Красавица Бешарам - Вейл Лилли - Страница 12

Вспоминаю, что забыла свой шопер с надписью «Вышел в тираж» вместе с джинсовкой. На пятой по счету книге начинаю сильно жалеть о своей забывчивости. На девятой мышцы начинают побаливать.

Кавья, говорю себе, для фотки, которую ты собиралась выложить в Сеть, ты поднимала куда больше книг, а это вообще ерунда.

Сзади кто-то двигается.

– Сгодится?

Ян протягивает мне черный шопер. Сумка, конечно, здорово бы помогла, но я не доставлю Яну такого удовольствия.

Полуоборачиваюсь и говорю:

– Нет, спасибо. Как-нибудь справлюсь.

Ян намека не понимает и доходит со мной до терминала самообслуживания. Откладываю стопку и намеренно не смотрю на него, выискивая в сумочке библиотечную карточку.

Беру верхнюю книгу, чтобы отсканировать, но он вырывает ее.

– Так ты та самая, – говорит он.

– Эй! – шепотом возмущаюсь я, не забывая, где мы. Пытаюсь отнять книгу, но он уклоняется. А я, вопреки моему новому имиджу, не прыгаю через стол. – Та самая?

Эм-м… Ну, это крайне маловероятно. В смысле всего один поцелуй.

Я уже жалею, что спросила.

Его светло-розовые губы блестят ярче вчерашнего, словно он только что нанес бальзам. Может, и нанес для кого-то другого.

Стреляю взглядом в симпатичную блондинку, все еще расставляющую книги. Наверное, наша ровесница.

– Ты – та самая девушка, которая читает все новинки янг-эдалта, как только они у нас появляются, – договаривает Ян, возвращая мне книгу. – Я обычно делаю заказ на каждую новинку в нашей системе, но всегда оказываюсь вторым в очереди.

А… Вот в каком смысле «та самая».

– Вообще-то я делаю библиотеке заказ на закупку и поэтому имею право первого прочтения. И что ты имеешь в виду – «в нашей системе»? Ты ведь не…

Только сейчас замечаю голубую ленту у него на шее и веду взгляд к бейджику.

– Так ты здесь работаешь… – соображаю вслух.

Как же несправедливо встретить такую засаду именно здесь, в месте, которое я считала своим убежищем.

– А ты что, думала, я тебя преследую? – Ямочка на щеке словно подмигивает.

– Не в первый раз такое повторяется, – парирую я и быстро сканирую книги. Должна признать, приятно обойти в чем-то, не приложив усилий. А еще приятнее, что он это, похоже, признал. Вот такой планки я и стараюсь придерживаться.

– Полагаю, ты в курсе, что конкурс летнего чтения стартует сегодня, – обыденно произносит он.

– Правда? – переспрашиваю я, наклонив голову: играю дурочку.

Джун закатывает глаза.

– Я видел твой эмодзи с глазами-сердечками в комментариях под постом библиотеки.

Зло тычу в экран терминала, чтобы распечатать сроки хранения.

– Тогда зачем спросил?

– А зачем ты соврала? – не отстает он.

Кейти с Блэр отправляются в черный список за то, что бросили меня одну.

Они все еще болтают с библиотекаршей, и можно примкнуть к ним так, чтобы Ян не подумал, будто я хочу слиться, не выдержав его словесных нападок, или, что хуже, потому что испытываю неловкость из-за вчерашнего поцелуя.

– А ты не должен работать вместо того, чтобы приставать к добросовестным посетителям библиотеки? – Сую талончик в карман и кладу руки на внушительную стопку книг.

Ян вздыхает и снова протягивает шопер.

– Правда. Возьми. Книги новые, и последнее, что нам нужно, – это чтоб ты завалилась под их тяжестью. – Я изумленно поднимаю брови. – Ты ведь не хочешь, чтобы они пострадали? – Он машет передо мной шопером.

– Твоя забота о книгах достойна восхищения, – сухо отвечаю я, но все же принимаю шопер и начинаю складывать книги. – Спасибо. Это ведь ты здесь взял? Я думала, библиотеки прекратили выдавать сумки с началом эко-программы в прошлом году.

– Да, но тут осталось несколько.

– Эм-м. Ладно. Здорово. – Закидываю сумку на плечо. – Что ж, еще раз спасибо.

– Обращайся. – Он сует руки в карманы своих шорт чинос.

Я пячусь от него и почти поднимаю руку, чтобы помахать, но в последний момент передумываю.

К стойке администратора я подхожу, как раз когда миссис Карнеги произносит последнее предложение:

– Я так рада, что книги попадают туда, где они так нужны.

Кейти сияет от гордости. Вообще-то мы вместе задумали организовать благотворительный сбор, но именно она всегда воплощает в жизнь все наши идеи. Плюс она готовит нам снеки и маркирует книги разноцветными ручками, которых у нее миллион.

Как только я подхожу, миссис Карнеги тут же переключается на меня:

– Кавья! Сегодня же первый день нашего читательского конкурса, – восклицает она. – Я чувствовала, что ты придешь.

Широко улыбаюсь в ответ. Она уже вечность работает в библиотеке, по крайней мере с моего детства, и остается одной из немногих взрослых, кто не считает меня проблемой.

А еще миссис Карнеги активный пользователь соцсетей. Каждый раз, стоит мне выложить какую-нибудь книгу из новинок, она делает репост. На данный момент примерно треть библиотечной ленты состоит из моих публикаций, что здорово помогло и мне, и им нарастить аудиторию, но, поскольку мой визуал очень узнаваем, я опасаюсь, что кто-то из нашего городка догадается, что я – это я. Не то чтобы я против, но просто странно, когда твоя жизнь в Сети настолько пересекается с реальной.

Последние два года миссис Карнеги заказывает мне дизайн закладок. Выручки от продажи хватает лишь на пару новинок в местном инди-магазинчике книг и музыки, но мне нравится, что люди, читая, пользуются чем-то, что сделано мной.

– Уже не терпится получить новые закладки и положить их сюда, к прошлогодним, – говорит миссис Карнеги, указывая на тощую кучку на ее стойке.

– О’кей, скоро вышлю макеты, – обещаю я. – Последняя неделя учебы меня выжала.

Миссис Карнеги ищет что-то на полках под стойкой, затем выпрямляется, держа в руках пачку белых карточек, отсчитывает каждой из нас по пять и указывает на круглую стеклянную емкость на краю стола.

– Положите внутрь, когда прочтете. Всё как в прошлом году. Одна карточка за три подростковых романа.

О, подростковые книги, полные чудес! Они очень быстро читаются и выведут меня на первое место.

– Угадайте, какие будут новшества в этом году? – заговорщицки произносит миссис Карнеги, наклонившись к нам. – Один наш волонтер наконец-то убедил засчитывать и графические романы. О, а вот и он! – восклицает она, глядя куда-то за меня.

Мои подруги оборачиваются, но я и так знаю, кто там. Даже слышу скрип белых кроссовок – таких белых, что они просто не могут не быть новыми. Тем не менее я оборачиваюсь, чтобы не показаться грубой.

– Привет, Ян, – говорит Кейти. Завидую тому, как ей удается держать легкий тон. – Не знала, что ты здесь волонтер. Не хочешь как-нибудь помочь нам упаковать… – Я пихаю ее локтем. – О-у-уй.

– Буду рад помочь, – отвечает он с искренней улыбкой. Не с самодовольной, какими обычно одаривает меня. – Я уже ухожу, а можно мне тоже парочку карточек?

Я втягиваю щеки. Ян Джун не просто вырвал себе пост президента французского клуба и общества синефилов, он еще и прочел больше книг, чем я, и в прошлогоднем конкурсе забрал главный приз: десять заветных пресейлов янгэдалт романов. Кошачья мята для букстаграмера.

Значит, война. Ну, или очень быстрое перелистывание страниц. В этом году победа должна быть за мной. Он не пройдет.

Миссис Карнеги не видит моих переживаний.

– Конечно, Ян. Сколько тебе? Уж точно не парочку?

– Начнем с десяти, – беззаботно отвечает он.

Я кричу внутри. ДЕСЯТЬ???

Смотрю на пять карточек в моей ладони.

– По-моему, кто-то уверен в себе, – говорит Блэр, поднимая идеальную бровь.

– Надо же не отставать от Кавьи, – говорит он, улыбаясь мне так, будто мы друзья. – В прошлом году результаты были очень близки. Да, она не дает мне спуску.

Затем, словно по команде, он заряжает в нас улыбкой № 8, той, с помощью которой он обычно сражает людей наповал. У меня дергается правый глаз. А они втроем улыбаются его притворной скромности, галантности и комплиментам в мою сторону.