Аспект силы (СИ) - Котов Алексей - Страница 69

— Проще палками, — прокомментировал я, оценивая оружие.

— Проще, — на удивление покладисто согласилась Веласкес, хотя я ожидал язвительного ответа. — Но здесь в меню выдачи нет палок, к тому же в играх не всегда ты сможешь самостоятельно выбрать оружие.

Себе она, кстати, напечатала довольно длинный полуторный клинок-бастард. Тем не менее, замечание было справедливо, поэтому перехватив меч, я ждал ее приближения или команды к началу поединка.

Никакой команды не последовало, Веласкес напала молниеносно и без предупреждения. Не думая даже парировать летящий сверху-сбоку длинный меч я уклонился — отпрыгнув, от второго удара ушел в сторону перекатом. Веласкес выше на голову и несмотря на худощавое телосложение тяжелее, поэтому атаковала она широко и размашисто, пользуясь своим преимуществом.

Уклонившись еще от парочки уверенных ударов, я поймал момент и рванул вперед, проскакивая под свистнувшим над головой клинком. Рассчитывал эффектно сблизиться и приставить ей острие к горлу, но Веласкес успела среагировать, так что неожиданно для обоих я проскочил мимо и оказался позади нее. Ударил с разворота, вложив максимум силы — Веласкес не успевала ни отскочить, ни увернуться, но в попытке парировать завела свой длинный бастард за спину. Клинки встретились и повернутый плашмя меч Веласкес звучно шлепнул ее по обтянутой змеиной кожей комбинезона ягодице.

Сандра пробежала вперед несколько шагов и обернулась, глядя потемневшими от злости глазами. Я не специально так сделал, но оправдываться не стал, тем более не было времени — Веласкес снова атаковала, но двигалась теперь гораздо быстрее и яростнее, ее клинок несмотря на размер мелькал словно молния. По-прежнему практически не парируя, я по большей части уклонялся и уходил из-под ударов, со свистом рассекающих воздух. Уже приходилось прикладывать значительные усилия — Веласкес явно разозлилась, и разозлилась очень серьезно, гоняя меня по всей площадке.

У меня в этом аватаре-копии не было демонической крови, дающей преимущества боевого транса. Но и у Веласкес что-то пропало — я ведь помнил, как стремительно и неуловимо глазу она может двигаться, но сейчас такой способности не демонстрирует. С ней давно бы меня деклассировала, очень уж разъярилась и обиделась.

Поединок продолжался уже больше двух минут, и я уже давно понял — звучный шлепок оказался случайной удачей. Изначально Веласкес просто не приняла во внимание мой небольшой рост, отчего я сходу смог подобраться к ней близко. Сейчас же, заметно разозлившись, она стремилась отыграться и показать подавляющее превосходство.

Вопрос теперь стоял в том, кто сломается первым — или я ошибусь, или Веласкес устанет. Мне повезло — она устала первой, отпрыгнув после очередного выпада и показывая прекращение поединка отсалютовала мечом.

— Неплохо, малыш, хотя я ожидала от тебя большего, — произнесла девушка с невозмутимым видом, стараясь продемонстрировать легкость действий. При этом я хорошо видел выступившие у нее на висках бисеринки пота, и еще видел, как она с трудом сдерживается чтобы не задышать полной грудью. Налицо достаточно серьезный контраст между ее реальной утомленностью и пренебрежительным тоном в попытке сохранить лицо.

— Давай попробуем другое оружие, — вернулась к терминалу Веласкес, закинув тренировочный бастард в окно дестрактора. Обернулась ко мне, явно ожидая что я брошу ей свой короткий прямой меч.

— Давай сначала ты мне объяснишь кое-что, — оставил я оружие в руках.

— Что именно?

— Скажи, ты бессмертная?

— Квант души у меня есть.

— Ты поняла, о чем я. У тебя уже есть билет в Сенат, или ты готовишься заменить кого-то в Совете Богов?

— Нет.

— Нет? Так может, перед тобой открыты легкие пути возвышения? Ты наследница фамилии или, может быть, в женихах у тебя сразу несколько высокородных претендентов из большой четверки, а ты просто не знаешь кого выбрать, лениво перебирая варианты?

Веласкес в этот раз промолчала. Не ответила, но и взгляд вернувших бирюзовый цвет глаз не отвела.

— Вот именно, ничего этого у тебя нет, — продолжил я. — Зачем ты тогда так качественно делаешь все, чтобы я воспылал к тебе если не ненавистью, то постоянной глухой неприязнью? Зачем заранее закапываешь в землю наши отношения и постоянно пытаешься бросить в меня топор войны? Завидуешь?

— Нет.

— Тогда почему?

— Ну вот так получилось. Смирись, — пожала Веласкес плечами с независимым видом.

На этом бы можно было заканчивать, но я понял, что с ее стороны это было приглашением к продолжению. Если бы ей действительно хотелось закончить разговор, ответила бы она совершенно по-другому, я ее уже хорошо изучил.

— Может быть это злость?

— С чего бы мне на тебя злиться?

— Может быть с того, что если бы я не упал на самое дно, то на такую как ты просто не посмотрел бы, не говоря уже о возможности совместной деятельности? Агнесса Сангуэса, моя мать, называла таких как ты безродных подзаборной элитой, и ты это прекрасно знаешь. И во время нашего общения ты периодически пытаешься продемонстрировать надо мной моральное, а теперь и физическое превосходство — вот как сейчас, едва не потеряв сознание от перенапряжения сил, чтобы что? Чтобы я увидел, что ты не пустое место, которым в иерархии Арагона являешься?

— Ты сейчас обидеть меня хочешь? — Веласкес хотя и зарделась, но спросила спокойным нейтральным тоном.

— Ни в коем случае. Я просто показываю, как ты ведешь себя по отношению ко мне все то время как мы с тобой общаемся, причем ведешь себя так даже несмотря на то, что связывает нас уже нечто большее, чем просто деловые отношения. И это, заметь, я пока просто тыкаю острыми аргументами в очевидное, не пытаясь дополнительно язвить как это делаешь ты для большего эффекта.

— Туше́, — усмехнулась девушка.

Отойдя от терминала, она села прислонившись спиной к стене и похлопала приглашающе ладонью по полу. Когда присел рядом отметил, что она больше не сдерживается и начала дышать полной грудью, уже не скрывая серьезного утомления поединком.

— Скажи, как ты относишься к такому понятию как любовь? — неожиданно спросила Веласкес.

— Тебе эмоциональное восприятие или версию расшифрованных биохимических реакций, основанных на заложенных в ДНК инстинктах поиска подходящей пары для продолжения рода?

— Хорошо, перефразирую немного. Как ты относишься к иррациональным поступкам, совершенным в результате возникшего влечения?

— Ты имеешь ввиду половое влечение?

— Да.

Веласкес довольно неожиданно чуть-чуть покраснела, смутившись. Ладно еще Стефа так себя вела, но почему эта молодая женщина такие же реакции демонстрирует — непонятно, она ведь патрицианка.

— К подобным иррациональным поступкам я отношусь с недоумением. Если по существу — считаю влияние любви на человеческие отношения сильно переоцененным фактором.

— А почему ты так рассуждаешь?

Похоже я начинаю понимать, куда она ведет.

— Потому, что у меня, как и у тебя кстати, внесены изменения в гипофиз, так что некоторые гормоны сейчас блокируются и начнут вырабатываться только после достижения шестнадцати лет.

— Программные изменения в гипофиз? — удивилась Веласкес, со щек которой так и не сходил румянец.

— Гипофиз — это часть мозга, ответственная за выработку разных гормонов, в том числе стимулирующих рост. В моем случае тело развивается в обычном и согласованным перед рождением режиме, но до шестнадцати лет у меня будут отсутствовать довлеющие на разум факторы, что поможет избегать отвлечения внимания для достижения концентрации в ходе получения необходимых знаний.

— Нет-нет, я это все знаю, просто про гипофиз сюрпризом стало. В моей программе обучения подобное обозначалось как «развитие ребенка согласно генетическому паспорту».

— Ну вот узнала что-то новое. У тебя этот блок уже снят?

— Я пока не знаю, — взгляд Веласкес не отвела, но щеки по-прежнему алеют.

Я только головой покачал, вздохнув.