Двойник короля 18 (СИ) - Скабер Артемий - Страница 56

Прокручивал варианты в голове. Перевёртыши в опасности, но живы. Лахтину увели, но она с отцом — вряд ли ей что-то сильно угрожает. Мои земли… Там Витас, Фёдор, другие. Справятся без меня некоторое время.

— Я могу тебе помочь, — сказал Уль, наблюдая за моим лицом. — Ты друг серой зоны, тебе доверяют Бока и Тока. Хоть и человек, но в тебе есть часть нормального.

Странное сочетание слов, «нормального» в понимании монстра серой зоны. Но смысл понятен: я им не чужой.

Ладно. Мне хотят помочь, так и узнаем, что это за помощь.

— Как? — краткость, суть. Без лишних слов.

— Открою портал, — лаконично ответил олень-мужик.

Такой же стиль: без украшательств, прямо к делу. Начинаю его уважать.

— Куда?

Мозг уже прокручивал варианты использования портала. Если можно попасть в «дом» серой зоны, к девушкам, это решит часть проблем.

— В наш дом, к твоим женщинам. Или… — он не успел договорить.

Резкая боль ударила в грудь., словно кто-то всадил раскалённый нож между рёбер и начал проворачивать. Тело выгнулось дугой. Лёгкие сжались, отказываясь работать. Перед глазами вспыхнули белые точки. На мгновение мир исчез, осталась только боль.

Я согнулся, хватаясь за грудную клетку. Воздух превратился в огонь, лёгкие сжались.

— Что за?.. — хрипло выдохнул.

Слова едва вырвались из сдавленного горла. Глотка пересохла, будто наждачная бумага.

Боль пульсировала. Знакомый ритм: как сердцебиение, но искажённое, неправильное. Клятва крови, но не моя. Зейнаб… Клятва турчанки активировалась. Почему? Как? Мы были так далеко друг от друга. Что могло?..

Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Концентрировался на источнике боли, на связи, которая тянулась. Что-то активировало её. Неужели турчанка решила меня предать? Нет, не похоже. Эта боль… другая. Не предательство, а страдание.

Видение накрыло волной.

Чёрные стены. Камень, мокрый от сырости. Капли воды медленно стекают вниз, оставляя блестящие дорожки. Запах плесени и гнили забивает ноздри.

Кандалы на запястьях — металл врезается в кожу, оставляя кровавые следы. Ржавчина смешивается с кровью, создавая бурые потёки.

Зейнаб висит, привязанная к стене. Её лицо бледное, губы запеклись кровью, под глазами — тёмные круги. Волосы слиплись от пота и грязи. Глаза закрыты, но веки подрагивают, выдавая сознание.

Рядом размытая фигура. Лицо скрыто капюшоном, руки протянуты к её голове, пальцы извиваются в сложном жесте. Энергия струится между пальцами и виском Зейнаб — тонкие нити пульсирующего света. Ментальная магия.

— Говори, — хрипит голос — низкий, скрежещущий. Не различить, мужской или женский. Голос существа, которое давно перестало быть человеком.

Зейнаб молчит, губы сжаты в тонкую линию. Даже в полубессознательном состоянии не сдаётся. Сила воли этой женщины впечатляла и в таком состоянии.

Маг усиливает давление. Нити света становятся ярче, пульсация ускоряется. Зейнаб дёргается, её тело выгибается дугой. Из губ вырывается стон — сдавленный, приглушённый, но полный боли.

Клятва крови активируется. Защитный механизм срабатывает автоматически. Боль, которую причиняют ей, передаётся мне, и связь между нами становится прочнее в момент опасности.

— Интересно, — бормочет маг. — Я думал, что смогу снять клятву крови. Но ничего…

Фигура наклоняется ближе к Зейнаб. Капюшон скрывает лицо, но чувствуется ухмылка.

Сука! Ты охренел⁈

Если не остановлю магию клятвы крови, она умрёт. Если отменю, то продолжат над ней издеваться. Нашёл единственное решение, которое даст мне время. Активировал клятву крови на максимум, и девушку затрясло. Пена пошла изо рта, кровь — из глаз, ушей, носа. Тело содрогается в конвульсиях, кандалы врезаются глубже в кожу.

— Нет! — крикнул кто-то рядом. — Останови!

Паника в голосе. Не ожидали такого поворота. Не знали, на что я способен.

Маг что-то делает: руки двигаются быстрее, заклинание меняется. Пытается остановить процесс, прервать мучения.

Хрен тебе! Ещё, ещё. Морщился от того, через что проходила девушка, но по-другому никак. Ещё… Ещё…

Зейнаб содрогается в последний раз и обмякает. Глаза закатываются, тело безвольно повисает на цепях. Отключилась. Получила повреждения, которые не позволят с ней говорить. Уверен, и трогать не будут пока, попытаются вылечить. Время есть.

Видение обрывается. Или что это было? Я не знаю.

Я открыл глаза. Уль стоял рядом, изучающе глядя на меня. Голем тоже придвинулся ближе, словно готовый защищать.

Мозг лихорадочно анализировал. Если её взяли на допрос, значит, император начал действовать через своих турецких «друзей». Активно. Вот и удар, которого я ждал. Весело девки пляшут. Ещё недавно обретение силы, подарки и награды, а теперь чёрная полоса.

И за что браться? Перевёртыши, которые могут стать монстрами. Лахтина, которую увёл ублюдок отец-рух. Теперь ещё Зейнаб схватили. Мне нужно быть в куче мест одновременно, и это просто невозможно. Невозможно! Придётся выбирать последовательность. Тут же накатила новая проблема.

Я могу рвануть в османские земли, но в то же время не могу. Император начал действовать, Магинск и мои земли теперь под угрозой. Нужно торопиться с ханом и войском, отбить удар тут и уже… Сука…

— Нужно выбирать, — сказал больше себе, чем Улю. Голос звучал хрипло.

— Что именно? — спросил олень-мужик. — У тебя три направления. Твои женщины здесь, королева скорпикозов — у джунгар, и та, которую пытают, — на землях османов.

Он всё видел? Всё понимал?

— А ещё моя территория, там тоже проблемы. Скоро будут… — добавил четвёртое. Получился полный комплект.

— Четыре направления, — поправил Уль. — И я могу открыть только один проход.

Слова повисли в воздухе. Один проход, один выбор.

— Почему только один? — спросил, хотя в глубине души уже знал ответ.

Отчаянная попытка найти лазейку, отыскать способ успеть везде.

— Потому что открытие портала требует огромных затрат энергии. Я не бог, а человек, лишь хранитель.

Простая истина. Даже у мощных существ есть пределы, даже у них есть ограничения.

— А если сначала в одно место, потом в другое?

Последняя надежда. Может, есть возможность открыть портал, решить одну проблему, вернуться и открыть следующий?

Уль покачал головой:

— Никак. Всё и сразу нельзя.

Логично. Магия не бесконечна, ресурсы ограничены, да и время тоже.

— Сколько у меня есть на размышления?

Нужно было время, чтобы взвесить все варианты, просчитать последствия каждого выбора.

— Немного. Мне нужно уходить. Я вышел поприветствовать тебя, когда ты убил моих любимых бабочек. Ударил за них, — улыбнулся Уль. — А ты оказался другом.

Бабочки? Я убил его бабочек? Ах да, эти летающие убийцы… Значит, они принадлежали ему. Интересно.

Проклятье! Все фронты горят одновременно.

— А королева скорпикозов? — спросил. — Её папаша что-то говорил?

Последняя попытка собрать информацию. Понять, насколько срочная ситуация с Лахтиной.

— Он нашёл ей мужа среди своих сильных монстров, — пожал плечами получеловек-философ.

Ещё один фактор давления. Лахтину могут выдать замуж за кого-то другого, за монстра. После всего, что между нами было. После всех её планов использовать меня для убийства отца, после игр и манипуляций.

Голем издал странный звук — что-то среднее между скрипом и вздохом. Повернул голову ко мне, потом к Улю, затем снова ко мне, словно следил за разговором с искренним участием.

— Что он хочет сказать? — спросил я у Уля. Может, олень-мужик знает этот странный язык камня.

— Он понимает твою дилемму. И сочувствует.

Сочувствует… Каменная глыба сочувствует моим проблемам с женщинами. Вот до чего дошло! Абсурд абсурдов.

«Хомяк, может, хоть раз предложишь что-нибудь полезное?»

Внутренний диалог был скорее риторическим. Я не ждал реального совета от своего воображаемого коллекционера.