"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Верещагина Анна Верещагина - Страница 884

Женщина изящным движением гладила свой подбородок, вспоминая последний разговор с одним отбившимся от рук псом.

Для начала он пожелал получить свободу, потому больше не будет привязан к ней.

Ему больше не понадобиться быть на добровольном поводке, а попутно и его чрезмерная верность Диане, разбившись вдребезги после смерти девушки, превратится в ненависть, которую тот захочет утолить в мести и крови. Её крови или её детей.

Такой пес представляет невероятную угрозу.

Королева Ингрид, зная, что он станет свободен в любом случае, а она избавится от Дианы раньше, чем обрушится на неё весь гнев Эсклифа.

Следовательно, дабы обезопасить себя и своих детей, ей нужно готовиться к возможной опасности.

Глава 34

Наследный принц, сгорая от ярости, размашистым шагом пересекал коридоры замка, освещаемые подсвечниками.

Теплый свет тревожно подрагивал, когда огоньки задевал поток ветерка, следуемый за Декстером. Наследник Аркоса, блуждая по лабиринтам замка, погруженный в свои мысли, не сразу обратил внимание, что находился в крыле замка, где обитает дарсийская принцесса.

Молодой мужчина, погруженный в противоречия, выглядел одиноким. Его голубые глаза поблекли, и он скитался от одного окна к другому, сражаясь с самим собой. С одной стороны, он ненавидел их первую встречу, с другой — благодарил Бога за то, что тот свел Эйрин и его судьбы. Принц вспоминал наставление отца: «Для будущего правителя недопустимо жить по велению сердца в ущерб стране».

Декстер подумывал о побеге с возлюбленной, но взвешивал последствия и трудности, которые их ждут.

Эйрин была в его жизни как цветок в теплице, который не выживет вне тепличных условий, потому что погибнет или будет уничтожен из-за своей привлекательности.

Он так сильно хотел обладать им, что совершенно терял рассудок. Однако его фанатизм подкрепляло неистовое собственническое желание – защищать.

Любовь – это безумие. Если мужчина совершает безумные поступки, то он, вероятно, влюблён по-настоящему.

За окном незаметно для принца потемнело, на ночном небе, усыпанном россыпью звезд, уже во всю царствовал золотой полумесяц. Сейчас он казался больше обычного, а плывущие вдоль него облака делали общую картину ещё более мрачной.

– Кто здесь?

Когда их взгляды встретились, Эйрин перестала дышать. Она напряглась после быстрого вдоха, и её глаза отразили яркие голубые глаза принца.

– Ваше Высочество?

Декстер медленно стал сокращать расстояние между ними, рассматривая очертание силуэта девушки.

Эйрин прижимала к груди очередную книгу, а её простое серое платье совсем не подходило ей. На его взгляд, такой нежный цветок, как она, должен был облачаться в самые изысканные и дорогие ткани с вышивкой из самородков и жемчуга.

Дарсийская принцесса не сдвинулась с места, сжавшись внутри, как колючий ёжик, та молча наблюдала за наследником Аркоса.

Крепкая грудь и выраженные ключицы, видневшиеся сквозь расстегнутый воротник, были незнакомы, но эти ледяные глаза безошибочно принадлежали Декстеру.

– Эйрин, я заблудился, – он осекся, словно сказал нечто невероятное, и улыбнулся. – Прости, что напугал. Ты была в библиотеке?

Девушка была настолько удивлена, что не могла ничего сказать. Её губы просто сжались в тонкую линию. Она лишь кивнула, опустив глаза, и перестала дышать.

Наблюдая за взволнованной Эйрин, Декстер понимал, что не сможет без нее жить. Но был уверен, что готов следовать любому приказу матери, чтобы уберечь ее. Его рука, коснувшись кожи чуть ниже глаз Эйрин, опустилась к ее щеке. Тонкая бледная кожа была гладкой, как шелк.

– Навсегда моя.

Ему казалось, она, единственная, была привлекательнее любой другой, поэтому его сердце переполнилось раскаянием.

Декстер плавно уронил свою руку вдоль тела и, нежно улыбнувшись, исчез с поля зрения девушки.

Как бы то ни было, он будет защищать жизнь Эйрин, сделает всё, что захочет королева-мать. Если королеве нужен политический брак, он сделает всё ради дарсийской принцессы.

Диана Эрскин

Дни пролетали, незаметно приближая всех к самому яркому банкету этого сезона, к которому все молодые леди скрупулёзно готовятся. Я же делаю видимость этого, ведь помимо мелких забот мне также требовалось решать более важные вопросы, касающиеся реконструкции будущего «Модного дома». Для меня это остаётся намного значимым, чем какой-то помпезный банкет и утомительные бальные пляски.

– В этой папке указаны сметы, – забираю протянутую Джозефом связку бумаг. – Пожалуйста, изучите их и утвердите подписью и печатью, – деловито, но увлеченно рассказывал приставленный маркизом помощник. – Если у вас появятся вопросы или вы захотите внести какие-то изменения, пожалуйста, не затягивайте. Как можно скорее позовите меня, и я помогу внести должные коррективы...

Пролистывая несколько страниц, я остановилась на графе со сроками выполнения реконструктивных работ.

Мои глаза округлились, когда я выцепила нужные мне цифры.

– Пятьдесят четыре дня?

– Да, мисс, – Джозеф бордо вздернул подбородок и любезно улыбнулся. – Если всё пойдет по плану, то к окончанию светского сезона всё заработает как часы.

Я довольно растянулась в улыбке и хлестко захлопнула связку документации. Эмма, стоявшая позади нас, мигом подхватила протянутую мной папку и отступила на шаг.

– Джозеф, вы невероятно проворны.

Мужчина с скромной улыбкой склонил голову, галантно прижимая к своей груди шляпу.

Рассматривая напоследок обшарпанный фасад здания, который через полтора месяца преобразится в самый известный бутик столицы, на моих губах заиграла предвкушающая улыбка.

Ювелирная мастерская

Я вошла в популярную ювелирную мастерскую и увидела сотрудников, занятых с клиентами. Богатые модницы примеряли драгоценности и выбирали между розовыми сапфирами и золотисто-зелеными гранатами. Я скромно стояла в стороне, и они меня не замечали.

– Что? Леди Эрскин?

Как только я оглядела место, то встретила знакомое лицо.

Как знать – это всего лишь случайность или подкравшаяся беда?

Женщина встала с места, нарисовала улыбку, приближаясь ко мне. Я же ее встретила с фальшиво натянутыми кончиками губ, что приняты в обществе.

– Рада вас видеть, Ваше Сиятельство, маркиза Таян.

– Ах, боже, мисс Эсклиф! Давно не виделись.

Как же раздражает видеть это лицо. Не думаю, что сегодня мне сопутствует удача.

– Полагаю, мисс Эрскин пришла, дабы пополнить свою сокровищницу?

– Все верно. Вы уже пополнили свою?

– Ох, нет, я только что приехала.

– Что ж, тогда понятно, – с трудом удерживая пылающий взгляд этой женщины, я улыбнулась ярче. – Удачных вам покупок. Увидимся на имперском банкете по случаю основания страны.

Между тем маркиза отошла к своим дочерям и начала что-то бурно обсуждать с членами других семей. Я же выцепила свободный квадрат в ювелирном магазине и двинулась туда.

За стеклом прилавка красовались более простые украшения, нежели те, что примеряют сейчас дочери маркизы. В этот момент послышался внезапный вздох, разнесшийся по всему помещению.

– Ах! Неужели всё так плохо?

Звук противного хихиканья заполонил и без того небольшое помещение, словно огонь окутал теплом находившуюся рядом землю.

Отчего-то казалось, что время течет невероятно медленно. Дожидаться кого-то из сотрудников становилось угнетающе, ведь дамы не стесняясь хихикали, поглядывая в мою сторону, обсуждая что-то безусловно раздражающее.

Честно говоря, изначально я немного нервничала. Нет, я не уверена, стоит ли это называть так. Однако мои мысли текли в совершенно ином направлении, все больше заставляя краснеть от злости.

– Добро пожаловать, леди Эрскин. – Покорно склонив голову, напротив стоял седовласый мужчина. – Разрешите узнать, вам приглянулись эти опалы?

– Это черный опал?

Мужчина утвердительно кивнул и открыл со своей стороны стеклянные створки, доставая бархатную подушку с украшениями.