Опасная игра леди Эвелин (СИ) - Богачева Виктория - Страница 54

Лорд Честер был пожилым, одутловатым мужчиной и выглядел примерно так же, как многие богатые люди в его возрасте. Потому что влияние и состояние в конечном счете развращают любого.

— Граф Беркли, — он стоял у кресла и обернулся, когда дворецкий объявил о нашем прибытии. — Мистер... не имел чести быть представленным? — острый взгляд метнулся к Эвану, седые кустистые брови взлетели на лоб.

— Мистер Эшкрофт, лорд Честер. Жандармерия, — он шагнул вперед и доложил, словно начальнику. Еще и каблуками стукнул.

Некоторые привычки сидят в нас слишком глубоко.

— Что же, мистер Эшкрофт, приятно познакомиться, — очень холодно сказал старик и вопросительно посмотрел на меня. — Я думал, у вас ко мне частный разговор, Ричард.

Лорд Честер решил с первой минуты показать, кто есть кто в этой библиотеке. Я усмехнулся. Меня это не задевало.

— Так и есть, герцог, — я решил, что его фамильярность позволяет и мне отбросить формальности. — Все сказанное умрет в библиотеке.

— Тогда не понимаю, зачем присутствовать при нем постороннему, — желчно выплюнул Честер. — Я — занятой человек, Ричард, а сегодня выделяю вам драгоценное время посреди важного для меня приема...

Он принялся возмущаться, набивая себе цену.

— Вы бы хотели получить, наконец, должность Лорда-Канцлера? — спросил прямо, перейдя сразу к сути.

Старик подобрался.

— Вам прекрасно известно, что я уже выставил свою кандидатуру, — сварливо отозвался он, но голос уже прозвучал спокойнее.

— Как и предыдущие разы, — мягко заметил я.

— Вам виднее, как ваш батюшка ведет дела, — еще более мягко улыбнулся Честер.

В любой другой день указание на родственные связи с этим подонком меня бы взбесило. Но только не сегодня. Боковым зрением я отметил, что Эван дернулся и ступил ближе ко мне. Я коротко качнул головой, показывая, что все под контролем.

— Вы прекрасно осведомлены, что мы с ним не ладим, — это еще была невероятно мягкая формулировка.

— Наслышан — наслышан, — старик хохотнул. — Хорошо, что Корона чувствует себя перед вами в долгу за тот неприятный инцидент с кронпринцем. Любому другому такие заявления в Совете не сошли бы с рук.

Я заставил себя улыбнуться, обнажив зубы.

— А вот вашему другу этот прием может стоить карьеры, — и Честер бросил на Эвана хищный взгляд.

Тот мгновенно насторожился, и мне пришлось вмешаться.

— Герцог, я пришел к вам, потому что думал, что вы — деловой человек, и не упустите возможность выбить вашего конкурента из голосования, — сказал я прямо. — Если вы не заинтересованы — сообщите, и мы уйдем, не будем тратить свое время.

Старик склонил на бок голову, и три подбородка легли ему на плечо складками. Посмотрел на меня с прохладной заинтересованностью и пожевал губы.

— В вас отчетливо прослеживается недостаток воспитания, лорд Беркли, — сообщил он.

Я фыркнул. Никогда в этом не сомневался.

— Допустим — только допустим — мне было бы интересно одержать победу в голосовании на этот раз, — помолчав еще немного и не дождавшись от меня реплики, старик заговорил вновь. — И что вы можете мне предложить? И что попросите взамен?

— Взамен от вас практически ничего не требуется. У вас обширные связи, герцог, а нам нужно лишь, чтобы жандармерия выполняла свою работу.

— Конкретнее.

— Чтобы нам не мешали вести расследование. Выделяли людей для слежки, не отзывали их без предупреждения, вовремя проводили все исследования... — скучным голосом принялся перечислять я.

— И как же, по вашему мнению, я могу это дать? — Честер натужно улыбнулся. — Жандармерия и дознаватели — совершенно независимые организации, это все знают.

В тусклом свете его глаза маслянисто блестели. Он забавлялся и получал от этого удовольствием. Эван дернулся. А еще обо мне волновался, что я не смогу держать себя в руках. Я покачал головой. С хлыщами наподобие Честера я давно научился справляться.

— Методы на ваше усмотрение, — я растянул губы в намеке на улыбку.

— Ну, допустим, — легко согласился он. — А что мне можете предложить вы?

— Шанс занять должность Лорда-Канцлера.

— Шанс? — переспросил он и расхохотался. — Это ничтожно мало.

— Но это больше, чем у вас когда-либо было, — жестко сказал я. — Мы все знаем результаты голосования уже сейчас. Герцог Саффолк будет избран уже в четвертый, кажется, раз. Вы проиграете. Месяц газетчики будет резвиться и полоскать ваше имя и очередную неудачу.

У меня получилось задеть его. На этот раз — по-настоящему. У него дернулась щека, ноздри расширились, когда он тяжело, гневно задышал. Глаза сузились, стали похоже на щелки. Я видел, что Эван посматривал на меня с неодобрением, но я знал, что делал. И терять уже было нечего. Или Честер согласится, или я не представляю, как мы продолжим расследование...

— Вам говорили, Ричард, что у вас отвратительный характер? — Честер взял себя в руки.

Конечно же, он был слишком стар и слишком проницателен, чтобы вести себя как дурак.

— Множество раз, — искренне улыбнулся он.

Библиотека погрузилась в тишину. Старик стучал пальцами по крыше кресла и, кажется, действительно обдумывал наше предложение.

— Значит, вам нужно, чтобы вашему расследованию не мешали. Только это?

— Именно.

— Хорошо, — бросил он, и я с трудом сдержал удивление. — Я... я заинтересован, скажем так. В начале следующей недели проведу несколько встреч. Быть может, с расследованием станет полегче. Но на этом — все, — жестко припечатал он. — И любые наши договоренности я буду отрицать.

— Само собой, — сухо хмыкнул я.

Поверить в удачу было сложно. Я вглядывался в лорда Честера, понимая, что подвох мог крыться везде. И он мог солгать мне — вероятность была огромное. Но проблема заключалась в том, что особого выбора у нас не было. И так все чаще приходило чувство, что мы словно загнаны в угол, и нужно из него как-то выбираться.

Хороший вопрос — как.

Быстро простившись со стариком, мы покинули его роскошный особняк. Задерживаться дольше не хотелось ни мне, ни Эвану.

— Ты ему веришь? — спросил он, когда мы выбрались на воздух.

— Ни капли.

***

Утром, как и собирались, мы отправились в банковские хранилища. Вместо сестры Агнеты в качестве дуэньи взяли Эвана. Прежде всего, из соображений безопасности. Было у меня очень четкое ощущение, что покойный герцог Невилл за семью замками спрятал не кошель с золотыми монетами.

К поездке мы подготовились: надели парики, сменили привычную одежду. Эвана изображал из себя светского модника, я — секретаря какого-нибудь старика, чьего жалования хватало на самые дешевые ботинки и пальто. Даже не сюртук. И только трогать траур Эвелин не поднялась рука, потому ограничились лишь сменой цвета волос. Рыжей ее видеть было ужасно непривычно.

Она вела себя как ни в чем не бывало. Даже улыбалась, расспрашивала о чем-то Эвана все время, которое мы провели в экипаже. Невольно зародилась обидная, но здравая мысль: что если проницательный детектив Беркли ошибся? В своих предположениях и интерпретациях поведения одной молодой леди...

Легче всего было бы приказать самому себе не забивать голову. Но я не мог. Уже не мог.

Верный банк мы нашли с третьей попытки. Как я и предполагал, герцог Невилл завел хранилище на девичью фамилию жены. Он словно предчувствовал, что с ним может что-то случиться, и потому обрубал все концы. Может, так оно и было.

Не понадобилось показывать никакие документы. Как и врать о том, что они были утеряны. Достаточно было лишь продемонстрировать ключ, который Эвелин не выпускала из рук. И нас тотчас проводили в отдельное помещение, стены которого были отделаны панелями темного дерева. Вдоль одной из них, словно соты, тянулся массивный шкаф — мозаика из металлических ячеек разных размеров, каждая с отполированной латунной табличкой и замочной скважиной.

Как рассказал нам сопровождающий, каждая ячейка имела двойной замок: основной — сложный механизм с поворотной комбинацией, и дополнительный — под ключ, изготовленный вручную, с уникальной нарезкой бороздок. Ключ подходил только к одной ячейке, и его невозможно было подделать без точной копии, которую могли сделать лишь в банке, по личному распоряжению владельца и при наличии кодовой фразы, известной ограниченному числу лиц.