Улей - Фрейм Соня - Страница 59

Перед глазами всплыло последнее воспоминание: Фидель отклонилась назад под неестественным углом, а белки глаз странно засветились…

Нико утер рот и, стараясь не глядеть в сторону тел, подошел к одному из мониторов. Сквозь кровь на нем проглядывал интерактивный план тюрьмы. Они находились в отсеке U-B. Из отсека U-A они пришли. На уровне имелось еще два других отсека: U-C и U-D.

– Как думаешь, куда она могла пойти? – спросил Нико, брезгливо проводя пальцем по влажному экрану и увеличивая карту.

– Несложно догадаться, – пробормотал Саид, указывая на кровавые следы, ведущие к лифту неподалеку.

Не сговариваясь, они отправились к нему. Это был специальный лифт, который двигался исключительно по горизонтали, вдоль изолированных отсеков подвала. Картина внутри была схожей: кровавые следы ботинок и бурые отпечатки ладоней на серебряных кнопках. Судя по испачканной кнопке U-C, Фидель направилась туда.

– Зачем она пошла дальше? – недоуменно спросил Нико, поднимая испуганные глаза. – Что погнало ее наверх?

«Аппетит…» – некстати подумал Саид, но промолчал.

Лифт плавно тронулся и меньше чем за минуту доставил их в нужный отсек. Под мелодичный перезвон дверей они вышли в пустой белый коридор, почти идентичный тому, что оставили раньше.

Откуда-то доносился странный звук. Он уже был знако´м.

Низкое гортанное колебание… и чавканье.

– Стой тут, – тихо сказал Саид Нико, чувствуя, что его как младшенького надо защищать.

И почему-то тот даже послушался. Видно, ему стало совсем страшно.

Саид тоже боялся, но вперед гнало необъяснимое ощущение, что Фидель нужна помощь. Она нашлась за первым поворотом, припав к лицу какого-то мужчины в белом халате. Но на поцелуй это и близко не смахивало.

Значит, из нее неслось это жуткое, утробное урчание. Меньше всего она походила в этот момент на человека.

– Фидель… – осторожно начал он, – ты… как?

Голова поднялась. Глаза были белые, а изо рта торчало что-то, похожее на узкий хобот, с которого капала кровь. Внутри Саида все оборвалось.

Жила ли она в этом теле или уже… нет?

– Узнаешь меня? – зачем-то спросил он.

Фидель опустила ладони на пол и резко выгнула спину, начиная двигаться к нему с неестественной, угловатой пластикой. Белый хобот влажно стелился по полу.

– Фиде-е-ель…

Саид попятился. Рассудок подсказывал бежать от нее как от чумы, но нельзя было оставлять ее в этом состоянии. Сейчас в ней живет кто-то другой: не человек.

Опустившись на одно колено, он попытался поймать ее взгляд. Сложно было понять, видит она его или нет.

– Да вернись ты, – еле слышно сказал он, чувствуя отчаяние. – Посмотри на меня нормально!

Бежать было уже поздно.

Внезапно Фидель затормозила прямо перед его носом. Их разделяло расстояние меньше двух-трех сантиметров. Она начала неуклюже пятиться назад, точно передумывая… Она вела себя как большое разумное насекомое. Медленно ведьма оторвалась от пола и выпрямилась. Странный хобот стал уменьшаться, втянулся в рот, и она закашлялась. Зрачки выплыли из-под век с немного разной скоростью.

– Ты самоубийца, Саид. А если бы я не смогла ее удержать? – хрипло произнесла она.

– Ее?!

– Осу, ту тварь, что чуть нос тебе не отгрызла на Перекрестке. Пришлось впустить ее в себя, чтобы разделаться с этими. – Она небрежно махнула в сторону своей жертвы. – Это самый быстрый способ.

Он подошел к ней, уже будучи уверенным, что его не сожрут, и осторожно коснулся дрожащих плеч. Ее лицо было измазано кровью и еще бог знает чем…

Прав был Нико: крипотная дева, иначе не скажешь.

– Ты вообще откуда тут? – пробормотала она, потирая виски с нездоровым видом.

– Ты велела нам ждать и не пришла.

– А я велела? О, черт… не помню. От подселений краткосрочная память вылетает. Мне нужно найти Мирру. Она была тут только что и скормила мне своего ассистента, чтобы убежать…

Саид начал понимать, что у нее вообще нет связной стратегии. Все получило характер импульсивной импровизации, стоило ей столкнуться с медиумами. Войдя в раж, она напрочь забыла о компаньонах…

– Что ты вообще творишь?

Внего уткнулся уже знакомый угрюмый взгляд, в котором парадоксально дрожали испуганные блики.

– Да я только из-за Мирры здесь, – тем не менее грубо заявила она. – Она поехала к Королеве. Думает уйти… Идем со мной.

Фидель понеслась к лифту. Нико возрадовался было при виде нее, но она едва обратила на него внимание. Оставалось идти следом, потому что в одиночестве торчать в этих коридорах они не собирались.

– Ты убьешь Мирру, снимешь защиту и освободишь Королеву, так? – пытался понять Саид. – Тебе это точно надо? Давай поступим по-умному: сейчас мы можем найти компромат в этих лабораториях, забрать Винсента и уйти… А потом сделаем так, что Мирру посадят. Фидель! Фидель!..

Она не слушала. Мирра разозлила ее не на шутку, и эта ярость слепила. В таком состоянии ей было не до них и уж тем более не до их Винсента. Они возвращались в красный отсек.

Рут и Данила провели час с лишним в сыром туннеле, который обдал их всевозможными запахами, а еще именно на том месте, где они устроились, дул ужасный сквозняк. Он раз десять изучал карту, пытаясь понять, куда идти, но закорючки Клариссы были абсолютно бессмысленными в сравнении с объемным пространством, окружавшим их в данный момент.

Он думал о пророчестве Клариссы. Рыжая Фиделис Мэннак. Ее непокорная ученица, другая длань загадочных Господ… Здесь ли она? Они должны были прийти одновременно.

«Фидель, я тебя не знаю, но лучше бы тебе сделать, что ты должна. Мне такой груз на совести не нужен…» – мрачно думал он, нервно хрустя костяшками пальцев.

Спустя этот час, отведенный скорее на восстановление нервов, чем физических сил, они с Рут направились в беспроглядную неизвестность. Фонари выхватывали из темноты кирпич за кирпичом, а над головами вилась сложная система больших и маленьких труб. Иногда до них доносился шум бегущей по ним воды.

Через какое-то время они заметили в стене лестницу, ведущую наверх.

– Лезем здесь?

– Не знаю. Кларисса не говорила, где именно вылезать.

– Тупая корова, – выругалась Рут. – Вечно с ней так. Иди туда, не знаю, куда. Принеси то, не знаю, что. Господи, скорее бы уже закончить.

– Да мы только начали, – квело улыбнулся Данила. – Я не чувствую тут защиты. Так что пошли. Где бы мы ни вылезли, там будет теплее, я надеюсь.

По их договоренности, она двинулась первая. Люк был заперт снаружи, но ей не составило труда выбить его рукой. Данила полез следом, и вот уже оба стояли посреди темного коридора с тусклыми красными лампами. Видимость была плохая.

– Знаешь, мне кажется, это та же канализация, только с подсветкой, – пробормотала Рут.

И тут раздалось нечто.

Ни Данила, ни Рут не поняли, что это было. Они ошарашенно оглянулись и посмотрели друг на друга. Звук шел откуда-то из глубины и напоминал визг на частотах ультразвука. От него взрывались уши. С запозданием они прикрыли ушные раковины и с ужасом ждали, что последует дальше.

Но все стихло.

– Что это? – спросила она, отводя руки от головы.

На пальцах была кровь. Внутри черепа словно что-то дрожало и самостоятельно отстукивало ритм звуковых вибраций.

– Я бы сказал… что это крик, – ответил Данила.

На стенах начали появляться странные символы, в которых он безошибочно определил схожее начертание с теми, что были на первой двери. Только эти – свежие, яркие и очень мощные. Их энергия походила на пушечное ядро, готовое вот-вот выстрелить.

К их удивлению, на пути никто не попался. Это было хорошо для Рут: вышибать двери и вышибать людям мозги – две разные вещи, и ей не хотелось бы их смешивать.

Но в атмосфере вокруг застыло что-то странное. Это ощущал Данила. Он мог бы сказать, что эти уровни… вымерли. Он не чувствовал живой энергии. Остатки золотой пыльцы прилипли к стенам и указывали путь.