"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ) - Максонова Мария - Страница 500

  Он шагал по несуществующей земле, и несуществующая пыль оседала на его волосах, лице, руках, наглухо закупоривая поры кожи. Он спал в каком-то недостроенном здании на бетонном полу в антисанитарных условиях, а потом на сырой земле. Он постоянно потел на жаре и размазывал грязными руками пот на лбу, шее и щеках. Вытаскивая пойманную рыбину, весь перемазался слизью; казалось, ему никогда не избавиться от рыбьего запаха и не отмыться от слизи.

  После сеанса массажа (массажист действительно оказался замечательным специалистом, Илье было с чем сравнивать) кожа у молодого человека горела, мышцы вошли в тонус, кровоток в них усилился. Теперь бы забраться в душевую кабину и постоять под упругими водяными струями минут эдак пяток! А потом мыться, обильно поливая себя гелем и растирая тело жёсткой мочалкой. Это было б верхом блаженства.

  Массажист протянул ему полиэтиленовый пакет. Илья заглянул внутрь - в пакете имелось всё необходимое для душа.

  - Спасибо, - поблагодарил его Илья и бодро добавил: - И за массаж огромное спасибо. Я словно заново родился. Вы - мастер своего дела. Сколько я вам должен?

  Массажист - молодой мужчина примерно одних с Ильей лет, - внимательно следивший за его артикуляцией, удивленно вскинул голову, но, поняв по глазам, что парень шутит, беззвучно рассмеялся.

  - Теперь в душ, - очень отчетливо сказал Репин, - и можно будет сказать, что жизнь прекрасна и удивительна!

  Массажист показал на дверь из матового стекла. Илья, поняв, что ему предлагают пройти в душ, не заставил себя упрашивать.

  Комната отдыха имела небольшие размеры. Илья бросил одежду на лавку, стоящую вдоль стены, стянул плавки и нырнул в душевую кабину смывать с себя остатки массажного крема и несуществующую грязь виртуального мира и просто - получать удовольствие.

  Когда он закончил водные процедуры и вернулся в комнату отдыха, то обнаружил, что одежда исчезла. Он хотел выглянуть и спросить о ней у массажиста (правда, как бы тот ему ответил, глухонемой), но дверь открылась сама. Без какого-либо смущения вошла Мария, держа в руках чёрный свёрток.

  - Оденьте это, - строго приказала она. В глазах женщины читалось абсолютное безразличие к его наготе.

  Илья оторопел, руки, выполняя команду мозга, инстинктивно дернулись к причинному месту, но вдруг замерли на полпути. Парень решил похулиганить - вытянулся как по команде "смирно" и, козырнув на манер бравых киношных пиндосов, гаркнул:

  - Есть, мэм!

  Выражение глаз Марии осталось таким же беспристрастным, но уголки губ всё же слегка дрогнули в несостоявшейся улыбке.

  - Одевайтесь. Я буду ждать за дверью.

  - Есть, мэм, - повторил Илья.

  Перед тем как выйти Мария всё же мазнула по его телу взглядом.

  "Оказывается не всё так запущено" - подумал Илья, глупо улыбнувшись закрывшейся двери...

  Комната, куда его привела Мария, напоминала дешёвый гостиничный номер. Узкая тахта, в изголовье - бра, чуть выше бра - часы, слева от них - книжная полка со стоящими на ней тощими книжонками в мягких обложках, рядом с тахтой - обшарпанная прикроватная тумбочка, в углу - маленький холодильничек, полстены занимал встроенный шкаф - вот, собственно, и вся обстановка. На той же стене, что и шкаф - узкая дверь в санузел.

  Первым делом Илья бросился к окну, ему не терпелось узнать, что находится снаружи. Но его ждало разочарование - окно выходило на высокий забор из профнастила, за которым сплошной стеной стояли высокие сосны с темными, почти чёрными кронами. Внизу, между узким газоном и забором проходила асфальтированная дорога с разметкой, нанесённой белой и желтой красками.

  Дверь за его спиной со щелчком закрылась.

  - А... - Илья повернулся, желая поинтересоваться насчёт обещанного Иннокентием Ивановичем обеда, но Марии в комнате уже не было. "Надзирательница", сделав своё дело - доставив его к месту дальнейшего пребывания - ушла.

  Вообще-то, даже после сеанса массажа и душа, есть хотелось не сильно, он бы с большим удовольствием выкурил сигарету.

  Илья снова попытался что-то увидеть в окно - заглядывал и справа и слева, прижимаясь щеками к стеклу, но видел лишь длинную стену забора и мрачный лес за ней. Он подёргал за оконную ручку, предварительно с трудом отжав шпингалеты, но рама, по-видимому, была намертво заколочена гвоздями, и уже довольно давно - шляпки гвоздей безнадежно затерялись в бесчисленных наслоениях белой эмали. Форточка с треском открылась, припорошив плечи и только что вымытую голову парня чешуйками пересохшей краски. Илья отряхнулся, передвинул к окну тумбочку и, встав на неё, попытался просунуть голову, но отверстие оказалось слишком узким.

  - Блин! - ругнулся он.

  Вернув тумбочку на место, Илья взял с книжной полки брошюрку, полистал. Что-то об экологии. Он взял другую - то же самое. Третью. Прочел только название: "Охрана окружающей среды..." где-то там... С раздражением бросил её на полку - экология его абсолютно не интересовала.

  "Закурить бы сейчас" - подумал мечтательно.

  Он присел на кровать, по-ребячьи попрыгал, проверяя упругость пружинного матраса, потом увалился на постель с ногами и стал истязать себя мыслями о куреве.

  "Курить хочу! Блин, как я хочу курить! Ну почему всегда так: если нечем себя занять, только об этом и думаешь?! И как люди умудряются бросить курить? Ни разу не пробовал. А может, это как раз тот самый случай?.. Так, сколько я уже не курю? Последний раз это было... Стоп! Вот идиот-то! Этого же не было! Это все в виртуальном мире, во сне! А реально - у меня в кармане почти полная пачка "Мальборо"... лежала...Тьфу ты! Дважды идиот!"

  Продолжая себя ругать, Илья вскочил с кровати и заходил по комнате. Собственно, разгуляться в тесной комнатушке было негде. Подумал: "А может, выглянуть в коридор? Вдруг кто проходить будет - стрельну сигарету. Стыдно, блин, но охота пуще неволи..."

  Только он потянулся к дверной ручке, как в дверь постучали, и она тут же распахнулась - посетитель был явно лишён деликатности и не собирался ждать, когда хозяин "апартаментов" откликнется на его стук.

  - Здорово, пападанец!

  На пороге стоял Андрей Иванов, одетый, как и Репин, в чёрную полувоенного образца униформу: куртка с погончиками и шаровары, заправленные в высокие берцы. На левой стороне груди эмблема, та самая аббревиатура, что была на заставке монитора - ЭКОР. На правом рукаве она же, размером поменьше. В расстегнутом вороте куртки белеет футболка.

  Учитывая некоторые особенности личности Иванова, Илья нисколько не удивился бесцеремонности его вторжения, но он был поражен тем, как мало потребовалось Андрею времени, чтобы разобраться в новой ситуации и найти его "апартаменты". Было совершенно понятно, что от массажа майор отказался, а душ, если и принял, то быстро, по-военному.

  И тут в душу парня закрались сомнения. А так ли нова для Иванова эта ситуация? Может, господин Куратор ему лапши на уши навесил. Может, Андрей Иванов ему, Илье Репину, никакой не товарищ по несчастью, не коллега по попаданству, а...

  - Ты чего стоишь, как целочка мнёшься и глазками хлопаешь?! - весело возмутился Андрей. - Али не рад?.. Вообще-то я думал, Илюха, мы с тобой подружились, а ты даже руку протянуть брезгуешь.

  - Когда это мы с вами, Андрей Николаевич, успели подружиться? И где?.. Там? - Илья махнул куда-то себе за спину. - Так то не вы были, а ваша виртуальная копия. Я смотрю, совершенно не скорректированная.

  - А, ну да, - кивнул Иванов. - Так и ты там копией был. Ну и что с того? Не вижу проблемы, давай по новой знакомиться. Меня Андреем зовут.

  - Это ваше настоящее имя? - с едкой иронией в голосе спросил Илья. - У вас здесь смотрю, принято с испытуемыми под своими собственными именами работать?

  - Ты о чём? Кто работает? И почему на "вы"?.. А... понял, опять дурковать начинаешь. Старая песенка на новый лад. Задолбал, ей богу! То тебя разыгрывает кто-то, то вообще... херню всякую молотишь. Ты параноик, Илюша, тебе лечиться надо! - Андрей обошёл Илью сбоку и приблизился к окну, угрюмо поглядел на забор, побарабанил по стеклу пальцами и, повернувшись, сказал: - Надо было тебе врезать тогда хорошенько. Ну, когда ты на меня как на макивару кидался. Чтоб мозги на место встали, и чтобы чёрное от белого отличать научился.