"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 277

– Да, сэр, – кивнул Эркин и, помедлив, с улыбкой добавил: – Но я здесь много не возьму, сэр.

– Сам думаешь, где будешь? На каком месте? – заинтересованно спросил Джонатан.

– Я видел, ну, когда на проминку ездили, и на перегоне ещё было, с десяток лучше меня. А то и больше. Намного лучше, сэр.

– Значит, и в десятку не войдёшь?

– Я сделаю, что смогу, сэр, – спокойно ответил Эркин, переглянулся с Андреем и спросил: – Это отдать вам, сэр?

– Что? А, розетку. Она не мешает лошади?

– Да вроде нет, сэр. Но лучше снять, наверное?

– Нет, – сразу решил Джонатан, – пусть пока будет на ней. Пусть отдыхает. И вы, – он достал плитки, – держите. Поешь, а то и на старт не выйдешь.

– Спасибо, сэр, – Эркин снова переглянулся с Андреем и взял плитки. – Но мы сейчас всё равно на ленч пойдём.

– Тем более, – улыбнулся Джонатан. – А стрельбу смотреть не идёте?

– А зачем? – усмехнулся Андрей. – Фредди не стреляет, а остальные неинтересны.

– Вот как? Ну что ж, тоже… резонно, – кивнул Джонатан. – Ладно. Ещё раз спасибо и поздравляю.

– Спасибо, сэр, – кивнул Эркин.

Когда Джонатан ушёл, Эркин отдал шоколад Андрею и стал одеваться. Застегнул и заправил рубашку, повязал шейный платок.

– Пропотело всё.

– Переодеваться пойдёшь? – Андрей разглядывал синюю с золотыми буквами обёртку.

– Хорошо бы, да не успеем. – Эркин вытащил из кармана конверт и осторожно открыл его. – Ух, ты!

– Чего? – оторвался от шоколада Андрей. – Чего дали?

– Смотри, – Эркин, приоткрыв конверт, показал ему сотенную кредитку.

– Класс! – восхитился Андрей. – Ну, ни хрена себе! За такое и приложиться можно было.

– Ладно, – прервал его восторги Эркин, закладывая конверт обратно в нагрудный карман, застегнул пуговичку и накинул на плечи новенькую куртку.

– Не мала тебе? – заботливо спросил Андрей.

Эркин подозрительно посмотрел на него, ожидая подвоха, и рассмеялся:

– В самый раз! Давай, пошли поедим.

– Эту… розетку не сопрут?

Эркин огляделся, и на его взгляд из кустов вылетела целая стая цветной ребятни.

– Я!

– Я посмотрю!

– Я первый!

– Нет, я!

– Цыц! – гаркнул Эркин, взял у Андрея плитку и аккуратно, чтобы не повредить блестящую фольгу, развернул её.

Ребятня затаила дыхание, глядя, как он разломал плитку пополам, а половинку ещё надвое, дал четвертушку Андрею, другую сунул себе в рот, а остальное: полплитки, обёртку и фольгу! – протянул им.

– Держите и сами делите. Но если что, головы всем поотрываю.

И под восторженный визг Эркин с Андреем ушли от коновязей к торговому ряду.

Под щелчки выстрелов – стрельба была в разгаре – у торговых палаток шло веселье. Обмывали победы и запивали проигрыши. Эркин на все предложения выпить мотал головой:

– Мне ещё на мастерстве работать.

И от него отстали. Андрей попутно собирал выигрыши.

– Я на первую десятку держал, – пояснил он Эркину.

Эркин молча кивнул, пробираясь к палатке, над которой вился дымок и разносился запах жареного мяса.

– Два больших, – коротко сказал Эркин, протягивая деньги. – И к ним всё.

Белобрысая девчонка приняла деньги, и похожий на неё, но темноволосый парнишка ловко наполнил два подноса из белого плотного картона и подвинул к Эркину, улыбаясь во весь рот.

– С победой, парень. Здорово ты сиганул, я видел.

– Спасибо, – кивнул Эркин, забирая один поднос и кивая Андрею на второй.

Рядом стоял длинный раскладной стол со скамьями, и они спокойно расположились на дальнем конце.

Картонный стакан томатного сока, два куска хлеба, а между ними толстый обжаренный кружок из рубленого мяса, там же лист салата, ломтик огурца, несколько кружков лука, а ещё полоска сладкого теста с завитушками из крема и ореховой крошкой и стакан пенящегося взбитого молока с каким-то сиропом. Дорого, но сытно. И тяжести в животе не будет.

Первый голод они уже забили шоколадом и потому ели не спеша, со вкусом.

– Стрельбу посмотрим?

– Отчего ж нет? – Эркин отодвинул пустой стакан из-под томатного сока. – Помнишь?

– Ещё бы! – засмеялся Андрей. – А мороженое помнишь?

– Мг-м. Посмотрим немного, и я пойду, потянусь где-нибудь.

– Людное место, не укрыться, – возразил Андрей.

– Ничего, найду. Или ты на стрельбы иди, а я…

– А и фиг с ними, – отмахнулся Андрей.

Они поели, сбросили стаканы и подносы в большой бак для использованной посуды и пошли, внимательно выглядывая место помалолюднее. Но не прошли и десятка шагов, как к ним подбежали двое пастухов – мулат и трёхкровка – и что-то быстро шепнули Эркину. Андрей не расслышал что, но увидел, как у Эркина загорелись глаза.

– Андрей…

– Ну?

– Ты иди, а я тут быстренько. Приду прямо к коновязи.

Андрей, уже узнав знакомых по Мышеловке парней и, догадавшись, предложил:

– Давай, посторожу.

Эркин с улыбкой мотнул головой.

– Не надо.

– Место тихое, – улыбнулся Андрею трёхкровка.

– Ладно, – согласился Андрей, – но, если что, потом не говори, что я не предлагал.

– Ладно тебе, – хлопнул его по плечу Эркин, и всё трое тут же исчезли, затерявшись в толпе.

Независимо вскинув голову, перешучиваясь и отругиваясь, Андрей шёл, словно плыл в толпе.

Он всё-таки дошёл до стрельб и даже немного постоял, посмотрел, чтобы не выделяться, и снова ушёл бродить среди людей. Шёл и словно пьянел. От шума, гомона, суматохи. А здорово всё-таки придумано. Вся эта… олимпиада. Эркин – молодец, конечно, зубами четвёртое место вырвал. Но и навернуться мог… насмерть. Что ж, они вчера всю трассу прошли туда и обратно, потом он ушёл, а Эркин там ещё один всё что-то смотрел и шагами вымерял, заглянул потом в салун на минуту и спать пошёл. Железная у него выдержка. Только на финише голову потерял, летел уже не глядя и на награждении обалделый стоял. А так… в толпе все трепали, что индейцы прирождённые наездники. Скажи кому, что Эркин первое лето вот так… засмеют ведь. А хорошо. И стреляют, а не страшно. И стоял смотрел – страшно не было. Только в первый момент, когда они кольты подняли, ворохнулось чего-то. А боялся, что на расстрел похоже будет, через себя переступил, чтоб как с собаками не получилось. А оказалось – нормально. Как и потом с собаками. Пошли, постояли… Но там Эркин рядом был. Когда плохо, он всегда рядом. Не подставили бы его эти… коллеги. И усмехнулся выскочившему откуда-то слову. Хотя известно откуда. Из того, долагерного прошлого. Кто его дразнил попугаем? Сестра? Лицо смутно и имени нет. А дразнилку помнит до сих пор. «Ну-ка, ну-ка, угадай, что нам скажет попугай? То и скажет, полагаю, что вдолбили попугаю». Смешно. Ещё б качели сюда… И карусели… «Неужели в самом деле, все сгорели карусели… Но не слушали газели и по-прежнему галдели…». И эта… белиберда оттуда же. Газели, качели, карусели… Лезет в голову, и ни хрена ты с этим не сделаешь. А главного… ни имени, ни фамилии, ни адреса… как срезано. Ну, и хрен с ним. Что было, так того уже не будет. А хорошо: шумно, весело.

Блуждая в толпе, Андрей чуть не налетел на помощника шерифа, увернулся в последний момент и от греха убрался к коновязям.

Ребятня при его появлении высыпала из кустов и стала ему рассказывать, как старательно они смотрели за их лошадьми, подставляя ладошки для платы.

– Шакалить вздумали?! – рявкнул он на них, и они с преувеличенным визгом улепетнули обратно в кусты.

Розетка была и впрямь на месте, лошади стояли спокойно. Значит, не лезли к ним. Ну, что ж, Эркин обещал прийти сюда, будем ждать. Он ещё ему за ленч должен. Но с этим к Эркину не подступиться, а сейчас и пытаться не стоит. Чего бы придумать? Ну ладно, сочтёмся.

– Ну как, поздравили парня? – Старцев, улыбаясь, приветствовал Джонатана.

– Разумеется, капитан, – Джонатан быстро оглядывал выстроившихся на линию стрельбы ковбоев. – Играете?

– В этой пятёрке?

– В этой и в общем.

– Я не видел пристрелки, а играть наугад… – Старцев хмыкнул. – Удача любит того, кто о ней заботится.