Лунное наваждение - Грегори Джил - Страница 48

– Я сказала, мы должны его предупредить! – повторила она, готовясь к бою.

Томас Карстейз поспешил вмешаться:

– Сейчас не время спорить о таких вещах. Давайте договоримся так. – Он переводил взгляд со Стивена на Анемон, наблюдая за их реакцией. – Бал состоится не раньше субботы. Значит, у нас в запасе четыре дня. Если за два дня у нас не прибавится новой информации, то мы предупредим Бромфорда и отправим его на корабле в Лондон. Если же нам удастся выяснить подробности заговора, то мы подождем еще немного. Возможно, нам придется добавить еще одного-двух человек в охрану его светлости, которую я организовал.

– А, так ты его уже прикрываешь? – Стивен хлопнул Томаса по плечу. – Я хотел предложить то же самое, но ты меня опередил, как всегда.

– Лорд Бромфорд, разумеется, не догадывается о том, что его охраняют. Мои люди делают все возможное, чтобы не привлекать к себе внимания.

– Отличная идея! – Стивен опустился в одно из кресел, стоявших по обе стороны от софы. – Я уже сейчас могу порекомендовать двоих человек, которые смогут осторожно и незаметно охранять лорда Бромфорда. Их имена – Уильям Таттл и Джонни Такер.

При упоминании имени Джонни Анемон невольно вздрогнула. Чтобы скрыть волнение, она опять подошла к стеклянным дверям и стала смотреть на чудесный внутренний дворик с фонтаном, яркими цветами и густыми пеканами возле каменной скамьи. Глядя на эту умиротворяющую картину, девушка надеялась унять бурю чувств, поднявшуюся в ее душе. Она чувствовала себя уставшей и раздраженной. Нервы ее были на пределе.

– А что буду делать я? – спросила Анемон с обидой в голосе. Мужчины за ее спиной молчали. – Я приехала в Новый Орлеан не для того, чтобы послушать, как вы обсуждаете свои планы. Папа, ведь ты пригласил меня сюда для дела? Какая роль отводится мне в разоблачении Де Воба?

– Самая основная, – ответил отец, и в голосе его прозвучали гордость и волнение.

Девушка медленно обратила к нему бледное, осунувшееся лицо. Глаза ее стали круглыми.

– Ты, Эмми, – сказал Томас Карстейз, не скрывая своего удовольствия, – будешь ловушкой для Де Воба, его проклятием. Именно ты приведешь его в наш стан.

Глава 19

В комнате стало тихо. Через секунду Анемон проворно вскочила, ощущая во всем теле необычайную легкость.

– Я? – спросила девушка, и ее лицо вдруг оживилось. – Я должна буду обезвредить Де Воба и его шайку?

Томас кивнул:

– Если только ты решишься иметь дело с такими гнусными типами. Ты можешь отказаться, Эмми. Я не стану тебя осуждать. Эти люди – Де Воба, Паук и их сообщники, головорезы с Чупитулас-стрит, – жестокие преступники. Они убьют тебя, если узнают, кто ты такая! Повторяю: я не буду тебя осуждать, если ты не захочешь в этом участвовать. Это очень рискованное задание.

– Это я-то не захочу? – презрительно воскликнула Анемон и обняла отца. Глаза ее взволнованно сияли. – Ох, папа, спасибо тебе! Когда мы приступим?

– Об этом не может быть и речи! – раздался резкий голос капитана Берка.

Отец и дочь одновременно обернулись. Стивен медленно поднялся с кресла.

– О чем не может быть и речи? – спросил Томас, беспокойно оглядываясь на дверь. – У нас мало времени, Стивен, так что давай не будем заостряться на деталях.

– Это вовсе не детали. Я не знаю, что у тебя за план, но в любом случае Анемон не должна брать на себя главную роль.

Томас метнул на него недоуменный взгляд:

– Но почему? Неужели в тебе вдруг заговорила зависть?

– Конечно, нет! – Стивен раздраженно отмахнулся. – Но я не могу возложить на Анемон основную часть работы. Она слишком молода и неопытна.

– Да как ты смеешь! – Щеки девушки побледнели. Гневно упершись руками в бока, она медленно вышла вперед и встала перед Стивеном. – Я могу справиться с этим заданием – так же, как и с любым другим, – сказала она, чеканя каждое слово. – И ты это знаешь!

– Это так, – вмешался Томас, поспешно вставая между ними. Увидев лицо дочери, он испугался, что она вот-вот ударит американца. – Стивен, я сам обучал Анемон и могу тебя заверить, что, несмотря на свою молодость, она первоклассный специалист.

– Я тебе верю, но мы не можем рисковать. – Стивен нахмурился. – Это слишком важное дело.

Анемон была вне себя. Стивен Берк украл ее счастье, жестоко и подло надругался над ее любовью, но унизить ее профессионально – это уж чересчур!

– Я такой же опытный агент, как и ты, Стивен Берк, а может быть, даже лучше! – воскликнула она, и глаза ее сверкнули серебром. – Я доказала это на деле и в Англии, и в Нью-Брансуике. Ты не можешь этого отрицать. Если, конечно, вообще способен ценить правду.

– Что ты этим хочешь сказать? – резко спросил Стивен, но Томас прервал разгоравшийся спор:

– Ш-ш-ш… Дверь…

Послышался быстрый стук, потом дверь гостиной тихонько приотворилась, и в нее просунулась голова месье Ламора.

– Простите, что помешал, – пролепетал он с виноватым видом, – но мадам Клампетр собирается завтракать в этой гостиной с группой гостей! – Консьерж оглядел собравшихся в комнате. Если троица и вызвала у него любопытство, то он не подал виду, лишь слегка приподнял брови и остановил свой заинтересованный взгляд на Стивене: – А, месье, я вижу, вы нашли ту даму, о которой спрашивали, и месье Дюбуа тоже!

– Да, месье Ламор, разумеется, он нас нашел! – воскликнул Томас и, с добродушным видом подхватив консьержа под локоть, ввел его в гостиную. – Месье Берк – муж этой дамы, моей племянницы, – пояснил он, представив французу молодую пару с подобающей нотой гордости и снисхождения. – Видите ли, они только что прибыли в Новый Орлеан и случайно разминулись на набережной. Но оба знали, что надо немедленно разыскать меня, и вот пожалуйста: они здесь, снова вместе.

– Понятно…

Юджин Ламор не заметил, как леди внезапно застыла при этих словах, а во взгляде высокого джентльмена мелькнуло недоумение. Когда он обернулся к молодым людям, выражение их лиц было уже бесстрастно-вежливым.

– Прошу прощения, мэм, что я обратился к вам «мадемуазель», когда вы пришли в гостиницу. Я не знал, что вы замужем, а вы не сказали об этом.

Консьерж был сама учтивость, но Анемон уловила в его тоне легкое любопытство.

– Ах, в самом деле? Вы назвали меня «мадемуазель»? – Девушка сделала удивленные глаза. – Mon Dieu, а я и не заметила! Знаете, эта поездка так меня утомила…

– Моя жена неважно себя чувствует. – Стивен вышел вперед и заботливо взял ее за руку. – Мы хотели бы снять номер, месье. Ваша прекрасная гостиница очень понравилась моей жене, и она с удовольствием останется здесь надолго. Это будет удобно и для ее дяди. Вы можете предоставить нам комнаты?

– О, разумеется!

Месье Ламор заметно расслабился и даже просиял улыбкой. Слава Богу, эта парочка не собирается захватывать его гостиную в свое личное пользование, чтобы потом перебраться в какую-нибудь дешевую гостиницу у крепостного вала. Молодой человек, судя по всему, при деньгах, хоть и американец. Месье Ламор, как все истые креолы, с брезгливым высокомерием смотрел на грубых и неотесанных граждан Америки, но у него имелось здоровое уважение к богатству.

Заметив шикарный костюм посетителя и то небрежное изящество, с которым он его носил, консьерж сделал вывод, что месье Берк не только богат, но и прекрасно воспитан в отличие от всех этих жутких моряков и торговцев, заполонивших Новый Орлеан с тех пор, как город вновь отошел во владения Америки.

Жена месье Берка, белокурая француженка, поразила консьержа своим необыкновенным обаянием. Она отличалась какой-то особенной красотой. У дамы и в самом деле утомленный вид, решил он, заметив ее бледность и круги под глазами. Что-то в ней вызывало сочувствие, и он поклонился с истинно французской галантностью.

– Я счастлив принять таких замечательных гостей в нашей скромной гостинице, – почтительно проговорил он. – Будьте любезны, пойдемте за мной…