Бабочка в стекле (СИ) - Левашова Елена - Страница 87

– Ни с места, Майер! Вы арестованы! Бросьте пистолет! – закричала она. – Борис, пожалуйста, переводите ему!

– Ну уж нет! Живым вы меня не возьмёте! – он направлял оружие поочередно на каждого из присутствующих. – У вас ничего нет на меня!

– Ошибаетесь! Вина ваша доказана. И ваших сообщников тоже! – с твёрдой решимостью говорила Валентина, а Борис тут же переводил на немецкий.

– Да если бы не моя головоломка, вы никогда не нашли меня! Никогда! – он нервно рассмеялся.

Михаил сидел совершенно сокрушённый, он закрыл лицо руками и тяжело дышал. Было видно, что ему плохо. Берта тихонько плакала: непонятно куда делись её привычные напористость и хамство.

Михаил был оглушен... Нет, это дурное кино! Этого не может быть! Отто... Столько времени коварно мучил его семью, убивал и грабил? Лисицына не делилась подробностями расследования из соображений безопасности. И все это время его семья продолжала общаться с ним, особенно он сам!

Отто открыл окно настежь, посматривая вниз на оживленную трассу.

– Клаус Майер! Бросьте пистолет! – она попыталась достать табельное оружие, но прозвучал оглушительный выстрел в потолок.

– Руки вверх! Даже не думайте, фрау!

Берта вскрикнула и прижалась к Борису.

– Клаус, на всех входах дежурят оперативные сотрудники! Вам не удастся скрыться!

Казалось, Отто понимал её и без перевода. Он слегка опустил пистолет. Это конец. Глупый, неосмотрительный, нелепый. Отто недооценил этих русских копов...

– Я все скажу... Только позовите сюда Аннет. Я хочу её увидеть последний раз!

– Нет! Нет! Только не сейчас! Ей нельзя волноваться! – Борис вскочил со своего места.

Лисицына понимала его чувства, его беспокойство за беременную жену, только покончить с этим ей хотелось не меньше. Она убедила Бориса вызвать Анну в холдинг. Он позвонил ей с просьбой срочно приехать.

Анна подъехала к парковке холдинга, заметив несколько полицейских машин, стоящих тут же. Оперативники дежурили на всех входах и выходах. Лисицына по рации распорядилась, чтобы её пропустили. Один из оперативников проводил её до самой двери переговорного зала.

Когда она вошла, её взору открылась ужаснейшая картина: Отто стоял возле подоконника с пистолетом в вытянутой руке и держал под прицелом всех присутствующих.

Она закрыла лицо руками от ужаса, не решаясь пройти дальше. Борис хотел кинуться к ней, только Отто запретил ему двигаться со своего места, угрожая оружием.

– Отто, я не понимаю... – она расплакалась, протягивая к нему руки. Отто заметил её слегка округлившийся животик в обтягивающем вязаном платье. Он ничего не знал о замужестве Анны.

– Вот так значит! А со мной не спала! Мучила меня столько времени! Это ты виновата во всем! – он истерично выкрикнул ругательство по-немецки.

– Клаус, опустите пистолет, или я прикажу начинать штурм здания. – Лисицына поднесла рацию к лицу.

На Отто было жалко смотреть. Он находился в ловушке. Ему самому было смешно осознавать, что он пойман. Смешно и абсурдно! Он – коварный и неуловимый преступник, который долгое время водил этих глупых русских следователей за нос? Они бы никогда его не поймали! Никогда, если бы он сам не захотел быть пойманным...

– Аннет, будешь переводить ей... – Отто пригласил её жестом к себе. Лисицына включила диктофон.

Отто собирался начать. Он посмотрел на Михаила взглядом, полным ненависти.

– Он предал мою мать... Он лишил меня семьи, детства! Моя жизнь превратилась в ад после того, как он влез в нашу семью. – Отто злобно окинул взглядом Михаила.

– Клаус, прости меня! Прости, сынок! – Михаил Александрович встал и подошёл к нему, невзирая на направленный пистолет. – Я не бросал Марту, не бросал твою мать!

– Молчать! Сесть на своё место! – рявкнул Отто. Михаил послушно вернулся. Отто с чувством глубокой скорби продолжил:

– Она была беременная... А ты, наигравшись, бросил её на расправу моему неуравновешенному отцу!

Присутствующие ничего не понимали. Борис терпеливо ждал объяснений отца. Другая женщина? Неужели Отто столько времени носил этот камень в груди?

– Клаус, это был ребёнок твоего отца. Именно поэтому Марта сама разорвала отношения со мной. Я никогда бы не бросил её! Тем более, беременную! – он снова встал со своего места и простер руки к Отто. – Почему ты не спросил у меня? Не узнал правду?

– Ты оставил её разбираться с этим самой! Поставил на кон её жизнь!

– Клаус, что ты говоришь такое? Что с Мартой? – похоже, Михаил, действительно, не знал, что произошло.

– Не прикидывайся! – истерично крикнул он.

Михаил беспомощно озирался в поисках ответа. Отто замолчал, изобразив страдание на лице. Неловкое молчание прервала Лисицына:

– Михаил Александрович, Марта Майер погибла в результате несчастного случая. Они ссорились с мужем, и он спустил её с лестницы... Она погибла из-за перелома шейных позвонков скоропостижно.

От её слов Михаил вскрикнул от неожиданности и обратился к Отто:

– Почему ты считаешь, что в этом виноват я?

– Потому что отец узнал о тебе, Миша! О вашей связи с матерью. Это ты виноват во всем. Зачем ты вообще появился в нашей жизни? Ты лишил меня семьи, детства!

Отто не терял бдительности ни на минуту! Он не отвлекался ни на что, его пистолет по-прежнему был направлен на присутствующих.

Анне стало плохо, она почувствовала, как заныли мышцы спины, как напрягается низ живота. Борис заметил её волнение и попросил Отто отпустить Анну. Тот с нежностью посмотрел на неё и произнёс:

– Я любил тебя... Влюбился сразу, ещё тогда, на выставке... Я поклялся себе, что ты будешь моей. Черт, Аннет, зачем ты пришла тогда к нему в Египте?

От его слов у Анны округлились глаза. Борис покраснел и опустил голову.

– Отто, это разве любовь? Ты готов был всех мужчин, окружающих меня, убрать? Убить? Подставить? – Анна расплакалась, закрыв лицо руками. – И взрыв ты организовал сразу после нашего с Борей объяснения! Теперь мне понятно, что об этом тебе сообщила Ирина!

– Да! Да! Тысячу раз да! Я еле сдерживал себя, свои эмоции, поэтому напивался... Я хотел тебя... Безумно, страстно! Почему ты выбрала его? Ну чем он лучше?

– Я просто люблю его! Лучше или хуже – мне дорог этот человек, мне хочется, чтобы он был счастлив, здоров. Даже если не со мной... Я радовалась, просто видя его, наблюдая со стороны за его счастьем несколько лет. Это и есть любовь! Любовь – это право выбора! Это свобода! – Анна раскраснелась от своего эмоционального ответа.

Отто молчал, потупив взор. Он опустил пистолет, но бежать никуда не собирался. Лисицына выхватила табельное и направила на него:

– Клаус Майер, бросьте оружие! – он беспомощно подчинился, бросив пистолет на пол. – Продолжайте...

– Я все сказал... Что вас интересует? – с издёвкой спросил он.

– Почему Юргис? Почему именно он? Только из-за Анны? – спросила Лисицына.

– Исключительно из-за неё. Она правильно сказала, я готов был убить любого, чтобы освободить себе дорогу.

– Ты чудовище! Как ты мог? Неужели ты, правда, считаешь это любовью? – вспыхнула Анна. – Как хорошо, что я послушалась своей интуиции и не подпустила тебя!

– Я окружил себя великолепной службой безопасности. Люди исключительного ума, талантов, навыков. Они делали все в точности по моему приказу. Мама Ингрид пригрела в своём гнездышке настоящих монстров, циничных, беспринципных. Мне несложно было выяснить биографию Юргиса, в которой оказалось одно маленькое темное пятнышко, связанное с Виталиной, матерью Марины, – он окинул компанию взглядом и продолжил. – Если бы Юргис был чист, я просто убил его... Несчастный случай, например. А потом бы утешил вдову. Но мне захотелось его подставить!

Анна закрыла лицо руками, она не могла сдержать слез.

– Ты больной! Ты псих! – прокричала она.

– Но, к моему счастью, я нашёл способ манипулировать им! Через Нину, через Виталину... На Виталину вышел Ян. Он щедро заплатил ей за попытку напугать Юргиса. Хотя она так ненавидит его, что сделала бы это бесплатно. Его свобода оказалась под угрозой, но он так и не решился вывести деньги со счетов холдинга незаконно. Оформил эти дурацкие займы... Виталина шантажировала его, она грозилась обнародовать его участие в той аварии, вину за которую Раудис уговорил её взять на себя. Она немного попросила, и он брал деньги под поручительство Аннет.