Запрет на браки в Чосоне. Том 2 - Чжихе Чхон - Страница 10

– В последнее время ходят слухи, что в горах Инвансан и Пэкхаксан часто появляются тигры. Однако на Инвансане больше страдают от разбойников, которые свирепствуют сильнее, нежели звери.

– Значит, Инвансан… – нахмурившись, пробормотал Хон.

Он подозвал одного из своих стражников и велел:

– Передай главному евнуху, что пусть я и говорил, будто вернусь во дворец до рассвета, но, похоже, этого не случится.

– Ваше Величество!

– Вернись во дворец и передай ему, чтобы меня сегодня не ждали.

Это было просто немыслимо – чтобы король покинул дворец ради какой-то женщины!

– Ваше Величество, доверьте поиски Соран нам, а сами возвращайтесь, – попытались отговорить его стражники.

Однако король Ли Хон только покачал головой:

– Кто знает, что может произойти, если я промедлю хоть на день.

Перед его глазами вставали мучительные картины. Если с Соран произойдет то же, что с Хэён… Или, хуже того, если это уже произошло… Он не хотел даже думать об этом.

Время поджимало. Как король он не мог позволить, чтобы его подданные, тем более его придворные, стали жертвой насилия. А как мужчина он обязан был защитить хотя бы эту женщину. Ладони его стали влажными от пота.

– Мы отправляемся к горе Инвансан, – твердо произнес он.

Туда, где бродят тигры и прячутся разбойники.

Глава 6

А не то прикопаем так, что ни одна живая душа не найдет

Конь короля Хона мчался к горе Инвансан, поднимая гулкий шум на узкой горной тропе. Сердце Ли Хона отчаянно стучало в груди. Недавние события – появление во дворце самозванки, притворившейся покойной наследной принцессой, а затем ее трагическая гибель – потрясли его до глубины души.

С трудом решившись отпустить воспоминания о принцессе, король Хон слег в лихорадке. Но как только он услышал о похищении Соран, его собственное состояние перестало иметь значение. Единственное, что волновало его, – это Соран.

Она еще не оправилась от ран, полученных во время пыток, а уже стала жертвой похищения. Мысль о том, что ее могли избить, унизить или, хуже того, подвергнуть тому, что чуть не пережила Хэён, вызывала в нем ярость, от которой перехватывало дыхание.

«Пожалуйста, пусть она будет жива. Пусть ничего с ней не случится».

Горная местность становилась все круче, тропа почти исчезла в ночной темноте, но лошадь Ли Хона, ведомая твердой рукой своего хозяина, продолжала двигаться вперед. Когда луна начала клониться к горизонту, Синвон наконец привел их к месту, которое, как считалось, было логовом разбойников.

«Неужели она здесь?»

Посреди темного лагеря тускло горел костер. Атмосфера была пропитана угрюмой тишиной и опасностью. Разбойники, одетые в звериные шкуры, выглядели дикими и угрожающими. Лица их скрывала густая растительность. Одни сидели, распивая алкоголь, другие молча точили оружие.

И тут один из них вышел из укрытия, небрежно перекинув через плечо мешок, который казался пугающе статичным.

Большой мешок, внутри которого, видимо, лежал человек. Однако невозможно было понять, живой или мертвый – мешок оставался совершенно неподвижным.

«Неужели это Соран?»

В тот миг сердце короля Хона ухнуло вниз, а на спине проступил холодный пот, пропитывая одежду.

– Значит, это наше сегодняшнее развлечение? – раздался грубый голос.

Мужчина с наброшенной на плечи шкурой оленя подошел к мешку, вытащил нож и одним движением разрезал. Из прорези показалась синяя юбка, а следом из мешка выпала женщина. Это была Соран.

Когда она не пришла в себя, человек в оленьей шкуре набрал воды в таз и плеснул ей в лицо.

«Подонок! Как он смеет!»

Король Хон сжал рукоять меча, готовый броситься вперед, однако Синвон остановил его взглядом.

– Их слишком много, Ваше Величество, – прошептал он.

Только тех, кто сидел перед костром, было значительно больше, чем всех их стражников, вместе взятых.

– Лучше подождать и вытащить Соран, когда подвернется удобный случай.

Ледяная вода, похоже, привела Соран в чувство. Она приподняла голову и огляделась.

В воздухе витал запах жареного мяса, костры пылали ярким пламенем, а вокруг сидели угрожающего вида мужчины.

«Меня все-таки передали разбойникам, чтобы те закопали меня в горах?» – подумала она, побледнев.

– Ты хоть танцевать умеешь? Или сможешь нас еще как-нибудь ублажить? – осклабился мужчина в оленьей шкуре, подойдя ближе.

«Они хотят, чтобы я здесь развлекала их, как кисэн [4]?»

– Н-нет! Прекратите! – закричала Соран. – Не говорите таких ужасных вещей!

– А не то прикопаем так, что ни одна живая душа не найдет, – отозвался один из разбойников, угрожающе размахивая огромной лопатой.

Другой подошел ближе и кончиком ножа приподнял край ее юбки.

– Мерзавец!

Король Хон, скрывавшийся за камнем, больше не смог сдержаться и выступил вперед, выкрикнув:

– Прекрати немедленно!

Синвон и стражники попытались остановить короля, но Ли Хона, кипевшего от ярости, было не удержать.

– А это кто еще такой?! – растерянно прорычал один из разбойников.

Соран подняла голову. Этот голос…

Да, это был он. Король Ли Хон.

Соран не могла поверить своим ушам. Неужели это иллюзия, вызванная дурманом? Глаза ее быстро наполнились слезами.

«Ваше Величество, как вы нашли меня? Почему пришли в такое опасное место?»

Сердце Соран наполнилось радостью, которую тут же сменил страх. Схватив факелы, разбойники с угрожающим видом окружили Ли Хона.

Король, Синвон и стражники в мгновение ока обнажили мечи и попытались дать отпор. Однако, как Синвон и предупреждал, их было слишком мало, чтобы сражаться против такого количества противников.

Звон металла разрезал воздух, и вскоре стало очевидно, что силы не равны. После схватки Ли Хон и его стражники были повержены. Их надежно связали и поставили на колени рядом с Соран.

Встревоженно посмотрев на короля, Соран прошептала:

– В-ваше Величество, как вы здесь оказались?

Стоявший к ним спиной разбойник в шкуре оленя услышал ее слова и обернулся.

– Что? Как ты его назвала? Величество?

Если личность короля Хона раскроется, то последствия будут катастрофическими!

– А-а… Ли Чесу. Так его зовут – Ли Чесу!

– Тогда будем звать его просто «лишний», – насмешливо заявил разбойник.

Ли Хон стиснул зубы и дернулся вперед, но тугие веревки мешали ему двигаться.

«Я никогда не прощу тебе этого унижения, мерзавец».

Пока Ли Хон скрипел зубами, главарь вместе с подручными совещались, решая, что делать с пленниками.

– Убьем всех и закопаем, как и велел магистрат.

– Но ведь нам поручили избавиться только от женщины.

– Убьем всех – и не останется свидетелей.

– А может, закопаем, оставив только головы тиграм на съедение? Тогда никого нельзя будет опознать.

– Отличный план. Закопаем их на тропе, где часто ходят тигры.

Разбойники обсуждали такие ужасные вещи, словно речь шла о чем-то обыденном.

– Ч-что? Они собираются закопать меня? Меня, короля Чосона, равного самому небу?

– Прошу, Ваше Величество, понизьте голос. Сейчас вы не король, а просто господин Ли, – тихо напомнил Синвон у него за спиной. – Я уже попросил о подкреплении. Вскоре сюда прибудет королевская стража.

– Надеюсь, тигры не съедят нас раньше.

Тем временем разбойники, закончив совещаться, направились к ним.

– Вы только гляньте на этих мужиков! Все бледные, как девки!

– Точно-точно! Мужчины должны быть такими, как мы, крупными и крепкими, – поддакнул другой, и они громко засмеялись.

– Наглецы! Как вы смеете болтать такие глупости! Немедленно развяжите меня! – выкрикнул Ли Хон, его голос прозвучал, словно раскат грома.

Но бандиты и ухом не повели. Как-никак, это были люди, привыкшие сражаться с тиграми.

– Ваше Величество, позвольте мне попробовать, – вмешалась Соран, пристально посмотрев на разбойников снизу вверх, стараясь придать своему лицу суровости. – Думаю, здесь нужен иной подход.