Развод. Вина Тирана (СИ) - Вирго Софи - Страница 23

Господи, как же все это сложно.

И сейчас решать что-либо очень тяжело. В мыслях такой сумбур, что самой себе хочется дать хороший подзатыльник, чтобы взяла себя в руки. Но все же решаю оставить бессмысленные попытки сосредоточиться на плане дальнейших действий. Толкового ничего не придумаю в таком состоянии. Только накручу себя еще больше.

Нужно успокоиться.

- Вдох, выдох, - говорю сама себе и делаю это, и так несколько раз по кругу.

В какой-то момент успокаиваюсь, тело перестает бить дрожь, начинаю чувствовать тепло воды. Организм прогревается, но и вода уже успела под остыть. Достаю руку. Красная. Перестаралась с температурой, но к счастью, не ожог.

Опускаю руку и закрываю глаза. Стараюсь ни о чем не думать, сосредотачиваюсь лишь на приятных ощущениях от воды и запаха в ванной. Вот просто лежу и вспоминаю, как выглядят цветы.

Картинки в подсознании сменяются одна за другой. Мысленно составляю различные букеты. Возможно, это и странно, но мне действительно помогает. Цветы всегда меня успокаивали. Они спасли меня в свое время, и вот сейчас, в очередной раз, протягивают руку помощи.

Вода уже начинает остывать. Тело, которому стало приятно в тепле, недовольно прохладой. Немного подтягиваюсь, выныривая из воды, и включаю воду. Хочу продлить ненадолго свое удовольствие, но едва открываю глаза, вскрикиваю от испуга.

- Господи! Когда ты зашел и когда ты вообще вернуться успел? – смотрю на сидящего на полу, около ванной, мужа, который любуется мной и не знаю, как на все это реагировать.

- Минут пятнадцать уже наблюдаю, как ты лежишь с закрытыми глазами. Хотел присоединиться, но подумал, что это плохая затея.

Открываю рот и чуть не закашливаюсь от вздоха.

Да, это очень была плохая мысль, и хорошо, что он от нее отказался, иначе бы много нового о себе услышал. Еще и мокрый бы оказался с ног до головы. Не пустила бы, не позволила и все. Для него эта лавочка прикрыта. Навсегда.

- Мог и не возвращаться. Возвращайся к ней. Зачем вернулся? Или это у тебя такая фишка в последнее время: говорить одно и делать другое? Знаешь, Эмир, прежде чем что-то говорить, что-то обещать, ты определись уже, что тебе в этой жизни нужно.

Надоело. Выплескиваю на него все, что так терзает душу, а этот мерзавец и рад.

- Ты знаешь, я не люблю все эти игры, не люблю ложь и фальшь. Не мучь меня. Раз мечешься между нами, выбирай ее, ведь если бы любил, то не изменил бы, не смотрел в сторону другую.

Но несмотря на радость, не нравятся ему мои слова, но не перебивает, дает сказать.

- В моей жизни появляются мужчины, они оказывают мне знаки внимания. Часть очень даже симпатична, - ох как кулаки от злости сжал и стиснул челюсть.

Ничего, полезно будет. Хватит уже молчать.

- Но они мне все не интересны. Я не обращаю на них внимания, они для меня никто. Понимаешь, никто? Мне плевать на их красивые слова, на ухаживания, я не позволяю им войти в мою жизнь, потому что они мне не интересны. У меня уже есть мужчина.

Смотрю на него и почему-то кажется, что он уже меня не слушает, но все равно продолжаю.

- А ты нет, ты позволил ей войти в свою жизнь, позволил в ней обосноваться, значит, испытываешь к ней чувства, а раз испытываешь, значит, не любишь меня. Хватит, прекрати лгать сам себе и не мучь меня.

Молчит. Долгую минуту смотрит, а выражение лица становится пугающе отрешенным. Он где-то там, в своих мыслях, решает, что мне ответить.

- Когда все это закончится, Снежан, ты обо всем узнаешь, и поймешь, как сильно заблуждалась.

Устало вздохнув, встает, коротко и нежно целует в губы.

- Не засиживайся, вода уже остыла, и подогревать ее новой порции не стоит. Еще превратишься в русалочку, уплывешь, гоняйся за тобой по морям и океанам. Спокойной ночи, родная, люблю тебя.

Не успеваю и слово ему сказать, как дверь за его спиной закрывается. Вот же подлец. Оставил за собой последнее слово.

Глава 15

Снежана

- Вот надо было тебе вчера сбежать? - подавая градусник, недовольно бурчит Эмир.

- Я не специально, кх-кх, - кашляя, отвечаю ему.

Не помогла мне теплая ванна. К утру меня начал бить дикий озноб, температура поднялась, горло красное и дерет нещадно. Кажется, я заболела по полной программе. Нет, я понимаю, что целиком и полностью это моя вина, не надо было так долго на улице быть с расстегнутой курткой, без шапки, без шарфа.

Я сама себя довела до такого состояния, но все же, не приди ко мне на работу, его любовница, не начни она мне угрожать, я бы не убежала вот так. Поэтому, винить только себя я не могу.

В последствиях – да, виновата, но в первопричине…

- Не упрямься, надо померить.

Беру градусник из рук мужа и засовываю его подмышку, сил практически нет. Надеюсь, муж засечет время. У меня сейчас почему-то даже в глазах резь, не могу сосредоточиться на том, сколько показывают настольные часы. Давно я так не болела. Да я вообще давно не болела.

Честно, я надеялась, что меня пронесет, но увы, не пронесло. К моему удивлению, Эмир только бурчит рядом, но при этом сам вызвался заботиться обо мне и детях, я не просила. Муж даже позвонил на работу и сказал, что в ближайшие дни его не будет.

Часть меня обрадовалась этой новости. Все же каждому из нас приятна забота, и когда любимый человек способен отменить все свои планы, лишь бы только позаботиться о тебе.

- Я вызвал врача, скоро приедет, -подавая стакан теплой воды, говорит и садится, помогая мне приподняться.

Я впервые в таком состоянии, что сил нет для того, чтобы поднять стакан воды, и не ожидала, что муж протянет руку помощи. Он же мужчина. Мне казалось для них это против правил. Ошиблась.

Как он мне сказал полчаса назад: «Забота о своей женщине – не позор». Думала шутит, или ограничится только тем, что принесет что-то по моей просьбе, а на деле вон, ухаживает.

И все же, эта забота перечеркивается вызовом врача. Сказала же, не надо.

- Эмир, зачем ты это сделал? Мне не нужен врач. Это банальная простуда, - начинаю возмущаться, на что он недовольно машет головой.

- Снежан, ты выглядишь очень плохо. Я же не в больницу тебя отправляю. Пусть врач приедет, назначит лекарства и послушает тебя. А если это воспаление легких? Не веди себя как глупый ребенок. Я не шучу. Будешь сопротивляться и продолжать говорить свою великую фразу, что «само пройдет», я тебя спеленаю, как маленькую, и буду с ложечки кормить, пока не выздоровеешь. Лучше лечись добровольно.

- Опять этот твой тиранский тон. Бесишь.

Выпив воду, ложусь и накрываюсь до подбородка одеялом и поправляю градусник. Похоже, мне действительно плохо, раз согласилась сначала померить температуру, параллельно с этим дергаться и пить воду. Но все равно, врачи - это лишнее.

Мне всего лишь нужно отдохнуть. Два-три дня, ломка пройдет и все наладится, а врач по-любому пропишет противовирусные, антибиотики и кучу всякой гадости химической. Да, я не очень положительно отношусь к лекарствам, но разве кто-то будет меня спрашивать?

Не интересно это никому, и не нужно. Боюсь я все эти противопоказания. Точнее, побочные действия.

Нет, точно надо поспать. Мысли путаются, сама себя не понимаю, это не есть хорошо. Но все же мне холодно под этим одеялом, а оно очень толстое и теплое. Даже страшно представить, какая там температура. Наверное, жаропонижающее сейчас приму, но на этом все.

- Ничего страшного, потерпишь. Ты сейчас ведешь себя хуже ребенка. Даже я так себя не веду, когда болею, гордо заявляет, а я сразу вспоминаю тот случай, когда у него были те самые тридцать семь и два.

Знаете, в интернете бродит одна картинка про эту температуру. Завесьте шторы, молчите, надевайте траурные одежды, у мужа тридцать семь и два. Сейчас не процитирую, но это очень смешно. Он за все наши годы в браке, болел три раза. И три раза у него была именно эта температура. Поэтому, не ему мне говорить про вредничает.