Маскарад сердец (ЛП) - Пул Кейти Роуз - Страница 63

Но то место, куда их вела Кайто, явно не относилось к числу доступных. Они плутали по коридорам, переходили внутренние дворики. В какой-то момент Адриусу даже показалось, что они находятся под водой.

Наконец, они достигли входа в обширную приёмную из чёрного мрамора, окружённую арками со всех сторон.

— Вот оно, — сказала Кайто, останавливаясь.

— Здесь как в склепе, — пробормотал Свифт и поёжился.

— Это и есть склеп, — заметил Фишер, указывая на резьбу над центральной аркой: Мавзолей Фолкрестов.

— Это не Мавзолей Фолкрестов, — покачал головой Адриус.

Он совсем недавно был в фамильном мавзолее, когда хоронили отца — меньше недели назад. Но, проходя по приёмной, он заметил, что каждая арка помечена именем предка Фолкрестов. Его кольнуло тревожное предчувствие.

— Раньше был, — уточнила Кайто. — Несколько поколений назад мавзолей перенесли за пределы библиотеки. Но это — оригинал.

Свифт поднял руку:

— А никому не кажется странным, что останки Илариона хранятся в старом мавзолее Фолкрестов?

— Возможно, и нет, — тихо произнёс Фишер, остановившись перед самой дальней аркой.

По спине Адриуса пробежал холодок, и он поспешил туда, где стоял Фишер. В чёрном мраморе над аркой были вырезаны слова: Гробница Илариона Фолкреста, основателя Библиотеки Фолкрестов.

Адриус уставился в них, не в силах осознать смысл увиденного.

Рядом с ним появился Свифт:

— Иларион Фолкрест? — недоверчиво пробормотал он.

— Адриус, ты знал об этом? — спросил Фишер вполголоса.

Адриус только покачал головой. Онемел.

Иларион, создатель Проклятия Повиновения, один из самых жестоких и ненавистных чародеев в истории… был его предком.

Гниль в роду Фолкрестов уходила глубже, чем он когда-либо подозревал. Их родословное древо было прогнило от самого корня.

— Нам стоит… войти? — спросила Виатрис.

Адриус расправил плечи и шагнул под арку, внутрь гробницы. Комната оказалась круглой, со сводчатым потолком, целиком выложенная из того же чёрного мрамора, что и арка. В центре зала стоял беломраморный саркофаг, покрытый толстым слоем пыли.

Адриус подошёл к краю саркофага. Это оказался простой каменный ящик с тяжёлой плитой сверху.

— Помогите мне, — сказал он.

Фишер, Виатрис и Свифт встали по сторонам. Все вместе, с усилием, они сдвинули крышку. Из саркофага вырвалось облако пыли. Адриус отпрянул, зажмурился и закашлялся.

— Могильные воры.

Адриус едва не подпрыгнул на месте от хриплого, скрежещущего голоса. Он резко обернулся. Пыль сгустилась в очертания — почти человеческие, но с чертами зверя. Из головы существа торчали два изогнутых рога, а глаза горели алым светом.

— Могильные воры, — снова прохрипел призрак.

Свифт вцепился в руку Адриуса:

— Только скажи, что это не призрак…

Прошла пара секунд, прежде чем Адриус узнал фигуру. Марлоу заставила его прочитать десятки книг об Илларионе Ужасном. Он знал, что тот носил рогатую корону, а в некоторых записях ему приписывали светящиеся красные глаза.

Это был призрак. Призрак Илариона.

— Это не призрак, — возразил Фишер. — Это заклинание. Смотри.

Он указал на каменную плиту у изножья саркофага. На ней были высечены символы, мерцающие, как глифы на заклинательных картах.

— Иларион, должно быть, наложил это заклинание ещё при жизни, чтобы отпугнуть всех, кто захочет сделать… ровно то, что делаем мы, — сказал Фишер.

— Украдёшь из моей гробницы — и будешь проклят навеки.

Адриус вздрогнул. Заклятие или призрак — этот голос был голосом Илариона.

— Мы действительно должны были догадаться, что чародей, прославившийся изобретением проклятий, проклянёт и свою собственную гробницу, — пробормотала Виатрис. — Что теперь делать?

Адриус бросил взгляд на остальных. Отчаяние читалось на их лицах. Они прошли слишком длинный путь. Добрались почти до цели. И Вейл не должен победить.

И если ради этого кто-то должен быть проклят навеки — пусть это будет он. Иларион был его предком. Это его наследие.

Он шагнул к саркофагу.

— Ты с ума сошёл? — Свифт дёрнул его за плечо. — Марлоу меня убьёт, если ты снова подцепишь какое-нибудь проклятие!

Адриус покачал головой:

— Я должен это сделать. Если победит Вейл — проклятие ляжет на весь город. Пусть лучше на одного меня.

— Моё смертное тело гниёт в этом гробу, — прохрипел фантом, — но сила и магия живут во мне. Мой дух будет преследовать любого, кто осмелится нарушить мой покой.

— Ты правда хочешь жить с этим остаток жизни? — воскликнул Свифт.

Адриус оттолкнул его:

— Если придётся.

Он снова шагнул к саркофагу и заглянул внутрь. На дне покоились кости и пыль.

— Я стану твоим вечным спутником, — прошипел дух. — Куда бы ты ни пошёл — я пойду за тобой. Я не покину тебя до самой твоей смерти.

Адриус замер. Медленно повернулся к Фишеру:

— Как работают такие чары?

— Ну… — Фишер замялся. — Перед смертью Иларион должен был вложить часть своей сущности в какой-то предмет… В данном случае — в эту каменную плиту.

— То есть вот это — он? — Адриус указал на фантома.

— В каком-то смысле, да, — кивнул Фишер.

Адриус усмехнулся:

— У кого-нибудь есть зубило?

— Зачем? — спросила Виатрис.

— Нам не нужны кости Илариона, — пояснил Адриус. — Нам нужно всё, что от него осталось. И, похоже, этот… заколдованный призрак вполне подойдёт.

Виатрис взглянула на Фишера.

— Он прав, — подтвердил тот, удивлённо. — Для ритуала этого достаточно.

— Вот, — сказал Свифт, доставая из сумки нож и маленький молоточек из набора с ингредиентами для заклинания.

Адриус осторожно приложил лезвие ножа к основанию каменной плиты и начал откалывать её от крышки саркофага, пока Иларион с яростью вопил на него за надругательство над гробницей.

Когда он закончил, он завернул зачарованную плиту в запасную ткань и засунул обратно в сумку Свифта.

— Это значит, что он теперь тоже с нами? — спросил Свифт, бросив тревожный взгляд на духа Илариона, который продолжал кричать от горя и ярости.

— Похоже на то, — ответил Адриус. — Пошли творить заклинание.

Глава 39

Остров Жнецов встретил Марлоу тишиной, когда она причалила к пристани. Обычно здесь патрулировали и с суши, и с воды, отпугивая незваных гостей, но теперь никто даже не попытался её остановить. Она спокойно пришвартовала лодку и зашагала по дощатому настилу к особняку.

Если раньше у неё ещё были сомнения, что Вейл находится здесь, то теперь они рассеялись. Остался только один вопрос — не опоздала ли она.

Мгла клубилась вокруг осыпающегося особняка. Несмотря на удушающую жару, Марлоу пробрало дрожью. Она не хотела знать, что её ждёт внутри. Перед глазами всплывали искалеченные тела Медноголовых. Марлоу подавила подступившую тошноту.

Она вошла в полуразрушенное здание через тот же балкон на втором этаже, через который пробиралась в свой первый визит. Едва переступив порог, заметила первое тело. Мужчина лежал на боку, лицом вниз на плиточном полу.

В этом теле не было ничего ужасающего — лишь явная мёртвость. Даже крови не видно. Через несколько шагов — ещё одно тело, также нетронутое.

Но именно отсутствие видимых ран делало происходящее особенно зловещим. С силой заклинания Илариона Вейл вполне мог приказать их сердцам просто… остановиться. Они бы умерли, не успев упасть.

Марлоу перешагнула через третье тело, свалившееся в дверном проёме. Больше мертвецов лежало вдоль галереи, словно по следу, ведущему к Вейлу.

Он стоял к ней спиной. Чёрные теневые щупальца, связывающие его с гримуаром, скользили вокруг его рук.

Перед ним — леди Бьянка. Она плакала, прижимая к груди сына, Элио.

— Отдай мне его, — приказал Вейл.

Бьянка всхлипнула и, дрожа, протянула ребёнка.

— Нет! — Марлоу не смогла сдержать отчаянный крик.

Вейл поднял Элио на руки, нежно прижал к груди. Повернулся к Марлоу.