Три века одиночества (СИ) - Романова Маргарита "Margari Vlaiser" - Страница 32

- Твою девушку украли, вот что произошло.

- Не вини меня.- Голос его звучал строго, тут же пресекая дальнейшие обвинения.

- Я и не собиралась. Хотела только спросить. Что ты знаешь о своем друге Яозу?

- Причем здесь он?

- Да при том, что он подстрелил отца Веры и увез ее в неизвестном направлении.- Вмешалась Ира.- И что ты вообще здесь делаешь? Разве ты не должен был свалить в свою вшивую Грецию?

- Не должен.

Ира еще сильнее разъярилась и стала кричать на Агафоклиса, ругая его последними словами.

- Эль, уведи пожалуйста, Иру домой. А вы двое,- Аня посмотрела на Игоря и Илью,- останьтесь, нам еще предстоит разговор.

Элина, все это время смотревшая в другую сторону, словно давая понять, что к этой ситуации никакого отношения не имеет, взяла Иру за руку.

- Отпусти, я еще не все сказала!- Крикнула Ира и посмотрела на Элину. Они обе замерли, как вкопанные. Воцарилась тишина. Они удивленно смотрели друг на друга, пока Элина наконец не взяла себя в руки.

- Пойдем, я отведу тебя домой. Заварим чай, поболтаем.

Девушки ушли, не говоря ни слова.

Аня стала задавать вопросы Илье и Игорю. Ничего нового, впрочем они не рассказали, поэтому, махнув на них рукой, Аня отпустила их. И они остались с Агафоклисом вдвоем.

- Что будем делать?- спросил парень.

- Надеяться, что Веру не заставят снять пальто.

Агафоклис вопросительно выгнул бровь.

- Со внутренней стороны я прикрепила к нему жучок.

Аня достала планшет из сумки, открыла карту. На нем мигающий огонек показывал где сейчас ее сестра.

- После того, как она вчера уехала с тобой, никому ничего не сказав, я решила, что хорошо бы сделать так, чтобы все время знать, где она.

Агафокли посмотрел на карту.

- Они в аэропорту? Я позвоню туда, их задержат!- Парень достал телефон, но Аня его остановила.

- Нужно узнать куда они летят и кому это нужно.

- Предлагаешь отпустить их?

- Предлагаю. Мы полетим следом.

- За те несколько часов разницы с ней могут сделать что угодно!

- Сейчас все равно уже поздно. Смотри.

Точка на карте поплыла на юго-восток, пересекая улицы и быстро набирая скорость.

- Они не могли так быстро добраться до аэропорта.- Возразил Агафоклис.

- За полтора часа? Вполне могли. Мне позвонили вовсе не сразу, как все произошло. Сюда я добиралась около сорока минут и тут мы уже с пол часа.

- Я узнаю куда летит этот самолет, а ты бери билеты на ближайший рейс в Казахстан.

16. Оправдание

Вера очнулась в комнате, похожей на больничную палату. В окно проникали яркие солнечные лучи. Голова отказывалась соображать и принимать реальность. Смутные воспоминания лениво всплывали в памяти. Последнее, что оно хорошо запомнила: выстрел, как отец с матерью падают на землю. Дальше все как в тумане. Она кричит на Яозу, он угрожает ей пистолетом, заставляет ее съесть какую-то таблетку…

Вера прижала руки к вискам, словно бы это заставило ее вспомнить все до мельчайшей подробности.

И она вспомнила аэропорт. Она шла совершенно покорно, будто бы по своей воле. Там были еще люди, чьи лица отражением в неспокойной воде всплывали у нее в памяти. Она вспомнила стюардессу! Похоже та заметила, что с девушкой не все впорядке и наклонилась к ней, спросить как она себя чувствует. Кажется, Яозу тогда сказал, что Вера просто боится летать…

Кажется после этого она крепко заснула. Вера никак не могла вспомнить ни полет, ни то, как выходила с самолета. И уж тем более она никак не могла понять что это за место.

Тело ее не слушалось. Болела, казалось, каждая мышца. Вера изо всех сил старалась собраться с мыслями, чтобы предпринять хоть что-то. Нельзя же просто так лежать и ждать того, кто ее украл.

Вдруг дверь отворилась и в палату вошел Яозу. В руках у него был поднос с чем-то очень вкусно пахнущим. Вера почувствовала, как во рту скопились слюнки. Она оказывается была такой голодной, будто трое суток не ела.

- Что тебе от меня нужно?- Воскликнула она хриплым голосом.

- Мне - ничего.- Проговорил Яозу со странной интонацией. Он словно извинялся перед ней.- Честно говоря, я против всего этого, но я должен.

- Почему?

- Когда-то я нуждался в помощи. И один влиятельный человек оказал мне ее. Но теперь он требует отплатить ему за доброту. Поешь.

- Не буду.- Вера сложила руки на груди и отвернулась, хотя аппетитный запах еды так и манил ее.

- Съешь хотя бы это.- Яозу протянул ей какую-то шарообразную булочку. Очень мягкую и очень ароматную.

- Что это?

- Баурсак.

- Будь здоров.- Кинула она язвительно, всем своим видом и тоном желая ему обратного.

- Ладно, я оставлю это здесь.

Яозу уже подошел к двери, как Вера вскочила, чуть не взвыв от боли, пронзившей все тело.

- Зачем я нужна? Что со мной сделают?

Яозу не оборачиваясь к ней постоял несколько секунд, думая, стоит ли ей говорить сейчас. И вышел, так и оставив ее без ответа. Вера тут же бросилась к двери, но замок уже щелкнул, оповещая о том, что Вере отсюда не выбраться. Тогда она кинулась к окну. Под ней расспростерся незнакомый город. Внизу, как ни в чем не бывало, сновали туда-сюда машины. Редкие прохожие торопились по своим делам. Вера находилась, судя по всему, этаже на пятом или на четвертом. Даже если бы на окне не было решетки, она бы не рискнула прыгать. Она потянулась к ручке, что бы открыть окно. Может решетку получится снять, как она уже это делала. Пусть она сломает ногу, но сбежит. Но оказалось ручка окна была сорвана. Открыть его было невозможно. От отчаяния Вера изо всех сил ударила по стеклу. Кулак пронзила острая боль. На невредимом стекле осталось пятно темной, почти черной крови.

Опустошенная, она села обратно на койку и притянула колени к груди. Паника начала накатывать волнами. И волны эти с каждым разом становились все выше и выше, пока не превратились в цунами, накрывшее ее с головой.

Она перестала слышать звуки, доносящие с улицы, запах свежих баурсаков и ароматного кофе не достигал ее ноздрей и даже больничная палата потеряла свои очертания, превратившись в сплошную черную невесомость, наполненную страхом и отчаянием. Осталась лишь всепоглощающая паника, черная, как безлунная ночь и холодная, как воды ледовитого океана.

Время потеряло для Веры значение. Она не знала сколько она так просидела, пока сквозь темную пелену до нее стал доноситься чей-то зов.

Она сморгнула слезы, перед ней снова сидел Яозу. Ее всю трясло крупной дрожью. По лицу и шее струилась горячая вода. Сначала Вера подумала, что ее умыли, что бы привести в чувства. Но затем поняла, что это ее собственные слезы.

Яозу вцепился в ее плечи и, слегка потряхивая Веру, звал ее.

Она посмотрела в окно. На чужой город уже спустилась ночь.

- Отпусти меня.- Жалобно простонала она в лицо Яозу. У нее больше небыло сил претворяться сильной.- Я хочу домой.

В конце концов, она всего лишь маленькая девочка, незрелая школьница. Что она сделала, что с ней происходит такое!? В чем она провинилась?

- Зачем ты это делаешь?

Яозу сел рядом с ней на кровать. И, нежно гладя ее по голове, принялся рассказывать:

- Я рос в маленькой китайской деревушке. У каждого там было свое ремесло, принадлежащее семьям целыми поколениями.- Как ни странно, слушая этого человека, похитившего ее, убившего, возможно ее родителей, паника Веры начала отступать.- И мой отец - суровый человек - желал, что бы я продолжал его дело. Но я хотел уехать. Меня тянуло в большой город. В шестнадцать лет я решился. Мама узнала о моих планах. Но не стала останавливать. Она отдала мне все свои сбережения и благословив, отпустила меня. Я ушел в тайне от отца. Приехал в столицу и там поступил в колледж на психолога. Вернувшись домой с дипломом, я узнал, что отец начал пить, когда я уехал. Пьяный, он избивал мать. И однажды, не расчитав силы, убил ее. После чего и сам покончил с жизнью. В доме моего детства теперь жила другие люди. Я остался без семьи, без денег. Тогда я и встретил Талгата Естаева. Он взял меня на работу. Потом помог открыть мою первую психологическую клинику. И много еще чем помогал. Но пришло время платить долги и я стал настоящим чудовищем. Я убивал, крал, подделывал документы… Если сегодня все получится, я наконец покончу с долгами и стану свободным. Понимаешь?