Сибирский вояж - Джад Александр - Страница 21

— Мы сегодня поедем или как? — отложив ложку в сторону, подал голос Лёша. — Уж больно щи хороши. Можно было бы и остаться…

— Так и оставайтесь, места всем хватит, — засуетилась Глафира, убирая опустошённую миску.

— Нет-нет. Дела, — поднялся Владимир. — Спасибо, хозяева, за хлеб-соль! Лёха, вперёд!

Вскоре чёрный джип с затемнёнными стёклами, мягко урча мощным мотором, покинул заимку, унося вдаль двух молодых предпринимателей.

И это было только начало…

ГЛАВА 8

Это было только начало

Когда в человека бросаешь грязью,

помни, что до него она может не долететь,

а на твоих руках останется…

Да, это было самое начало. Чёрный джип с затемнёнными стёклами уже унёс вдаль двух молодых предпринимателей, а для Михаила всё только начиналось…

Кушать больше не хотелось — напотчевались. Сколько можно? Пить тоже. Да и разговоры, кажется, все переговорили. Хотя, скорее всего, два приятеля всегда найдут, что обсудить…

Михаила с утра снова ждали дела, предстояло перед возвращением решить ещё кое-какие вопросы по бизнесу. Но это завтра. Сегодня же хотелось вдоволь напитаться этой пьянящей спокойствием атмосферой и всласть надышаться чистым, наполненным свежестью, дурманящим воздухом. Уж чего-чего, а этого здесь было сколько угодно.

Мужчины вышли перед сном во двор. Морозец покусывал щёки, стараясь забраться под одежду. Но горячие тела моментально превращали все эти бессмысленные потуги в лёгкую, освежающую прохладу.

Густо пахло хвоей, снегом и лесом. Сторожевой пёс Забар, завидев хозяина, заискивающе завилял хвостом, но не заурчал дремотно, словно кот, а зарычал как-то по-мужски призывно, негрозно, но зычно.

Загадочные звёзды в чёрной вышине блистали ярко, словно волшебные фонарики из неведомой или попросту забытой сказки. Месяц отливал серебром, подсвечивая стройные и могучие кедры.

Лес, ненадолго прощаясь, перешёптывался с пронизанным морозом воздухом, с этими горящими в бездонной черноте неба яркими серебристо-жёлтыми точечками, готовясь забыться тревожным зимним сном до утра. Птицы, звери спрятались от стужи в свои тёплые гнёзда, забрались в норки, свернулись клубочками или, тесно прижавшись, грели друг друга, чтобы завтра вновь начать с самого начала, как в первый раз, свою беспокойную, полуголодную борьбу за выживание…

Вдоволь надышавшись и насладившись почти нетронутой красотой, приятели вернулись в жарко натопленный, пахнущий терпким смоляным духом, дом и разошлись по койкам. Глафира ещё какое-то время хлопотала в кухне, но Михаил этого уже не слышал. Лишь только голова коснулась подушки, глаза его закрылись сами по себе, и он провалился в сладкую негу, словно беззаботный и не обременённый проблемами младенец.

Возвращение в город хлопот не доставило. Разбросанность Братска не позволяла обходиться без «колёс». И поскольку этот вопрос был решён, накатанная, привычно ухабистая дорога без проблем привела Михаила к месту первой встречи. Потом ко второй, третьей… Не имея большого навыка вождения, тем не менее он справлялся с управлением вполне достойно. Старенький «пассат» покорно слушался и доставлял хозяина к месту назначения.

Когда, закончив дела, Михаил вернулся в номер, было уже совсем темно. Оставив машину возле гостиницы, еле волоча ноги и буквально валясь от усталости, он принял душ и, как говорят, без задних ног свалился в постель.

«Все дела здесь переделал. Вопросы решил. Теперь можно со спокойной совестью возвращаться домой», — с этими мыслями он благополучно уснул. А вот утром нарисовалась проблема…

Небольшой по местным меркам мороз около минус двадцати сам по себе затруднял пуск двигателя. А когда ещё есть вопрос с аккумулятором…

«Ну, Владимир! Что за проблема? Пошёл и без заморочек купил новый, — рассудил Михаил, когда утром стартер даже не смог провернуть коленвал двигателя, не говоря уже о том, чтобы запустить мотор. — Сейчас с этим нет сложностей, только марку выбирай».

Так и сделал. Первый же таксист с пониманием отнёсся к беде собрата-автомобилиста. Кое-какой инструмент в машине Владимира нашёлся. Таксист помог установить не очень владеющему этим вопросом «чайнику» накопитель тока под капот авто, и вскоре мотор «пассата» заработал как швейцарские часы.

— Вы подфарники сейчас включали? — садясь в свою машину, спросил таксист.

— Нет, не включал. Я же ещё даже с места не тронулся. Знаю, что теперь надо всегда ездить с ближним светом фар. Сяду за руль и включу.

— Не в том дело, — удивился таксист такой непонятливости. — Аккумулятор, скорее всего, был хороший. Просто вы вчера, видимо, забыли выключить подфарники, и он разрядился. Надо было всего-навсего подзарядить, а вы быстрее за новым рванули.

— А почему «был хороший»? Что с ним теперь? — не мог Михаил не спросить.

— Купят права за барана… — тихонько пробурчал таксист.

— Простите, не понял? — Михаил был искренен: «На самом деле, причём здесь баран?»

— Не обращайте внимания, это так, присказка.

— A-а… Так почему «был хороший»?

— Когда разряжается аккумулятор, то электролит в нём превращается в воду, — принялся пояснять таксист.

— Это даже я знаю, — поддакнул Михаил. — Надо иногда, когда выпарится, дистиллированную подливать. Так в чём проблема?

— На улице минус двадцать. Как вы думаете, что стало с водой?

— Как что? Замёрзла!

— Вот именно. А когда будет оттаивать, разорвёт корпус. Это физика за школьный курс. Так что сдайте аккумулятор быстрее в утиль. Не ждите оттепели, — на этой счастливой ноте таксист хлопнул дверцей и, газанув, скрылся за ближайшим поворотом.

— Ну дела-а, — Михаил сел за руль. — Блин! Забыл вчера регистратор выключить, а ведь Владимир предупреждал… Вот же голова дырявая! Только о себе думаю.

Михаил откинул экран регистратора. Мониторчик был тёмен. Вынул штекер из прикуривателя. Подождал. Вновь включил. Регистратор не подавал признаков жизни.

— Вот же незадача! — выругался вслух Михаил. — И тут напакостил. Володька этого не переживёт — с такой гордостью говорил об этом маленьком приборчике. Но это уже не такая проблема…

Машина на ходу. Дела завершены. Время перед отлётом есть. Недолго поискав, Михаил нашёл в магазине точно такой же регистратор с картой памяти. Подключил. Всё заработало.

— Вот и ладненько! — он сунул неисправный регистратор в карман. — Мои Кулибины поколдуют, может, ещё и этот отремонтируют…

Оставив машину на том же месте, Михаил забросил, как и договаривались с приятелем, ключи и документы в бардачок. Со спокойной душой и чувством исполненного долга вылетел сначала в Москву, а в столице пересел на рейс до дома.

Дом. Когда бы и откуда не возвращался, родная земля всегда встречает теплом и солнцем, даже если на улице идёт дождь и ледяной ветер сквозит со всех сторон, пробирая до мозга костей. Такая уж это магия — дом.

Михаил смотрел на освобождённые от снежных наростов тротуары и вычищенные до асфальта дороги. На деревья, украшенные светящими экономичными светодиодными гирляндами. Даже без листьев серые стволы не вызывали грусти, скорее, наоборот, вселяли надежду и уверенность.

Здесь даже лица у прохожих казались знакомыми и родными. И пусть порой многие были сосредоточены, но никак не хмуры. Сама природа располагала каждой веточкой, облачком и воробушком радоваться пусть, порой, безусловно, и нелёгкой, не без трудностей, но такой интересной и увлекательной жизни.

Люди вокруг сновали по своим неотложным делам, увлечённо переговаривались, смеялись или были погружены в свои мысли. Некоторые просто прогуливались или вели за руку детишек.

Всё это, такое привычное и с детства до боли родное и знакомое… Мысли Михаила были сейчас далеки от повседневных рутинных дел.

Бывает. Взгрустнётся вот так. Хочется вернуться в детство, к маме. Прижаться к её добрым рукам, пахнущим хозяйственным мылом и, несравнимой ни с какими деликатесами, варёной картошкой, приправленной подсолнечным маслом.