Изумруды для (не)любимого (СИ) - Иванова Ксюша - Страница 6

Где-то там, в другом мире, в параллельной вселенной Дарья Снегова уже давно смирилась с тем, что никогда не подержит на руках своего малыша. Но здесь! Здесь, во сне ли, в ином ли мире, где бы я ни находилась, возможно (если выживу, конечно!) мне это предстоит! Это неотвратимо, и страшно, и опасно, но... Видимо, и у меня проснулся тот самый материнский инстинкт.

— Как думаешь, Пиппа, скоро господин, то есть мой муж вернется?

Хотелось еще спросить, чего мне ожидать от его приезда, как он будет себя со мной вести, какой он, в конце концов, человек! Но Пиппа заговорила о другом:

— Вам теперь нечего бояться, госпожа, — заговорщецки прошептала она.

— В каком смысле? — я даже привстала из ванны, упираясь в гнутые края.

— Так ясно же в каком... — она быстро взглянула на дверь. Где-то там, в гулком длинном коридоре с каменными булыжниками вместо стен раздавались голоса, как если бы кто-то очень спешил. Служанка тут же одернула сама себя, не став договаривать. — Простите, госпожа, это не мое дело совсем!

Уговорить ее продолжить начатую тему я не успела — в дверь постучали.

— Ну, кто там еще? — возмутилась моя зеленая помощница. — Госпожа устала, ей отдыхать пора!

Она торопливо подскочила к двери и выглянула за нее, едва приоткрыв, чтобы, видимо, не показать посетителям комнату и меня. Хотя в этой глубокой ванне ничего и не было видно — над поверхностью ее торчала только моя голова.

— Пиппа, — за дверью горько всхлипнул женский голос. — Нам нужно поговорить с госпожой.

Пиппа оглянулась на меня. На ее вопросительный взгляд я кивнула — кажется, мы уже начали вполне себе неплохо понимать друг друга.

— По какому вопросу, Зинга?

— Мы с Ивасом слыхали, что у госпожи проснулся дар... — едва слышно прошептал тот же самый женский голос. — И хотим обратиться с просьбой помочь нам. Ты же знаешь нашу беду...

— И кто ж это болтает такие глупости! Уходи отсюда, Зинга! И ты, Ивас, прочь! Иначе я позову стражу! Ишь ты, ходят тут по ночам всякие! И как вас только в замок впустили! Говорят такое, такое! Ох, слов нет! Прочь по домам все!

Я попыталась было перебить ее возмущенные крики, но Пиппа, высказавшись, захлопнула дверь перед неизвестными мне просителями.

Интересно, откуда они узнали о браслете? Ведь это о нем сейчас речь шла, верно? Я, кроме королевского посланника Дарси, ни с кем не разговаривала об этом. Неужели он сам всем разболтал?

— Пиппа! — возмутилась я. — Зачем ты их прогнала?

— Госпожа Эсми, скажите мне, это правда, что у вас дар проснулся? Гарди не соврал?

Я пожала плечами. Если бы я сама знала это наверняка!

— Если да, то вы же сами помните протокол, верное?

Ну, вот... Что там еще за протокол такой?

8 глава. В нарушение протокола

Задумчиво перебираю камни, глядя в узкое окошко с мутной пленкой вместо стекла.

Я возмущена!

Пиппа рассказала, что использование дара, согласно давнему протоколу семьи Коннорс, происходит так:

Женщина, носительница дара, обращается к главе семейства, то есть, получается, к несравненному и ужасному моему мужу, Деймону с нижайшей просьбой разрешить его применение. Мой дражайший супруг составляет документ с разрешением, скрепляет его родовой печатью. В документе обязательно должны присутствовать подписи всех заинтересованных лиц. Затем мне выдается камень и позволяется творить...

Нет, посмотрите-ка! Он даром не обладает! Но я у него должна спросить разрешения! Обалдеть!

Но даже не этот факт злил меня и выводил из себя, а то, что нарушение протокола каралось поркой! Кого,как вы думаете? Того, кто не спросил разрешения! Меня, получается...

Изверги! С такими-то порядками жить! И Коннорс — изверг вдвойне... Хотя, ведь Пиппа, кажется, говорила что-то такое... Вроде как много лет уже ни у кого из этой, то есть из моей семьи, дар не проявлялся.

Мне вдруг показалось, что где-то далеко-далеко, на самом горизонте, у подножия гор, что-то движется, но мутная слюда, заменяющая стекло, не давала более точно разглядеть. Поэтому, накинув на плечи шаль, я решила выйти на улицу, подняться на крепостную стену и рассмотреть, что там такое — не царские ли посланники за оброком возвращаются к нам обратно?

Ага, вдруг браслет работать перестал? Еще предъявит мне этот Гарди...

К вечеру за пределами стен похолодало. Голые ноги, закрываемые только подолом шерстяного платья да грубыми кожаными ботинками, тут же замерзли. Ветер нещадно задувал под одежду.

И мне уже подумалось было, что можно самой и не подниматься на стену, а послать кого-нибудь из слуг... Да, быстро же привыкаешь к подобной опции, в смысле, к их наличию... Как вдруг со стороны кухни — в нее имелось два входа, изнутри замка и снаружи, сбоку от основной двери, раздались громкие крики.

Кричали два голоса — женский и детский. Причем, второй явно от боли.

Подхватив подол, и напрочь забыв о непонятном движении у подножия гор, я побежала на крик.

В дверях столкнулась с Пэрис.

— Что стряслось?

— Мальчишка кухарки сел в чан с горячей водой! — прокричала она. — Я за нашей магичкой побегу в деревню!

О, Господи! Я мальчишку видела — ему лет пять всего!

Из кухни доносился душераздирающий плачь и причитания кухарки.

Забежав в полутемное помещение, я быстро огляделась. Мальчик был буквально минуту назад вытащен из стоящего у стола парующего чана.

Кухарка держала его на вытянутых руках.

Мои познания в медицине были невелики, но однажды я смотрела фильм, где женщина спасла ребенка, упавшего в горячую воду. Была тогда шокирована, видимо. Поэтому то, как она его спасала, отложилось в памяти.

У входа находилась большая деревянная бадья с холодной водой — ее я заметила еще тогда, когда приходила "давать указания и наказывать" на кухню в рамках своих "прямых" обязанностей хозяйки.

Выхватив ребенка из рук матери и не раздевая, я сунула его в ведро.

Во-первых, холодная вода снимала боль от ожога.

Во-вторых, не давала ожогу уйти в глубокие ткани... Ну, во всяком случае, я примерно так себе эффект от подобного "лечения" представляла.

И только потом стала снимать с него, прямо там, в бадье, мокрую одежонку.

Ребенок притих. Мать его тоже.

В кухню стали соваться те, кто жил в замке. Но вопросов не задавали, а почему-то тут же исчезали, прикрывая за собой дверь. Пока, наконец, не появилась Пиппа. Ей я отчего-то доверяла. Поэтому позвала к себе и приказала держать малыша в бадье некоторое время, пока я не вернусь.

Пока бежала в кабинет, перебирала в уме свойства камней.

Ах, если бы я могла предположить там, дома, что знания о камнях, которые были так, нелепым увлечением, мне когда-нибудь пригодятся, я бы наизусть, на зубок просто, вызубрила бы!

Но... Теперь-то интернета у меня под рукой не имеется... К сожалению.

Придется рассчитывать только на собственную память.

Помнится, я удивилась, когда увидела целую груду из гематита на столе в кабинете. А ведь этот камень не зря в народе кровавиком называли — предки наши верили, что он помогает при ожогах и ранах.

гематит

В данной ситуации, конечно, было не до красоты, и я не желала терять время на обработку камня. Просто отколола кусочек, слегка обработала его маленьким напильничком и, самым маленьким в диаметре сверлом проделала прямо в середине отверстие. В него вдела обычную нитку и побежала обратно.

На входе в кухню на секунду задержалась, чтобы отдышаться. Из кухни доносились всхлипы несчастной матери и уговоры Пиппы. Пиппа говорила:

— Лоретта, никому не вздумай рассказывать, что госпожа лечила Джуса, слышишь? Не вздумай!

— А что если богиня Ирида разгневается на нее? Разве она магичка? — шептала убитая горем женщина. — Разве у нее есть дар лечения камнями? Отродясь у Эсмеральды Коннорс его не было! Что если за ее самоуправство боги заберут у меня моего мальчика, моего Джуса!