Мой будущий бывший (СИ) - Славская Дамира - Страница 4

— Потерпят, — говорит спокойно.

У меня по коже бегают ледяные мурашки.

— Я все сказала. Оставь меня в покое.

Глаза в глаза.

— Ты не в том состоянии, чтобы все это переносить в одиночку.

«Да что ты! — кричит во мне разум. — В одиночку! Да что ты знаешь об одиночестве?

Я умирала без тебя. Подыхала. И как только встала на твердую почву, ты снова все рушишь». Сжимаю кулаки. И нервно поднимаюсь.

— Куда ты? — с подозрением спрашивает, готовый в любой момент сорваться и последовать за мной.

Зло скалюсь.

— В туалет. Или ты туда со мной пойдешь?

Недобро усмехается и поднимает руки вверх… словно просит пощады.

Не дождется. Ищу глазами нужную табличку.

Когда за моей спиной захлопывается дверь в женский туалет, я с облегчением выдыхаю и достаю телефон.

Множество пропущенных от подруги.

Черт.

— Ирка! Я вся извелась уже. Как там мама?

— Плохо, — срываюсь на хриплый, сдавленный шепот. Чувствую, как слезы подступают к глазам. — Нужны деньги. Большая сумма. И время, чтобы ее наскрести.

Дашка взволнованно ахает.

— Делай, что нужно. За нас не переживай. Мы с Алькой в полном порядке.

Фоном слышу, как дочка что-то лопочет, и мне становится легче.

— Спасибо, — шмыгаю носом.

— Отставить разводить сырость, — подбадривает подруга.

— Хорошо, — говорю сквозь слезы.

— Знаешь… Я чувствую, что ты мне что-то недоговариваешь.

Молчу. Роднее и ближе, чем Дашка, у меня никого нет. А мне так необходимо выговориться…

— Грачев вернулся.

Глава 7

Громкое ах.

— Боже. Ирка. Как ты там? Откуда? Как он вообще умудрился?

— Всю душу вывернул. Он теперь мой начальник. Представляешь? Придется увольняться.

Слезы жгут кожу, сползая горькими каплями по скулам. Кусаю губы, удерживая рвущиеся рыдания.

— Может, тебе поговорить с ним.

Махаю головой. Зло и остервенело.

— Нет. Это исключено.

— Ну Ира… — пытается уговорить меня подруга.

— Что Ира? Ты помнишь, какая я была.

Тяжело вздыхает.

— Помню, конечно. Хорошо. Что ты планируешь делать?

— Мне нужно найти деньги для мамы, а еще… еще снять квартиру.

Эта мысль посетила меня внезапно. И кажется самой разумной. Я уволюсь. Перееду, так как в личном деле указан нынешний адрес, и просто исчезну, чтобы заново начать свою жизнь. Я справлюсь. Первый раз справилась. Ничего страшного. Я не желаю причинять дочери ту боль, которую испытала сама.

Если он так легко и беспечно выкинул меня из своей жизни, то дочери такой участи я не желаю. Она маленькая. С его глазами и улыбкой. Такая ранимая.

Пусть лучше без него. Когда она подрастет, я все ей объясню. Она поймет меня и простит.

— Хорошо, — успокаивает меня подруга. — Держись там. Я тебе номер Павла скину. Он мой старинный друг. Обеспеченный друг. Я ему позвоню, он выручит с деньгами. Возможно, не всю сумму, но подсобит.

— Спасибо, — выпаливаю с чувством. И отключаюсь, вытирая мокрые от слез щеки. Ополаскиваю лицо холодной водой. И убедившись, что выгляжу более-менее сносно, вынашиваю следующий план. Мне нужно как-то незаметно удрать из больницы.

Чтобы Грачев не увидел меня.

Выглядываю из-за двери.

Грачева на месте нет.

Может, ушел? Устал играть в смелого рыцаря, превращаясь в того, кем и является, — в подонка.

Делаю несколько шагов в сторону выхода и останавливаюсь.

Ну конечно, где он может еще прохлаждаться? У стойки с медсестрой. Они о чем-то мило беседуют. А у меня вихрем со дна души поднимается жгучая, разъедающая вены ревность. Неприятное чувство. Давлю его в зачатке. Это не мой мужчина. И он имеет право общаться с кем угодно.

Пальцами нащупываю пальто, до сих пор находящееся на моих плечах. Без каких-либо угрызений совести скидываю его на больничный пол и стремительно иду к выходу.

На улице выдыхаю.

Не заметил моего ухода.

Дождь на улице прекратился. Но хмурое низкое небо и пронизывающий ветер мгновенно сковывают тело. Холодно.

Мне нужно переодеться. А то, не дай бог, и я подхвачу заразу.

Домой ехать далеко.

Набираю номер коллеги. Татьяны. Она живет в этом районе. И сейчас находится на больничном. Конечно, тревожить ее не удобно. Но деваться некуда. Может, она одолжит мне верхнюю одежду?

— Да.

— Тань.

— Яковлева? — голос коллеги хрипит.

— Ты совсем там расклеилась?

— Да вообще. Дрянь какая-то прицепилась, — кашляя через каждое слово, отвечает Татьяна.

— Может, тебе нужна какая-то помощь? Я сейчас возле тебя.

Недолгая пауза.

Ну да. Я не самая дружелюбная в коллективе. И возможно, такая самоотверженность может показаться подозрительной.

— Было бы неплохо. У меня в холодильнике шаром покати, да и жаропонижающие заканчиваются. А мой в командировке.

— Хорошо, — радостно гарцую. — Пришли список. И номер квартиры… А то я забыла.

Непрерывно оглядываясь, закупаюсь в ближайшем магазине.

На меня все смотрят. Вернее, на мой наряд. Ну да… выгляжу не очень. Волосы до сих пор мокрые. Да и чулки сзади все в каплях грязи.

Пофиг. Переживу.

Расплатившись, бегу к подруге.

— Эээ, — недоуменно моргает Таня, в шоке рассматривая мой внешний вид.

— Меня облила машина, — говорю первое, что приходит на ум. — Видишь, в каком я виде, — передаю ей на пороге пакет. — Не можешь мне одолжить одежду?

То, что на мне нет верхней одежды, не поясняю. Все потом.

— Да конечно, — кивает, бросая на меня удивленные взгляды, и уходит вглубь квартиры. — Ты проходи… не стесняйся.

Я быстро переодеваюсь, стараясь улыбаться как ни в чем не бывало. Понимаю, что у Татьяны в голове сотня вопросов. Такой меня коллеги не видели ни разу. Не буду ничего объяснять.

Справившись за несколько минут и бросив короткое спасибо, выбегаю на лестничную площадку, по ходу читая сообщение от Даши. Но не успеваю набрать телефон Павла, как на экране высвечивается незнакомый номер…

Глава 8

Нехотя принимаю вызов.

— Где ты? — голос Димы слишком ровный. Но я знаю наверняка, чем грозят мне вот такие его интонации. В памяти всплывают болезненные картины. Не хочу о нем думать, но он не оставляет мне выбора. Я слишком отчетливо помню его выражение лица, когда в его голосе испаряются все эмоции. Это означает лишь одно: Грачев из последних сил сдерживает себя, чтобы не сорваться и не накричать.

Как он так быстро раздобыл мой номер. Проклятье, придется менять симку.

Сжимаю пальцами ни в чем не повинный аппарат.

— Я не обязана перед тобой отчитываться.

На том конце долго молчат. Тишина режет ухо. Пульсирует ударами в виске. А я как дура почему-то не скидываю. Жду, что он мне скажет.

Я даже притормаживаю посередине тротуара. Застываю, будто перед прыжком с большой высоты. Дыхание замирает, и по коже резво бегают колючие мурашки.

— Не обязана. Да, — выдыхает. — Но я хочу тебе помочь. Ты не должна проходить это в одиночку.

Все. Вот теперь действительно все. Его слова разрывают мою выдержку атомной бомбой. Ничего не остается. Только боль. Я сбрасываю его звонок, чувствуя, как по щекам скользят слезы.

Как я ждала! Боже… Как я ждала от него этих слов. Три года. Каждый долбаный день. И именно тогда, когда мне удалось справиться с этим, он снова ворвался в мою жизнь. Бесцеремонно, нагло топчась по ней, оставляя грязные следы.

Зло вытираю тыльной стороной ладони слезы. Нервы совсем ни к черту. Да и плевать. В первый раз справилась. И сейчас пойду по накатанной. Вот только маму спасу. Мы все вместе исчезнем. А я там заново начну возрождать из руин и строить свою жизнь. Не привыкать.

Заношу его номер в черный список. Выдыхаю, ежусь под моросящим дождем.

Так… Павел. Точно.

Открываю сообщение подруги и набираю номер.

— Да, — отвечает резкий голос.

— Павел, здравствуйте. Мне ваш номер дала Дарья Гладкова.