Диктатура Кошмаров (СИ) - Горъ Василий - Страница 59

Платова немного поколебалась и решительно тряхнула волосами:

— Первый вариант не нравится в принципе: я подсела на личное развитие и жажду стать намного сильнее. А второй и третий пугают. Из-за того, что я не знаю и не умею слишком многого, следовательно, могу опростоволоситься сама и, тем самым, невольно подставить вас. Но этот страх иррационален: вы, вне всякого сомнения, знаете, как заполнить лакуны в моих знаниях, и уверены в том, что у меня все получится. Поэтому задам-ка я встречный вопрос: а кем именно я нужна вам и почему?

— Хороший вопрос, однако… — удовлетворенно отметил я, сделал паузу и, собравшись с мыслями, приступил к объяснениям: — Ориентировочно на третьем Кошмарном ранге у Одаренных проявляются сродства к трем школам магии. У нас они проявились после прорывов. А тебя, по нашим ощущениям, «тянет» к Разуму уже сейчас. Магов Разума нет ни в Стае, ни в моем Ближнем Круге, так что я даже близко не представляю, на что вы способны. Зато знаю, что почти у каждого утверждения моих деловых партнеров есть второе дно, и видел результаты воздействия чудовищно сильных зверей-Разумников на их жертвы.

Поэтому хочу защитить род от ударов в спину и подготовить Стаю к неминуемым боестолкновениям с самым опасным типом Кошмаров.

Тут девчонка криво усмехнулась и выдала чертовски занимательный монолог:

— Говоря иными словами, я вам нужна, как воздух, но неволить и загонять в нужный коридор возможностей манипуляциями или напоминаниями о том, что я вам обязана по гроб жизни, не в вашем стиле. Кроме того, вы не лжете, искренне радуетесь моему прорыву, расстроились из-за некоторой жесткости заявления Ольги Ивановны, по-настоящему любите супруг и сестру, уважаете членов Ближнего Круга и, вне всякого сомнения, видите во мне не ресурс, а личность. Эмоции членов вашей семьи тоже сводят с ума: они безумно любят вас, всей душой вкладываются в род и относятся ко мне, как к младшей, но близкой подруге. И последнее: я уверена, что абсолютному большинству моих знакомых было бы страшно некомфортно находиться рядом с Одаренной, чувствующей их истинные эмоции. А в вас не появилось даже тени неприятия. Поэтому я всем сердцем хочу ответить добром на добро, объединив второй и третий варианты. То есть, стать и вашим секретарем, и членом свиты ваших супруг. Чтобы в том случае, если ваши предположения верны, защищать вас и вашу Стаю не только от двуногих тварей, но и от зверей-Разумников.

— Красотка, че! — довольно хохотнула Дайна, моя старшая супруга, как обычно, ограничилась удовлетворенным кивком, младшая весело хихикнула и уставилась на меня, а сестренка ушла в свои мысли. Ну, а меня переключило в режим «Носорога»:

— Благодарю за откровенность и даю слово, что информация о наличии у тебя эмпатии и сродства к Разуму дальше членов моей семьи не уйдет. Теперь поговорим о твоем выборе. То, что он меня обрадовал, ты знаешь и так. Но эта эмоция не мешает думать. Поэтому опишу твое будущее таким, каким оно должно быть в моих представлениях, и предложу определиться с выбором еще раз…

…Всю дорогу от Башни до точки подбора Платова раскачивала новые боевые навыки и… фонила чистым, ничем не замутненным счастьем. Да-да, именно фонила. Причем если первые два с половиной часа эта эмоция цепляла только Свету, то потом начала дотягиваться и до меня. Поэтому, запрыгав на вершину нужного холма и вытащив девчонку из «сбруи», я поделился своими соображениями:

— Настен, ты неосознанно «давишь» нас счастьем. Сама эмоция приятна. Но, как мне кажется, имеет смысл разобраться в механизме трансляции своих чувств, научиться закрываться и… продолжить эксперименты: уверен, что ты способна не только делиться своими эмоциями, но и навязывать окружающим те, которые нужны. Причем не только в стиле удара ужасом, но и абсолютно незаметно.

Не успел я договорить, как Света прыснула. А через мгновение заставила рассмеяться и нас:

— Представила дружно рыдающий Императорский Совет — потерянные взгляды, опухшие лица и белые кружевные платочки, пропитавшиеся слезами!

Поржали, обустроили лежбище, завалились на коврики, спрятались под Олиным иллюзорным сдвигом и расслабились. Эдак наполовину. В смысле, продолжили обсуждать все, что приходило в голову, и параллельно шарашили друг друга точечными атакующими навыками. Развлекались почти до полудня и получили море удовольствия как от ненапряжной беседы, так и от поведения Платовой во время не такой уж и простой тренировки. А после того, как Поля заметила на горизонте дирижабль и сообщила об этом нам, Настя расстроенно вздохнула:

— Будете смеяться, но мне не хочется возвращаться в Большой Мир…

— Не будем: сами такие… — призналась Света и весело добавила: — А еще не один десяток раз говорили эту фразу и… не перестанем ее повторять. Ибо тут по-настоящему здорово…

— Семьей… — справедливости ради добавила Полинка, поймала взгляд Платовой и добавила в голос закаленной стали: — Насть, раз Игнат сказал, что заберет тебя в главную ветвь рода, значит, ты уже член нашей семьи, ибо он своих решений не меняет! Поэтому задвинь куда подальше абсолютно все комплексы, зеркаль мое поведение и привыкай чувствовать себя Беркутовой-Туманной.

— Любая твоя слабость — брешь для удара по кому-нибудь из нас. А в высшем свете море специалистов по поиску и расширению таких брешей… — подхватила Света. А Оля прервала молчание и добавила немного конкретики:

— Настя, ты фактически вошла в княжеский род, значит, по статусу выше абсолютного большинства аристократов Империи. Скажу больше: смотреть на тебя сверху могут только Владимир Александрович, его жена и их прямые потомки. А все остальные обязаны трепетать. Ибо на Надежде правит бал закон Силы, а мы — самый сильный род планеты. Далее, к категории «любая слабость» относятся даже стеснение и страх сделать что-нибудь не то. Так вот, от стеснения избавься полностью: ты обязана давить окружающих величием и внутренней уверенностью в своем всесилии, даже будучи голой. А страх уйдет сам. Как только ты примешь сердцем следующие тезисы: когда мы общаемся с посторонними, говорит только глава семьи; в любом твоем конфликте с кем бы то ни было мы сначала выносим твоего противника, а затем разбираемся, в чем суть проблемы; первое место твоей новой личной табели о рангах всегда занимает семья, второе — род, третье — друзья рода, а на весь остальной мир наплевать…

Судя по тому, с какой уверенностью Платова запрыгнула в десантный отсек «Четверки» и с каким равнодушием мазнула взглядом по командиру экипажа, борттехнику и бойцам группы быстрого реагирования, встретившим нашу компанию, ценные указания девчонок были услышаны и приняты, как руководство к действию. Очень неплохо держалась и во время моей беседы с «первым после бога»: делала вид, что держит свой сектор ответственности, а на самом деле вслушивалась в эмоции Патрульных и изредка «рефлекторно» сдвигала голову вправо. Тем самым, сообщая, что мой собеседник неискренен или врет. Ну и, конечно же, «держала» все пассивки, пребывала на грани срыва в разгон восприятия и контролировала положение моей левой руки. Но все обошлось: в какой-то момент командир экипажа свалил в ходовую рубку, ГБР — в соответствующий отсек, а борттехник, покрутив лебедку, закрыл рампу и забился в дальний угол. Вот мы и расслабились. Так, слегка: Ольга заступила на двухчасовое дежурство — то есть, сфокусировала внимание на прозрении — а Света, Поля и Настя расстелили коврики вдоль ближайшей стены, легли и отключились, а я завалился на спину, закрыл глаза и какое-то время слушал монолог Дайны, объяснявшей «странности» поведения встречающих.