Опасная игра леди Эвелин (СИ) - Богачева Виктория - Страница 60

— Выходи, твоя милость, — оскалился Форк и распахнул дверь экипажа.

Но когда я оказался снаружи, понял, что ошибся в своем предположении.

Привезли меня совсем не в тюрьму. Но действительно на отшиб. А трясло потому, что экипаж съехал с основного тракта на разбитую дорогу, которая уходила в сторону от города. Мы остановились посреди огромного поля, где не было ничего, кроме безграничного простора и неба над головой. Уже близился рассвет, на кромке горизонта загорались его первые лучи, и медленно затухали звезды.

Я огляделся и повел плечами, жалея, что руки скованы наручниками за спиной, и я даже не могу поправить сползший ворот рубашки. Сюртук с меня содрали еще в кабинете, а стоять на свежем воздухе было зябко.

Форк переминался с ноги на ногу в шаге от меня. Боковым зрением заметил еще двоих жандармов. Где же потерялись остальные? Арестовывать меня они пришли толпой.

Они явно чего-то ждали. Скорее — кого. Догадаться было несложно. Кажется, этот человек запаздывал, потому что Форк постоянно недовольно поглядывал в сторону города.

— Ничего не спросишь? — ему так наскучило стоять молча, что он решил заговорить со мной.

— Сколько тебе за это заплатили?

Он дернулся, чтобы ударить, и остановился в последний момент.

— Насмешничай, пока можешь, — сплюнул под ноги и отвернулся.

И после уже не докучал мне болтовней. По ощущениям прошла вечность, на деле не больше пятнадцати минут, когда вдали показалось характерное облако пыли, ознаменовавшее приближение еще одного экипажа.

Когда из него вышел Лорд-Канцлер, я даже не удивился.

— Оставьте нас, — бросил он и своим охранникам, и жандармам, а затем посмотрел на меня и брезгливо поджал губы.

— Погляди, до чего ты докатился, Ричард.

Я бы усмехнулся, но следовало сберечь запал до конца этой встречи. И потому промолчал. Но от него подобные претензии звучали, конечно, безумно.

Я смотрел в лицо человеку, чья кровь бежала по моим венам, и не чувствовал ничего, кроме презрения. Даже ненависти уже не было. Как и обиды. С ними я распрощался давно.

— Я знаю, что ты и твой дружок были в хранилище. Вместе с девкой, которую ты вздумал назвать невестой, — он страдальчески поморщился. — Поэтому можешь не отрицать.

— Хорошо, — я кивнул. — Не буду.

— Мне нужен доступ к содержимому ячейки. И тогда, возможно, все закончится благополучно.

— Так же благополучно, как для тех шестерых, чьи тела нашли на набережной? Или сколько их всего было? Кроме тех, о которых я знаю.

— А вас мало пороли в корпусе, да? — сиятельный Лорд-Канцлер хмыкнул. — Все дерзость и дурь так и не выбили.

— Мне почти тридцать, — я устало вздохнул. — Научился уже чему-то после корпуса, в который ты меня сослал.

Он посмотрел на меня и покачал головой. Все же не просто так он занимал свою должность уже почти пятнадцать лет, потому что его цепкий взгляд действительно пробирал до костей. Я чувствовал себя так, словно мне нутро выворачивали. Смотрел в его холодные глаза и думал, принадлежат ли они человеку? Или уже осталась лишь оболочка, не способная ни на какие чувства?

Скорее всего, второе. Только чудовище было способно на то, что он делал. С этими женщинами и с теми, о которых мы никогда уже не узнаем. Убивать ради изготовления артефактов. И, главное, с какой целью? Заработать на перепродаже?

Лорд-Канцлер и так был баснословно богат. Поместья, земли, дома, украшения, коллекционные предметы — всего этого хватило бы на три поколения вперед.

Ради власти? Ради того, чтобы убиваться ею, зная, что немного найдется людей, способных ему помещать?

Единицы.

— Так все твои жалкие попытки меня задеть были вызвана детской обидой на папеньку? Нападки на заседаниях Совета, слухи, которые ты распустил в городе? — выплюнул Лорд-Канцлер сквозь зубы.

Я посмотрел на него с недоумением.

— Ты убивал людей, — напомнил на всякий случай, потому что, кажется, он пребывал в мире своих фантазий, далеких от реальности.

Наручники впивались в кожу на запястьях, были слишком туго затянуты. Плечи постепенно сводило, я чувствовал, как они затекают от долгого нахождения в одной позе. Отчаянно хотелось пошевелить ими, чтобы ослабить напряжения, но я терпел, потому что не собирался показывать слабость или выглядеть в его глазах уязвимым.

Герцог Саффолк отмахнулся от моих слов, как от чего-то лишнего, неважного.

— Я не намерен вести с тобой эту бессмысленную беседу, — отрезал он жестко. — И даю тебе последний шанс рассказать, что вы нашли в банковском хранилище. И предоставить мне к нему доступ.

В его голосе слышалась явная угроза.

И внезапно я совсем другими глазами взглянул на это пустынное место, за пределами городской черты. И на туповатого жандарма Форка. Не думаю, что он станет церемониться, если ему отдадут соответствующий приказ.

— Лучше соглашайся, Ричард. Я доберусь до него — с твоей помощью или без.

Я мог надеяться лишь, что Эвану хватит ума отвезти Эвелин в безопасное место. Вопрос заключался в том, существовало ли оно?..

Я смотрел на герцога и просчитывал в голове варианты: притвориться, что согласен? Потянуть время, как только возможно, в надежде, что подвернется возможность для побега? Слишком рискованно и ненадежно. Нельзя было полагаться на случай.

— Зачем тебе? — спросил наугад. — Зачем тебе доступ к хранилищу, если вы уже преуспели в создании артефактов?

— Это тебя не касается, — нетерпеливо фыркнул Лорд-Канцлер. — Не думай, что ты умнее меня,сынок. Даю тебе минуту на размышление. Или соглашайся, или... — он выразительно замолчал.

Хорошо, что обошелся без показной театральщины и не провел ребром ладони по горлу.

— Нет.

Его глаза дрогнули в прищуре, но удивленным герцог Саффолк не выглядел.

— Я всегда знал, что ты глуп, — процедил и презрительно дернул губами. — Не ты, так твоя невеста. Ты понимаешь, что после тебя я возьмусь за нее? Дочь государственного преступника. Сиротка без семьи.

Хотелось прорычать, чтобы не смел трогать Эвелин, но я сдержал себя. Разум услужливо подсунул воспоминание, как она прильнула ко мне в кабинете, как ответила на поцелуй, как распустила золотистые волосы.

Пришлось стиснуть зубы до скрежета, чтобы отвлечься и выбросить это все из головы.

— Выходит, из нас двоих ублюдок — это ты, — выплюнул хрипло.

И получил удар под дых. Легкие обожгло, под ребрами неприятно заныло, я согнулся, пытаясь отдышаться.

— Нужно было потравить тебя еще во чреве, — прозвучало над головой.

И стало для меня последней каплей. Терять было нечего, я все равно был одной ногой в могиле — судя по тому, как складывался разговор. И потому, не выпрямляясь, я боднул герцога головой, навалившись всем телом. Он не ожидал этого и оступился, утратив равновесие. Я также не устоял на ногах и полетел на него по инерции, и уже вдвоем мы рухнули в пыль. Приложившись о землю, я взвыл, потому что руки вывернулись под неестественным углом. С ругательствами и шипением, Лорд-Канцлер откинул меня в сторону и попытался подняться.

— Куда вы смотрели?! — рявкнул он на жандармов, которые только сейчас услышали шум возни и теперь спешили к нам. — Все, с ним все кончено. Можете интерпретировать это как попытку сбежать. И убить его. Только наручники снимите.

Говорил он, отряхиваясь.

Я подумал, что у меня будет шанс в момент, когда они снимут наручники. Призрачный, но все же. Лишь бы не подвели руки, я и так их едва чувствовал.

Но к тому, что произошло дальше, оказался не готов ни я, ни герцог.

— Довольно, — произнес еще один голос.

Он принадлежал Форку.

Лорд-Канцлер опешил настолько, что застыл в нелепой позе и не выпрямился до конца. Воспользовавшись возникшей заминкой, я перекатился в сторону и огляделся. Неподалеку валялся на земле оглушенный жандарм, в двух шагах от него — постанывал, держась за пробитую голову, второй.

А Форк держал в руках револьвер, и дуло было направлено на герцога.