Элемент власти. Том V (СИ) - Flow Ascold - Страница 44

В общем, если я облажаюсь сейчас со смертными, я облажаюсь позже и с Геррой. Я не идеальный, не всесокрушающий, и у меня есть свои слабые стороны. Например, человечность. Если я изменю себе, своей вере, своим чувствам и клятвам, что дал, я не буду Даном. И буду для тебя бесполезен. Пока в моём доме бардак, я не уйду из него. Даже за порог не выйду. И, как следствие, не стану тем, кто разберётся с бардаком в вашем божественном огороде.

— Ты о Перекрёстке?

— Скорее о тех божественных ушлёпках, что между Перекрёстком и подворьем шастают. Так что дай я закончу то, что начал, чтобы моя душа была спокойна. И тогда можешь не переживать за свой мир.

— Ясно… Значит, гармония…

Я пожал плечами, не подтверждая и не опровергая его слова.

— Редкое направление божественной силы. Баланс, гармония, равновесие… Мир духовный, мир смертный, мир божественный… И всех их объединяет мир магии.

— Слышал ли ты о концепции песочных часов?

— Слышал ли я о ней? Да я один из тех, кто её по множеству миров распространил! В молодости…

— Ну вот и хорошо. Те, кто стремится стать частью божественного, так или иначе направляются в одну из частей этих вечных песочных часов, что вращаются и приносят жизнь и смерть. Ты, как и златомордый, как и Герра, черпаешь свою божественность в одной из переполненных частей этих часов. Находишь возможность и становишься тем, кто возносится над миром смертных. А моё место — в середине. В самой узкой точке. Мне нельзя идти ни вправо, ни влево, ни вверх, ни вниз. Это моя сила. И это мой путь.

— Дом Вечных… Те, кто стоит на перепутье и наблюдает за жизнью и смертью. Неподвластные времени.

— Но подвластные смерти. Правда, черпающие свои силы из неё при жизни…

Мир может бесконечно долго вращаться, изменяться, умирать и возрождаться, и я должен оставаться в этой точке и целую вечность стараться его сбалансировать.

— Вот только это невозможно. Это подобно старой легенде о Сизифе, камне и горе.

— Тоже слышал её? Да, я — как тот мужик, что вечно катит камень в гору. Это и есть мой путь. Больше мне добавить нечего. И так поделился слишком уж многим.

Старик присел прямо на резиновое покрытие стадиона и упёрся подбородком в кулак.

— Ты правильно сделал, что поделился со мной этим. Теперь мне ясно чуть больше. Но и вопросы появились… Если ваш путь такой… То как вы допустили гибель своего мира?

— Один из талантов патриарха Дома Вечных — понимать, когда есть возможность привести всё к балансу, а когда этих шансов уже нет и энтропия неизбежна.

Наш мир родил слишком много «богов» и угроз, что проявили себя спустя тысячи лет. Баланс скатился к чёрту в бездну… Мы пытались исправить то, что было неизбежно, но смогли только замедлить разрушение мира. И за это заплатили очень высокую цену — многие из нас лишились сил, лишились жизни.

Когда я осознал себя ребёнком и понял, для чего рождён, мир уже был обречён. Когда я смог вырасти, выжить и обрести силу, я направил её на спасение людей, нашего наследия и наших знаний. А мир… Спасать там уже было нечего.

— Даже если бы ты открыл все семь врат, не смог бы ничего изменить? — слегка удивлённо произнёс старик.

— Да… — Я на миг задумался и продолжил: — Я уже могу открыть вторые врата. Но это точка невозврата… Я сделаю это, когда наступит подходящее время. А пока дай закончить последний подарок людям этого мира. Они не плохие ведь… Просто неопытные. Не знают о других мирах и не сталкивались с такими, как ты.

Старик огляделся, внимательно рассматривая множество духов.

— А воскрешение такого числа духов не нарушит баланс?

— Чтобы стольких воскресить, убить нужно в несколько сотен раз больше.

— Так тебя ведь не устраивает сила смерти, — удивился старик.

— Иногда после смерти остаются души. В этом мире их много. В других — ещё больше. Эти духи… Среди них практически нет никого из древних времён. Одно-два поколения. Они готовы к реваншу. А те духи, что сотни и тысячи лет ждут своего часа, обычно плевать хотели на жизнь. Они мечтают лишь о свободе. Одним я дам свободу, а других посажу в клетку из элементаля. По их собственному желанию. Это и есть баланс.

— Хм… Возможно, я даже смогу подсказать тебе, как и где добыть намного больше сил. Чтобы компенсировать время, что ты тратишь на свои треклятые гуассаны!

— Ну-ка? Удиви меня, — внимательно посмотрел я на старика, приостановив создание нового элементаля.

— Во-первых, в этом мире было несколько грандиозных битв. Столь масштабных и кровавых, что на том месте, где погибли люди, миазмы смерти отравили землю. Там настоящие пустоши появились. Даже природа спасовала, увидев эту глупую жестокость смертных… Такие места, в общем-то, не скрываются, и ты легко найдёшь упоминания о них. Просто спроси об этом и узнаешь, где искать сотни тысяч древних духов.

— Неплохо! Спасибо. Если это действительно так…

— Я не договорил! — раздражённо произнёс старик. — Во-вторых, найди своего рогатого смотрителя замка и спроси у него, сможет ли он доставить тебя в чёрные топи секты Гидры. Конечно же, тайно… Там ты найдёшь столько душ для баланса, что сможешь воскресить… намного больше духов, чем расселось сейчас на трибунах. Но учти: то место может погубить даже Бога! Слабого, но Бога. Если ты можешь показать только то, что видел златомордый, то тебе туда лучше не соваться. Даже проклятье Дома Вечных тебе не поможет.

— Я предпочитаю называть это благословением… — покачал я головой.

— Это потому что ты ещё слишком молод. Любое бессмертие — будь оно божественным, как у меня, или такое вот, дарованное иными силами, как у тебя, — проклятье. Удачи тебе. И не задерживайся.

— Ага… Без гуассана не уйду. Можешь и не мечтать.

Некоторое время спустя.

Континент Шести Империй. Королевство Данское. Столица — город Бурый. Спальня Анны.

Девушка лениво потянулась, нежась в белоснежных простынях. Наступило новое утро, и начались новые заботы. Но перед тем, как погрузиться с головой в работу, ей хотелось немного поваляться, посмотреть новости в телефоне, сделать зарядку и вообще, привести себя в порядок перед целым днём работы. Она метит на место королевы и перед потенциальными подданными должна иметь достойный вид! Такой, чтобы все смотрели ей вслед.

Анна потянулась за телефоном и сразу же увидела сообщение от своего отца.

[Если проснулась, глянь выступление Святослава. По всем каналам передают.] — сообщил Павел — барон, что остался правителем столичного региона королевства. Пока ещё барон…

— Ну-ка? И что же там? — в очередной раз потянулась Анна и тут же открыла первую ссылку.

В видео показывали возвращение императора Славии в столицу империи и первые комментарии его представителя — пресс-атташе имперского величества.

Пресс-атташе заявил, что, вопреки слухам, поездка в Гизель была рядовой командировкой, связанной с рядом технических вопросов и обсуждением деликатных тенденций развития новых регионов империи.

Анна все глаза сломала, пытаясь найти на видео Сергея. Но Дан её сердца так и не вышел из самолёта по трапу вместе с императором.

Тут её глаза зацепились за комментарии и хвастливые слова некоторых фанатов рода Мирских о том, что после такого визита Гизель будет ещё год приходить в себя.

Комментарий был жёстко заминусован и вскоре удалён, но нет-нет да и проскакивали слова о том, что Гизель превратился в филиал ада.

— А вот это уже больше похоже на моего Серёжу… — улыбнулась девушка и принялась дальше искать информацию.

Всё, что она находила, — лишь отголоски информации, редкие фотографии, короткие видео, под большей частью из которых были комментарии, обвинявшие создателей постов в использовании фальшивых снимков и видео. Некоторые из этих видео исчезали прямо у Анны на глазах.

Почти час девушка потратила на то, чтобы узнать, что же там случилось в Гизеле на самом деле. Несколько дней назад, когда борт с императором вылетел в столицу островного королевства, главный остров перестал делиться с миром новостями. А вот сейчас всё начало понемногу всплывать.