гнева братом и тётушкой, тянущей ко мне свои руки, все затихли.

— Спасибо, тётушка, спасибо тебе. Я благодарна тебе за всё. Как бы ни повернулась моя жизнь дальше, - успела я прошептать до того, как один из судей заявил:

— Значит, вы готовы признать этого мужчину своим мужем? – он указал на Эдварда.

— Да, это мой муж – лорд Леонард Безовек! – громко заявила я.

— Он не лорд, леди Стэфания! – успел вставить Марк. Уж больно его волновал этот факт.

Когда в зале снова началось что-то похожее на ругань на рынке, никто не заметил, как открылись двери, и охранники впустили двух мужчин в сутанах.

Первым шел отец-настоятель, имя которого я узнала только что. За ним следовал молодой мужчина в похожем черном одеянии, за исключением той самой полосы на платье. Его полоса была серой. Второй не скинул с головы мокрый капюшон, а лишь быстро распахнул плащ и вынул из-под него две большие книги.

Отец Симеон указал помощнику на стол судей. И тот водрузил книги на него.

Когда трое за столом увидели вошедших, они встали и склонили головы. Отец Симеон поднял ладонь, словно судьи должны были на ней что-то прочесть, и когда он ее опустил, те сели на свои места. И мне почему-то стало легче. Словно волшебная палочка, невидимая в руках священника поменяла что-то в этом зале. Даже взгляд судей, до сих пор скользивший по мне, как по самозванке, изменился.

А вот наши старшие братья присели, умолкнув, и стали как будто меньше.

— Уважаемый суд, я отец Симеон – настоятель мужского монастыря и поверенный его Святейшества в графстве Коул. Хочу свидетельствовать по чести и правде, - голос невысокого и тщедушного настоятеля звучал в зале подобно грому. А я и не заметила в нём такой силы, когда он читал над нами что-то наподобие молитвы во время освящения нашего с Лео брака.

В зале стояла гробовая тишина.

— Да, отец Симеон. Если у вас есть какая-то информация, касающаяся подсудимого, мы готовы выслушать. Но не забывайте, что выдавать тайну без согласия на это ее обладателя вы не имеете права, - заявил седовласый судья и покачал головой.

— О! Я знаю правила, данные мне этим саном, знаю свои обязанности и перед Богом, и перед людьми. Позвольте показать вам, уважаемый Суд, запись, сделанную в день, когда девушка, представившаяся Стэфанией Верде и мужчина, представившийся лордом Леонардо Безовек сочетались браком в нашей часовне, - отец кивнул, и помощник, раскрыв книгу на странице, заложенной закладкой, придвинул её к судьям.

Те читали, кивали головами, пересматривались. Потом взгляды их скользнули по нам с Эдвардом. Я стояла рядом, но стол между нами не давал мне подойти ближе.

— Он не лорд! – опять завопил Марк. Я хмыкнула, вспомнив поговорку: «Кто о чем, а вшивый о бане».

— Почему же он не лорд, Марк? – отец Симеон посмотрел на Марка, как смотрит умудренный опытом, добрый и заботливый дед на своего внука.

— Это признал суд! – только и ответил Марк. Грудь его вздымалась.

— С твоих слов, Марк. Я не мог ничего поделать, не мог помочь Леонардо и Эдварду, поскольку не имел разрешения на разглашение тайны, но сейчас у меня есть письмо от вашей матери. Я узнаю её почерк и его вполне можно сверить с записью в другой моей книге. Там они с лордом Безовек описывали ситуацию, в которой находились, когда я больше сорока лет назад, будучи ещё только помощником настоятеля, совершал вместе с ним таинство брака.

— Что? Мой отец? Что такого написал там лорд Безовек? Письмо? От моей матери? Что вы… - зал зашипел на Марка, не давая ему больше возможности выпаливать вопросы один за другим.

Я глянула на верхние скамьи и отыскала взглядом Лео. Он смотрел на меня и улыбался. И теперь я поняла, почему Лео поменялся местами с братом, почему Эдвард согласился остаться в тюрьме вместо него!

Отец Симеон хорошо их знал и был честен настолько, что не пошёл бы на обман. Он сочетал браком нас с Лео. Именно с Лео. Все остальные подтасовки его не касались. Он знал, что на скамье подсудимых сидит Эдвард, но свою часть миссии он выполнил правдиво.

Теперь часть нашей тайны, на разглашение которой мы не давали согласия, священником раскрыта не будет. А то, что «оформил» наш брак задним числом… Так мы письменно взяли на себя ответственность за всё, что было до и после этого брака.

— Я хочу сейчас показать суду, а после заявить во всеуслышание то, что хранили я и эта книга много лет. Теперь у меня есть разрешение единственного, кто имел право распорядиться этой тайной. Леди Безовек. Её здесь нет, но, надеюсь, скоро сыновья смогут забрать леди домой и вернуть своей матери и себе честное имя, - спокойно сказал отец Симеон и, повернувшись к слушателям, осмотрел ряды, жестом подозвав к себе кого-то.

Лео встал, скинул плащ и спустился к столу судей. Я с трудом сдерживалась, чтобы не подойти ближе и не взять его за руку. Мой «муж» сейчас находился по другую мою руку.

— Теперь все три брата, все дети леди Безовек здесь, - объявил он, опять избежав необходимости называть Лео и Эдварда по имени, и указывать на них по именам.

— Да, мы прочли запись, - широко раскрытые глаза удивленных судей, тоже тех ещё сплетников, смотрели то на братьев, то друг на друга. Ничего не понимающий Марк только и делал, что облизывал губы и метался взглядом, пытаясь понять, что задумали его братья.

А я вспоминала леди, умоляющую взять письмо, найти её сыновей и помочь ей хоть как-то связаться с ними. И про себя шептала слова извинения. Все могло быть куда безболезненнее, если бы я тогда предала ее просьбе больше значения, не забыла о письме.

Помощник настоятеля забрал книгу у судей и, раскрыв её перед отцом Симеоном, приготовился простоять так всё необходимое время.

И отец-настоятель начал читать…

Глава 61

Зал охал и ахал, зал впадал в некий катарсис, разрешая себе раствориться в голосе настоятеля, рассказывающего историю молодой леди, выходившей замуж за лорда Безовек будучи на сносях. А потом, когда дошли до слов лорда, записанных саморучно о том, что признаёт чужого ребенка, как своего, все взгляды устремились на Марка.

Марк был бел как стена. Он смотрел в пол, казалось, не мигая, не дыша и не шевелясь вовсе.