Первый среди равных. Книга XIII (СИ) - Бор Жорж - Страница 52

Первыми «ласточками» ожидавших нас в Казанской аномалии проблем стали… ласточки. Стая крупных зубастых монстров внезапно спикировала на защитный форт, где нам открыли ворота в зону. Сидевший на втором пулемёте Змей выдал пару очередей, но в них не было особой необходимости.

— Глянь, что творят! — покачал головой Алексей и приник к смотровой щели своей башни. Я сделал то же самое и сумел увидеть людей Аяза за работой.

Местные ласточки относились к третьему рангу аспекта Огня. Полтора десятка огненных росчерков появились из ближнего леса и обрушили на защиту границы шквал пламени. Атака стаи птиц расплескалась о мгновенно возникший над фортом магический щит, а в следующее мгновение на землю упала первая оглушённая огненная ласточка.

Возникшие из пустоты Листья, казалось, вообще ничего не делают и просто парят над беснующимися чудовищами. Вот только мне были отлично видны тянущиеся от каждого бойца Аяза почти прозрачные нити.

Элитные отряды хана Эрмеда отлично понимали, что в одиночку справиться с сильными чудовищами у них не выйдет. Поэтому выбрали идеальную тактику «медленной атаки». Два звена Листьев чётко выбирали по одной цели за раз и просто лишали ласточек доступа к воздуху. Сферы воздушной энергии моментально пустели и это почти не стоило дружинникам верховного хана усилий. А на земле потерявших сознание зверей быстро добивали защитные турели форта.

В итоге, в аномалию мы попали с задержкой всего в несколько минут и дальше двигались под надёжным прикрытием элитной части местных сил защиты. Вскоре я осознал, что верховный хан Эрмед и его род оказались на своём месте не просто так. С момента моего первого посещения Тверской аномальной зоны я не видел столько летающих чудовищ за столь короткий промежуток времени.

Казалось, даже камни в окрестностях Казани умели летать и стремились в небо всеми своими силами. Почти все знакомые нам животные имели в этих местах совершенно другой вид и зачастую умели летать. При это Листья над нашими головами не останавливались ни на секунду и нам оставалось просто наблюдать за их работой. Десяток мелких стычек с наземными тварями можно не считать — в этих ситуациях хватило дежурных пулемётчиков.

Ресурса защиты от влияния аномалий нашему транспорту хватило на рекордные шестьдесят километров. Командир Листьев точно знал возможности техники и спустился на крышу моей машины метров за пятьсот до того, как она заглохла.

— И что вы планируете делать дальше, ваша светлость? — поинтересовался Аяз. Казанская аномальная зона была одной из самых крупных в стране и до ядра оставалось преодолеть ещё много километров. Наверняка у местных были свои способы передвижения на такой случай, но мне они не подходили.

— Нам нужна небольшая пауза на подготовку, — ответил я. — С какой максимальной скоростью могут передвигаться ваши отряды?

— Очень быстро, — с небольшой заминкой, ответил командир элитных частей верховного хана. — Если это необходимо. Но не в районе ядра. Там… особые условия в воздухе.

— А подробнее? — тут же заинтересовался я. Если брать во внимание всё, что я уже знал об аномальных зонах, то вопрос наверняка касался местного стража. В Твери это был Семикрылый, олицетворявший волю энергии мира и пытавшийся изгнать из ядра Олимпия. В Мурманске страж был нацелен на блокировку самой уязвимой части зоны и уничтожение всех, кто попытается туда проникнуть. В Краснодаре тоже был свой защитник, но его мы не застали. Если здесь большинство тварей обладали крыльями, то их предводитель просто обязан был уметь летать.

— На расстоянии пяти километров от условного центра зоны, невозможно удержаться в воздухе, — поняв, что скрывать это не стоит, сообщил Аяз. — Какая-то сила просто прибивает к земле и не даёт подняться. Стихия перестаёт слушаться, и ты будто теряешь связь со своим аспектом и даже родовым даром. Примерно на том же расстоянии начинается Мертвый Солончак.

— Пустыня? — уточнил я. Сейчас была важна любая деталь, которая могла сообщить нам о том, что ждёт нас у ядра.

— Не совсем, — покачал головой командир Листьев. — Земли там на удивление яркие и цветущие. Я бы сказал, что там абсолютная пустыня в плане энергии. Её там очень много, но воспользоваться ей не получается. А потом приходит Смертная Тень. Я потерял там много хороших бойцов, ваша светлость. Но так и не сумел подойти к сердцу зоны.

— По земле тоже? — уточнил Бернхард. Генерал задал вертевшийся у меня на языке вопрос. Мы, как это часто бывало, размышляли в схожем направлении.

— По земле и под землёй, — уверенно ответил Аяз. — Род верховного хана долгое время считал, что в сердце Казанской аномальной зоны кроется ответ на все вопросы вселенной. Что Небесная Кобылица оставила там для своих верных детей кувшины со своим молоком. И тот, кто отведает его, станет самым мудрым существом на земле.

— Очень интересная легенда, — задумчиво произнёс я и посмотрел на Григория с Антипом. — Похоже на Поля Памяти. Не находите?

Оборотни медленно кивнули, но этим и ограничились. Если их гнездо было создано когда-то Бернхардом и сам генерал открыл полуразумным обитателям ядра Тверской зоны путь к знаниям Олимпия, то здесь ничего подобного быть не могло. Ну или мы просто об этом не знали.

— Мы можем пойти вперёд, — уловив ход моих мыслей, предложил Бетюжин. — Один точно сумеет вернуться и у вас будет полная информация по ситуации в районе ядра, господин.

— Никто не вернётся, — заявил командир Листьев. — Я вижу, что силы и знаний вам не занимать, но тут дело не в этом. Само мироздание противится тому, чтобы кто-то проник в сердце зоны. Поэтому мы охраняем границы и сейчас не пытаемся прорваться в ядро. Мир придёт в равновесие и всё наладится. Нужно только выждать.

— Мы не можем ждать, — покачал головой я.

— Зона не успокоится, — добавил Григорий. — Она будет усиливать давление до тех пор, пока ядро не разрушится. А потом то, что вы называете Смертной Тенью обрушится на первый круг обороны.

— И вы хотите изменить то, с чем не справилась семёрка великих магов степи? — старательно скрывая свои эмоции, поинтересовался Аяз. — Двести лет назад семь архимагов семи аспектов ушли к сердцу и ни один из них не вернулся. Хотя на каждом была защита северного шамана и они были вооружены лучшим родовым оружием. Про пять тысяч верных дружинников, сопровождавших семёрку, я вообще не говорю.

Мне удалось удержаться от немедленного вопроса только ценой огромного усилия воли. Собственное недоверие привело нашего проводника к тому, что он неосознанно коснулся информации, которую не имел права выдавать. На самом деле, до этого момента я просто не задумывался, что что-то подобное возможно. Поэтому и не давал Бетюжину задание искать ответы. Но теперь…

При этом я отчётливо понимал, что всего один вопрос с моей стороны и командир Листьев замкнётся, а может и вовсе будет держаться на максимальном расстоянии от меня до самого конца миссии. Но это в мои планы не входило.

В голове бушевала настоящая буря эмоций и мыслей. Подумать только! Неужели древние правители Казани сумели найти нечто действительно ценное? Неужели хоть что-то могло уцелеть после моей безнадёжной войны против других Вершителей?

Я очень сильно сомневался, что руны языка Вершителей на телах древних архимагов и защиту верховного хана делали разные люди. А это означало, что мне нужно было завершить свои дела настолько быстро, насколько это вообще было возможно. И примерный план у меня уже имелся.

— Да, — после достаточно долгой паузы, когда все вокруг уже начали вопросительно смотреть на меня, ответил я. — И у нас на выполнение этой задачи есть около трёх часов.

— Это невозможно! — воскликнул Аяз. — За это время вы даже до границы Мёртвого солончака добраться не успеете!

— Успеем, — невозмутимо возразил я и будто в подтверждение моих слов боевые машины окутались магическими куполами, а их двигатели заработали с новой силой. Командир Листьев удивлённо смотрел на знакомый транспорт, будто видел его впервые. А я тем временем внимательно осматривал снаряжение своего собеседника. Только теперь, когда всё встало на свои места, я обратил внимание на важные детали. — Только у меня будет к вам одна просьба. Мне нужен такой же костюм на некоторое время. Это возможно?