Бабочка в стекле (СИ) - Левашова Елена - Страница 56

– Да, где-то за неделю-две, но она работала на полставки и предупредила, что ей дают хорошее место юридической фирме. А какая связь вообще? – девушки из отдела кадров недоверчиво покосились на Степанова, который сконфуженно мялся возле них.

– Связь мы будем проверять... – Семенихин почувствовал собственную никчёмность. Упустить такую важную деталь, провести поверхностный допрос... Скорее всего, у него заберут дело ввиду его полной несостоятельности как следователя. Хотя нет... Расследовать уже поздно, по мнению полковника Орлова, а значит, дело останется у него!

Далее проходили менеджеры, экономисты, бухгалтеры, юристы холдинга, некоторые из них напрямую вообще не контактировали с Юргисом, но все же одну занятную деталь из них Семенихину удалось выудить.

Несколько человек подтвердили: «Да, Берта неровно дышала к Юргису». Как это связано? А роман у него был с другой женщиной? Любовный треугольник?

Семенихину предстояла нелегкая задача вызвать в качестве свидетеля Берту, а затем Михаила, Борислава и Анну Рауде. Борислава не было на рабочем месте, он уехал с отцом в министерство строительства и архитектуры Красноярского края. На звонок следователя он ответил сразу:

– Алексей Иванович, здравствуйте, я завтра улетаю в Кёльн, вы не хотите сопроводить меня до аэропорта? Конечно, на моей машине, а потом вы просто отгоните её на стоянку холдинга, договорились? В дороге и поговорим. – Предложил ему Борис.

– Вы знаете, не положено, – смутился Семенихин, – но поговорить мне с вами нужно, спросить у вас одну деликатную вещь. Да и не водил я таких машин никогда...

– Хорошо, я заеду завтра за вами в управление часам к одиннадцати и поговорим где-нибудь в городе, идёт? – Борис подумал, что «деликатная вещь» связана с Анной.

– Хорошо, заезжайте.

Теперь самое страшное – допрос Берты. Она и в прошлый раз начинала показания с обвинений и крика: указывала следствию на то, как поступить, кто виноват и как они плохо работают, что до сих пор не посадили Анну за решетку. А ещё лучше – на цепь. Кстати, ненавидеть Анну у неё были причины, если чувства Берты к Юргису подтвердятся. По телефону Семенихин позвонил Берте Колосовской и пригласил в совещательную комнату. Невозмутимая, она с таким видом, будто делает одолжение, вошла:

– Что нового, Семенихин? Чем порадуете? Меня удивляет, что дело не закрыли за отсутствием улик, ведь столько времени прошло, а у вас ничего?! – спросила она.

– Берта Михайловна, скажите, вы знали Нину Савицкую? Заместителя начальника экономического отдела, то есть Юргиса?

– Конечно, знала, это мои подчиненные, я их всех знаю! А в чем дело? Нине предложили должность в крупной юридической конторе.

– Какой именно?

– А мне откуда знать? Только она уволилась чуть раньше Раудиса. Вы думаете?..

– Вполне возможно, только доказательств нет о её причастности к краже. Сотрудники утверждают, что они с Юргисом были любовниками, вам что-то об этом известно? – Семенихин пристально посмотрел на Берту, желая отследить её реакцию.

– Нет, неизвестно! С Анной он не жил, об этом все знали, а личную жизнь каждый имеет право вести по своему усмотрению...

– А почему следствие идёт уже больше года, а о Нине я узнаю только сейчас? – Семенихин был сегодня в ударе.

– Потому что подписи везде стояли его, в банке был он. У нас много сотрудников, Семенихин: кто-то в декрет ушёл, кто-то переехал из города, мы ждали ухода Нины и не связали это с Юргисом, – отвечала Берта. – Тем более что сразу после ухода Нины пришёл Горцев Игорь, который сейчас на месте Юргиса. С таким же успехом можно и его считать сообщником, вы согласны?

Конечно, он согласен. Только сообщник обязательно у Раудиса был, и ему предстояло выяснить, кто это?

Допрос на сегодня был закончен. С ворохом бумаг Семенихин отправился в управление – обдумывать происшедшее. За последний год он закрыл сотни дел, но этот «висяк» так и был на нем. Не ошибся начальник, когда давал ему дело Колосовских...

Семенихин выгреб из-под стекла на столе свои прежние наработки и смял их. Вышел на террасу и закурил. Что придёт в его рыжую голову на этот раз? Неужели отложить дело и перестать заниматься им? Отложить в папку «висяков»? Смириться со своей несостоятельностью? Но его преследовала эта красная папка!

Он взял чистый лист бумаги. В центре он всегда писал имя – Юргис. Вспомнил, что надо проверить местонахождение Савицкой. Написал два имени рядом с ним: Берта и Нина, просилось третье – Анна. Мотивы у неё, как у жены, были ещё покруче, чем у Берты: навредить Нине. Хотя... Анна сказала, что инициатором развода была она. Никаких вопросов, связанных с поиском подрядчиков, она не решала: занималась только переводами. Отсюда вывод, что ей эта информация о подставных фирмах была недоступна.

Имя Анны Семенихин написал карандашом. Сегодня в совещательной комнате он допустил одну оплошность: не уточнил отношения Борислава и Михаила с сотрудниками. Решил спросить завтра у Бориса во время беседы, а заодно и уточнить информацию о Берте. Михаил Александрович ждал его у себя завтра утром в офисе холдинга.

Семенихин погрузился по уши в это дело. Оно занимало все его мысли. Ему интересно стало самому докопаться до истины, несмотря на сроки, протоколы, премии... Он уточнил адрес и телефон Нины Савицкой. Сделал запрос её телефонных разговоров, начиная за месяц до пропажи Юргиса.

Похолодало, запахло дождем. Семенихин натянул воротник повыше и сел в машину. Квартира Савицкой была на правом берегу Енисея. Старый фонд, малоэтажные панельные постройки. На обшарпанных стенах зловеще зияли чернотой окна... Семенихин вошёл в подъезд с узкими лестничными пролетами, шатающимися перилами. Квартира номер десять на третьем этаже... По найденному адресу никто не открывал. Семенихин позвонил в дверь соседям Нины по лестничной площадке. Открыла только одна сухонькая старушка. Остальные жильцы, по всей видимости, были на работе.

– Добрый день, – Семенихин развернул удостоверение, – соседи ваши появляются дома? – Он кивнул на дверь Савицкой.

– Нет их, причём давно очень, уже поди больше года квартира пустует. Ни Ниночки, ни Андрюши, уехали, ни с кем не попрощались. Я и стучала в двери, и звонила ей – телефон отключён... А что случилось? – испуганно спросила старушка.

– Ничего, не беспокойтесь, обычная проверка! А ключей у вас, случайно, нет от их квартиры? Может, Нина Сергеевна оставляла на всякий случай?

– Как только появился вместо Андрюши другой мужчина, так и перестала оставлять! – с досадой ответила женщина.

– Какой мужчина? Можете описать его? – приободрился Семенихин.

– Высокий, темноволосый, красивый... Глаза темные... – бормотала старушка, абсолютно точно описывая Юргиса.

– Хорошо, а этот мужчина пропал вместе с ней?

– Конечно! Уехали они вместе! Больше никого из них я не видела!

Дело приобретало новый оборот. Теперь пропавших оказалось двое. Семенихин позвонил в управление и поручил проверить по базе список неопознанных женских трупов за последние полтора года и заявлений от родственников пропавших. Во всяком случае, Алексей убедился в том, что Савицкая была любовницей Юргиса. И абсолютно точно причастна к краже!

Он сидел в своем стареньком опеле под моросящим ледяным дождём. Позвонили из управления. Неопознанных трупов по базе оказалось много, как похороненных, так и вновь поступивших. Заявления о пропаже Нины Савицкой не поступало. По базе Семенихин выяснил, что она была замужем, значит, муж в курсе её местонахождения или причастен к пропаже.

Муж Нины – Андрей Валентинович Савицкий, в базе уголовных дел и судебных актов не значился, прописан был в Новосибирске и собственником квартиры Нины не являлся.

Семенихин быстро писал в блокнот пункты, по которым требовалось проверить Савицкого. Определённо, пропавших становилось больше... Но дело от этого не запутывалось, напротив, появление подозреваемых позволяло возобновить следствие с новой силой. Найти Савицкого, найти Нину... Местонахождение Юргиса кому-то из этих двоих было известно.