"Фантастика 2025-122". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 279

Разогнав Принца, Эркин мягко соскользнул с седла так, что оставшийся без всадника конь продолжал бежать по кругу. И побежал Эркин не вдогонку, как все, а наперерез, срезая поворот, и с ходу вспрыгнул в седло.

Рёв зрителей ударил по ушам, но он уже развернул Принца и пустил вдоль растянутого по земле лассо. Свесившись с седла, он рывком подхватил конец, поддёрнул ремень и подставил ладонь. И лассо само собралось кольцами и легло в руку.

Ах, ловок! Ну, голова у парня работает! Видно же, что на месте придумывает. Опыта ни хрена. А натаскается – классный ковбой будет.

Андрей орёт, не слыша собственного голоса в общем рёве. Кто-то бьёт его кулаком по спине и плечам, он не замечает этого, как и сам бьющий.

Старцев быстро оглядывает зрителей, задерживается взглядом на судьях, подчёркнуто спокойных и невозмутимых. Ах, какая выдержка, залюбуешься.

Ключ. Надо точно. Ну, Принц, нет, далеко, не достану.

Сильно качнувшись и высвободив левую ногу из стремени, Эркин опрокинулся набок, лёг на воздух параллельно земле и кончиками пальцев выковырнул из травы ключ, зажал его в кулаке и выпрямился в седле. Быстро переложил ключ в кулак к лассо, одной рукой развернул Принца и послал на платок.

Теперь руки за спину. А то придерутся: задел, не задел. И не вбок, а вперёд.

И опять, держась на одном стремени, Эркин сильным качем падает вперёд, лицом на ослепительно белый квадратик платка, зажимает губами тонкую ткань. Есть!

Есть! Взял! Все три! С первой попытки! Андрей пытается вскочить, но он сидит в первом ряду, и его сразу осаживают ударом по шее.

– Не засти!

– Давай, парень! Покажи им!

Старцев аплодирует. Его поддерживают некоторые лендлорды и дамы на грузовиках, но аплодисменты тонут в рёве и свисте зрителей.

Сколько там у него ещё времени? Ладно. Что успею, то успею. Ключ, платок, лассо… куда их? А ладно, теперь уже всё равно.

Проносясь на бешеном галопе мимо судей, Эркин одним жестом шлёпает всё собранное на стол поверх списков и летит дальше по кругу.

Всё подсмотренное ещё у Грегори, у других ковбоев на перегоне, у Фредди, услышанное от Андрея и опробованное ещё на выпасе… Он успевает сделать обрыв – повиснуть на одной ноге спиной к земле, почти касаясь затылком травы, и гибким качем вернуться в седло, встать на седле в полный рост, оттуда спрыгнуть на землю, уцепившись в последний момент за седло, повиснуть клубком сбоку и снова сесть в седло…

– Стой! – рявкает мегафон.

Эркин автоматически послушно дёргает повод, заставляя Принца тут же застыть на месте.

– Время кончилось, – голос Берта, усиленный мегафоном, с трудом различается в шуме. – Спасибо. Ждите результатов.

Эркин кивнул, переводя дыхание, и направил Принца в указанном направлении. А за его спиной гремело:

– Наездник Джордж, приготовиться Смиту.

Выехав за границу участка, Эркин спешился и, похлопав Принца по шее, повёл его шагом. Ну, вот и всё. Что мог, то сделал, а чего не смог, того не смог. Дальше решает не он. До ключа еле дотянулся, заметили, конечно. И на стол им зря всё скинул. Надо было до конца держать, да обронить побоялся. Могут придраться и снять, как их, очки. Ну и хрен с ними, с очками.

Эркин остановился, вытащил из кармана кусок хлеба и дал Принцу. А ничего получилось. Теперь ждать. Пока не выступят все и судьи не подсчитают очки. Отвести, что ли, Принца на коновязь к Резеде? Да нет, вон все с лошадьми ждут.

Принц съел хлеб и ткнул его мордой в плечо. Эркин шлёпнул его по щеке.

– Не так уж ты и устал, не притворяйся.

Принц мотнул головой. Эркин рассмеялся, отвёл его, привязал рядом с другими лошадьми и пошёл смотреть остальных. И орал, и свистел, как все. Переглянулся с Андреем, увидел Джонатана и опять рядом с ним русского офицера. С чего это они в такой дружбе? Ну, их дела, его не касается.

Андрей поймал его взгляд, кивнул и помахал рукой. Эркин ответил ему кивком. Уговорились, что до конца соревнований участники и зрители отдельно держатся. Чтоб ни подставок, ни соучастия в пари, ни ещё чего такого… чтоб честно всё. А Андрей ставил на него. Так что… А ловок этот, тоже из спальников. До хруста вытянулся и подобрал платок. Вот не думал, что нас столько уцелело. Ох чёрт, промахнулся по ключу парень. Вторая попытка – очки летят. Со второй справился. Остановка… не слушается его гнедой, разгорячился. Соскок теперь. Эх дурак, нашёл где кувыркаться, это ж время, нет, уложился. Всё, больше он ничего не успеет.

Эркин посмотрел на песочные часы на судейском столе. Ему объяснили это устройство, ещё когда они ждали вызова. И сказали, что дал их врач. И он теперь разглядывал их с невольной настороженностью, как всё, что связано с врачами. Да, похожее он видел в питомнике… и в Паласах. Как-то, на ток когда клали, заметил, что надзиратель перевернул такое же… и ток включил. Один раз только видел. Ну да, обычно, видно, сначала ток, время потом пускают, а под током уже не видишь ничего. А в тот раз, значит, что получается? Получается, что на капелюшечку меньше положенного ему тока досталось. А надзирателя он не помнит…

Резким взмахом головы Эркин откинул со лба волосы и ненужные сейчас мысли. Ну их всех. Вот это да! Лассо сразу кольцами собрал в работу, ни перематывать, ни чего ещё, и на луку надел. Ах ты, как конь у него поставлен, сам на вещь выходит. Платок зубами и… ключ зубами?! Ну, вот это да! И шляпа не ворохнулась. Силён ковбой! Опытный. Ты смотри как он!.. Ну, этот первый, ясно! И в возрасте уже, а гибкий.

Рёв толпы становится глуше. Просто потому, что все уже охрипли. Многие, устав кричать, подражают белым, хлопая в ладоши. Судьи с каменными лицами невозмутимо проставляют в списках участников значки, по которым потом подсчитают очки.

Джонатан и Старцев по-прежнему стояли рядом. Старцев продолжал рассматривать не столько выступающих, сколько зрителей и особенно внимательно следил за участниками, уже прошедшими дистанцию и ставшими зрителями. Да, в отличие от скачек здесь симпатии цветных и белых распределены иначе и не так жёстко привязаны к расе участника. Завтра метание ножей и борьба. На эти виды записались только цветные. Рестон разрешил посмотреть списки участников. Ни одной фамилии, только имена, иногда с добавлением прозвища, если такое имя уже есть, а то и только прозвище. Будет интересно посмотреть. Но до чего все азартны! Игра во всех видах. Карты, щелбаны, пари по любому поводу. И подчёркнутая до утрирования честность при расплате. Выигравший никогда не требует выигрыша, проигравший сам подходит и отдаёт. Интересно, почему ни кости, ни рулетка здесь не в ходу? Ну, рулетка, допустим, из-за необходимости оборудования. Карточная колода здесь, как кольт, у каждого. А для щелбанов вообще ничего не нужно, одни руки. И для пари… Очень интересное явление. И решение, что судьи и участники не играют. Но тут нюанс один есть. Проверим…

– Вы по-прежнему интересуетесь зрителями, капитан?

– Я же не играю, Бредли.

– Возьмёте своё завтра?

– И сегодня вечером, – улыбнулся Старцев и подмигнул. – Сколько мне дадут, столько и возьму.

– Резонно, – рассмеялся Джонатан.

– Судьи своё тоже возьмут, – Старцев не спрашивал, но Джонатан кивнул, с интересом разглядывая собеседника. – И сегодня вечером тоже, – закончил с улыбкой Старцев, – как и участники.

– Среди них не все азартны.

– Самые неазартные, – засмеялся Старцев, – записались на все виды, ведь так?

– Честно, я не думал об этом. Но могли быть и другие мотивы.

– Разумеется. Например, уверенность в себе, желание похвастаться, покрасоваться.

– Естественное желание, капитан.

– И показатель освобождения, внутреннего освобождения. Но… но здесь ещё надо думать. Я плохо знаю предшествующие нравы. Эта олимпиада очень интересна. Во всех аспектах. Извините, я отвлекаю вас. От игры.