Туманы Замка Бро. Трилогия (СИ) - Ветер Морвейн "Lady Morvein" - Страница 59

Грегори скрипнул зубами и, прищурившись, уставился на него.

– Ты знал, – процедил он.

– Знал о чём?

– Не валяй дурака, ты всегда знал обо всём. Ты знал, что меня посадят в башню – но ничего не сказал. А теперь ты знал о приезде Ласе – но снова не сказал об этом мне!

Тизон помрачнел.

– Кажется, Грегори, ты изменился не так уж сильно за прошедший год, – Тизон развернулся на пятках и направился прочь. Грегори же снова шагнул к выходу с ристалища, и снова путь ему преградили двое – на сей раз это были сэр Генрих и Ласе. Ласе успела накинуть капюшон, пряча свои роскошные локоны под нежной тканью.

– Мне показалось, ты мне не рад, брат? – с улыбкой произнесла она.

– Вам показалось, леди Ласе.

Ласе свела брови к переносице, от чего гладкий лоб пересекла морщинка, но ответить не успела, потому что вместо неё заговорил отец:

– Ты будешь на пиру, Грегори? Мы с дочерью хотели бы видеть тебя подле себя.

– На пиру? – Грегори, безусловно, собирался быть на пиру, но весть о том, что он должен быть там рядом с Ласе основательно подпортила ему настроение. – Не уверен. Завтра у меня ещё один бой, братья пригласили меня выступить рядом с ними в меле.

– Я слышал, – в глазах Генриха блеснул недобрый огонёк. – Я бы предпочёл, чтобы ты отказался.

– Исключено, я не могу нарушить слово, данное им.

– Что ж, это твой выбор. Но я всё же хочу видеть тебя на пиру. Уверен, ты сможешь уделить нам немного времени, потому что в противном случае тебе лучше сразу отправиться домой.

Грегори бросил быстрый взгляд на Ласе, которая продолжала улыбаться, будто бы и не слышала этой угрозы, стиснул зубы и снова повернулся к Генриху.

– Хорошо, – процедил он. – Могу я по крайней мере освежиться перед тем, как мы сядем за стол?

Сэр Генрих смотрел с подозрением, будто Грегори собирался сбежать, и тот добавил:

– Не хочу оскорблять даму запахом конского пота и крови, сэр Генрих. Разве я не прав?

– Хорошо, – произнёс Генрих и наконец позволил Грегори покинуть площадку.

В шатёр Грегори так и не пошёл – вместо этого углубился немного в лес вдоль реки и в самом деле принялся плескать в лицо ледяной водой. Настроение становилось всё хуже. Ему казалось, что турнир стремительно превращается в капкан, расставленный лично для него.

Уже за столом, который был накрыт на поляне под открытым небом, когда стемнело, Грегори тщетно пытался отыскать глазами Милдрет, но так и не нашёл.

Сэр Генрих задумал новую пересадку, объяснив её присутствием множества дорогих гостей. В этот раз по правую руку от него оказался Тизон, что дало Грегори повод думать, что тот в самом деле был посвящён в план дяди. По левую же посадили его самого – и рядом с наследником сидела Ласе.

Оказавшись между молотом и наковальней, Грегори весь вечер скрипел зубами. Несмотря на голод, кусок не лез ему в горло, и, несколько раз поймав слугу, он спрашивал:

– Где мой оруженосец? Прикажите его отыскать и привести сюда!

Но почему-то никто приказ исполнить не мог.

– Почему вы так беспокоитесь о нём? – не выдержала наконец Ласе. – Я помню тот случай, когда вы убили прекрасного кабана, но даже не попробовали его с нами из-за этого противного шотландского мальчишки! И вот снова, вы подарили мне победу – но думаете только о нём!

Грегори обжёг её ледяным взглядом и хотел было промолчать, но подумал и всё-таки произнёс:

– Леди Ласе, если вы рассчитываете на мою благосклонность в будущем, вам лучше раз и навсегда запомнить, что мне неприятно слышать подобные слова о моём оруженосце. Да и о любом, кого я выбрал, вообще. И я не собираюсь это терпеть.

Грегори отодвинул стул и, не прощаясь, вышел из-за стола. Сэр Генрих, отвернувшийся к Тизону, заметил его манёвр, когда Грегори уже стоял, и успел лишь поймать его за локоть.

– Куда? – рявкнул он, с трудом перекрывая гомон толпы.

– Я пришёл на пир, как вы и сказали. Теперь, как того требует этикет, собираюсь поприветствовать гостей, – Грегори вывернул руку из его цепких пальцев и двинулся прочь вдоль стола. Уже через пару минут ему удалось затеряться в толпе. Грегори хотел лично переговорить с теми, с кем все прошедшие годы лишь переписывался – с капелланом, с Седериком, и, возможно, с братьями, которые так неожиданно решили выразить ему доверие. Однако план этот ему так и не удалось осуществить – молодой рыцарь остановил его, когда Грегори был уже довольно близко от интересовавших его людей, и, приглядевшись, Грегори не без труда узнал сэра Артура, одного из тех, кто сопровождал его в последний и единственный поход в земли Армстронгов.

– Я слышал, вы собираетесь участвовать в меле? – спросил тот, раскланявшись и поприветствовав Грегори как победителя первого этапа турнира.

– Да, мне предложил мой брат.

– Значит ли это, что вы решили принять предложение сэра Генриха?

Грегори склонил голову вбок и нахмурился, первым порывом было ответить: «Он мне ничего не предлагал!» – но Грегори сдержался. И всё же Артур разгадал его недоумение.

– Победитель меле может рассчитывать на руку леди Ласе.

Грегори на секунду широко раскрыл глаза, а потом прищурился, и в зрачках его сверкнула злость.

– Вот, значит, каков приз?

– Об этом знают все.

– В мою башню не приносят новостей!

Сэр Артур молчал, и Грегори тоже. Секундный порыв послать всё к чёрту и вернуться в замок мгновенно прошёл – меле было его шансом показать себя, в этом Милдрет была права. Не участвуя в турнирах и не появляясь на пирах, он навсегда остался бы лишь смутной тенью узника, запертого в башне. Никто не признал бы его право на власть.

– Так, значит, всё же нет? – осторожно спросил сэр Артур.

– Почему это так вас интересует?

– У меня свои причины. Но я, как и многие, хотел бы знать, что ожидает нас в ближайший десяток лет – полагаю, столько ваш дядя проживёт, если злодейское предательство не оборвёт его жизнь.

– Предательство… – задумчиво произнёс Грегори, – мне нечего вам ответить, сэр Артур. Я не знаю, сколько он проживёт, – Грегори прямо посмотрел ему в глаза, – если не боитесь, я бы обсудил это с вами потом.

– Хорошо, – сэр Артур кивнул.

– Больше не заговаривайте со мной, – продолжил Грегори, – если это возможно, попросите, чтобы вас поставили в караул около моей башни.

В глазах Артура сверкнул весёлый огонёк.

– Я думаю, возможно всё.

Больше Грегори не говорил ни с кем. Выбравшись из толпы, он добрался до тихой заводи на опушке леса и остановился, глядя на воду и размышляя о том, что ждало его впереди.

Победить в меле означало получить в качестве «приза» Ласе. Но проиграть означало опозорить себя и лишиться шанса обрести союзников среди братьев.

Он думал о том, что значили слова Артура, и можно ли было ему верить. После того, как его предал Тизон, Грегори не хотелось доверять никому.

Думал о том, стояло ли что-то за предложением кузенов, и на чьей они были стороне. Знали ли они, что делая его предводителем, подталкивают к свадьбе с Ласе? Хотели ли этой свадьбы или, напротив, давали понять, что готовы видеть командиром?

Грегори преувеличил, сказав, что новости не приносили в башню. Свою версию событий ему излагали капеллан и Седерик, но никто из них не смог предупредить его о приезде Ласе. Впрочем, изменилось бы что-нибудь, если бы он знал? Наверное, нет.

Он вдруг остро ощутил недостаток информации для того, чтобы принять решение. Для того, чтобы давать ответы на вопросы, которые ему задавали. И одновременно понял, почему он оказался взаперти – стоило ему выйти из башни, как его окружили те, кто хотел «злодейского предательства» и скорейшей смерти наместника. Грегори не мог сказать, что не хочет того же, но кому он может довериться – не знал.

– Грегори! – окликнул его низкий мужской голос из-за спины, и Грегори невольно стиснул зубы, узнав в говорившем сэра Генриха. Наместник явно был зол. – Ты поступил невежливо, покинув стол.

– Что с того? – Грегори резко развернулся и посмотрел ему в лицо.