Сибирский вояж - Джад Александр - Страница 52

— Уважаемый суд, двенадцатого февраля две тысячи тринадцатого года около двух часов ночи на пешеходном переходе была сбита Пертова Светлана Георгиевна. Виновник с места происшествия скрылся. В три сорок подсудимый доставил потерпевшую в больницу и, не предъявив никаких документов, назвавшись случайным свидетелем, уехал. Дежурный врач больницы, Желнин Александр Степанович, успел заметить вмятины на переднем правом крыле автомобиля и разбитую фару, но поначалу не придал этому значения. И лишь позже, сопоставив раны, полученные пострадавшей, и вмятины на машине, вспомнил несколько цифр в номере машины. Через несколько часов пострадавшая, не приходя в сознание, скончалась. Были проведены оперативно-розыскные мероприятия, в результате которых четырнадцатого февраля найден автомобиль и выявлена принадлежность обвиняемого к данному происшествию. Всё документы в деле имеются. Обвиняемый признан вменяемым и отдающим себе отчёт в инкриминируемых ему деяниях. У меня всё, ваша честь.

Было очевидно, прокурор не сомневался, что вина подсудимого доказана, и версия его непричастности к происшествию не подтвердилась.

— Подсудимый, встаньте, — сказал судья. — Вам понятна суть предъявленного вам обвинения?

— Ваша честь, если честно, я вообще не понимаю, почему здесь нахожусь. Того, в чём меня обвиняют, я не делал.

— Мы собрались здесь как раз для того, чтобы разобраться, что произошло. Поэтому сейчас вам необходимо ответить на мои вопросы. Вам понятна суть предъявленного вам обвинения?

— Да.

— Вы себя виновным признаёте?

— Нет.

— Присаживайтесь. Какова позиция защиты?

— Уважаемый суд, я считаю моего подзащитного невиновным, — сказал адвокат, — о чём буду говорить в ходе судебного следствия и в прениях.

— Готов ли подзащитный давать показания в суде?

— Да, ваша честь. И я бы ходатайствовал о его допросе в начале судебного следствия.

Адвокат Гуревич Иосиф Яковлевич был искренне удивлен, что в ходе предварительного следствия не обратили внимания на некоторые очень важные детали.

— Обвиняемый, встаньте. Пожалуйста, Иосиф Яковлевич.

— Николай Петрович, пожалуйста, расскажите нам, что произошло двенадцатого февраля две тысячи тринадцатого года?

— В тот день я возвращался поздно ночью от товарища, которому помогал в ремонте квартиры. Около четырёх часов ночи, проезжая возле гостиницы, недалеко от автобусной остановки прямо на дороге обнаружил пострадавшую, находящуюся в бессознательном состоянии. Когда понял, что привести её в чувство на месте невозможно, перенёс в салон моего автомобиля и доставил в больницу.

— Почему вы не захотели представиться и показать документы? — задал вопрос прокурор. — Ведь если вы невиновны, то могли бы рассчитывать минимум на благодарность за оказанную помощь.

— Дело в том, что, уходя от товарища, оставил в его доме все свои документы, даже водительские права. Мне просто нечего было предъявлять. К тому же я очень устал, и ни о какой благодарности не думал.

— Больше вопросов к подсудимому нет, — сказал прокурор.

— Защита? Нет. Тогда приступим к допросу свидетелей. Пригласите, пожалуйста, Желнина Александра Степановича, врача больницы, дежурившего в ночь происшествия…

Ничего нового врач к уже сказанному не добавил. Просто повторил то, о чём уже говорили прокурор и обвиняемый.

— Господин доктор, — обратился адвокат, — вы же сами не видели момент наезда и не можете с уверенностью утверждать, что данное происшествие произошло по вине моего подзащитного?

— Протестую, — воскликнул прокурор. — Защита пытается навязать свидетелю ответ.

— Протест принят, — сказал судья. — Защита, перефразируйте вопрос или снимите.

— Хорошо. Задам вопрос иначе. Скажите, доктор, вы можете утверждать, что именно мой подзащитный совершил эти противоправные действия? И что именно он сбил потерпевшую на принадлежащем ему автомобиле, которая в скором времени скончалась?

— Нет. Этого утверждать не могу. Могу сказать лишь то, что ваш подзащитный доставил пострадавшую к нам в больницу в бессознательном состоянии.

— В деле страница сто двадцать первая, — сказал прокурор, — есть справка о причине смерти потерпевшей, где сказано, что она умерла не от полученных ран, а от переохлаждения и не вовремя оказанной медицинской помощи. Скажите, доктор, если бы потерпевшая была доставлена сразу после совершения наезда, была ли возможность её спасти?

— Безусловно, пострадавшая погибла от переохлаждения. Провести на двадцатиградусном морозе без сознания длительное время и не замёрзнуть просто невозможно.

— Хочу обратить внимание уважаемого суда, — отметил адвокат, — что авария совершена около двух часов ночи, а подсудимый доставил потерпевшую в больницу аж через полтора часа. Что же получается? Мой подзащитный сначала совершил наезд и скрылся с места аварии, а потом вернулся и доставил уже замёрзшую потерпевшую в больницу.

— Вероятно, совесть взыграла, — ответил прокурор, вот и вернулся. К тому же преступники очень часто возвращаются к месту преступления — это аксиома.

— Вероятно… — помедлив, сказал адвокат. Это всё на уровне домыслов, а мы должны апеллировать только фактами. Уподобляясь же представителю обвинения и на уровне домыслов хочу сказать, что, следуя той же логике, если потерпевшая погибла от переохлаждения, то с трудом верится, будто мой подзащитный никем не замеченный сначала покинул место аварии, а потом у него взыграли какие-то чувства и он через полтора часа вернулся… Плохо представляю себе эту картину.

— К свидетелю вопросы ещё есть? — прервал словесную перепалку защиты и обвинения судья.

— Спасибо. У меня больше вопросов к свидетелю нет, — ответил адвокат.

— Хорошо. Обвинение? Нет. Свидетель, вы можете остаться. Прошу занять место в зале.

— Приглашается свидетель обвинения, — продолжил вести заседание судья. — Шелестов Илья Степанович — мастер станции технического обслуживания автомобилей.

— Вам знаком обвиняемый? — задал вопрос судья.

— Да, ваша честь.

— Пожалуйста, сторона обвинения, ваши вопросы.

— Свидетель, расскажите, что вы знаете об автомобиле обвиняемого, на котором было совершено преступление?

— Протестую, — сказал адвокат. — Этот факт не установлен.

— Протест принят. Вопрос снят.

— Хорошо, — сказал прокурор. — Свидетель, расскажите, что вы знаете об автомобиле обвиняемого, на котором была доставлена потерпевшая в больницу.

— Тринадцатого числа обвиняемый доставил на нашу станцию автомобиль для ремонта.

— Расскажите о характере неисправностей этого автомобиля, — попросил прокурор.

— Было помято правое переднее крыло и разбита фара.

— Могли ли такие дефекты возникнуть в результате наезда на пешехода?

— Я не эксперт, — замялся мастер станции техобслуживания. — Думаю, такое могло произойти в результате…

— Протестую! — вновь подал голос адвокат. — Суду нужны только факты.

— Протест принят.

— Свидетель, — сказал прокурор, — как быстро вы устранили эти дефекты?

— В течение двух дней.

— Вы всегда так оперативно работаете?

— Нет. Пришлось остаться на сверхурочные.

— От чего такая щедрость и забота?

— Обвиняемый очень спешил, обещал заплатить за скорость. А кому сейчас деньги не нужны? Вот мы и согласились…

— Подсудимый, встаньте, — сказал судья. — Что вы можете пояснить по этому поводу?

— Ваша честь, машину помяла моя жена, заезжая в гараж. Водительские права она получила недавно, и у неё ещё нет должного опыта. Поскольку виновником мы были сами, то никого не вызывали для фиксации факта аварии, а дефекты решили устранить на станции техобслуживания.

— Ваша честь, — встал адвокат. — В деле страница двести двадцатая есть показания свидетелей о том, что данные дефекты возникли гораздо раньше, чем совершённое происшествие.

— Ваша честь, — поднялся прокурор, — не отрицаю сказанного защитой, но это не исключает совершения наезда именно обвиняемым. Если верить показаниям, о которых говорит адвокат, то почему-то больше месяца машина не ремонтировалась, а вот после происшествия очень срочно потребовалось устранить следы преступления… простите, происшествия. А поскольку тем самым были скрыты любые следы, то экспертиза на предмет причастности именно этого автомобиля к случившемуся стала невозможной.