Развод. Вина Тирана (СИ) - Вирго Софи - Страница 33

Вот только Эмир со мной не согласен, он хватает меня за плечи и не дает никуда уйти. Муж держит на месте и думает, чтобы ему такого сказать. Но сегодня, наверное, не самый удачный день для разговоров, потому что я на любую фразу отвечу негативом.

Алевтина испортила этот день, она испортила мое настроение, она перечеркнула все старания на пути к восстановлению. Возможно, я придираюсь и на самом деле ничего страшного не произошло, но глупому сердцу не прикажешь.

- Это из-за нее, да? Снежан, она для меня ничего не значит, мне абсолютно все равно на нее, запомни, это. Для меня есть только ты, только ты важна, и больше никто. Ты моя женщина, ты мать моих детей, и больше я не собираюсь тебе это повторять.

На фоне его измены слова кажутся издевкой.

- Понимаю, женщины любят не только поступки, им важно еще слышать все эти красивые слова, но может быть, я и поступил как сволочь. Но исправлять это я буду не словами, а поступками. Словами я потом после действий тебе все объясню.

Молчу, потому что ничего не понимаю, да и не хочу продолжать. Чего-то хочет, что-то будет делать, абстрактные слова, в которых нет никакой конкретики, мне не нужны пустые слова, громкие речи, пустые обещания.

Для меня было важно то, с какой легкостью он взял мои обязанности на себя, как он заботился обо мне во время болезни, справлялся с делами в салоне, это поступки, это то, что говорит больше других слов. Но все его действия сейчас, после появления Алевтины в очередной раз, кажется издевкой какой-то.

- В молчанку решила поиграть? Ну хорошо, может, это даже и к лучшему, - хочу возмутиться, слова уже практически срываются с губ, но потом все же решаюсь промолчать.

Это ведь была провокация, а я на провокации не поведусь, не должна, во всяком случае. Поэтому, пока гордо побеждаю в этой маленькой схватке. Пусть что хочет, делает. Хоть еще раз целует. Не дождется от меня никаких слов.

- Значит, так, утром я оставлю часы в прихожей. Ты должна будешь в ближайшие дни носить именно их. Неважно, дома будешь или в салон поедешь, за детьми, они всегда должны быть на тебе. Не снимай их, пока не разрешу иного. Это моя просьба, приказ, пожелание, не важно.

Вот это красноречие, и главное – на другую тему. Я думала продолжит убеждать в любви, а не это.

- Считай, как хочешь, называй, как хочешь, но носи их. Насчет угроз я тебя услышал. Приставлю к тебе второго человека, больше не могу, иначе это привлечет много ненужного внимания. Мне сейчас это не на руку. С Алевтиной я разберусь, осталось совсем немного. Не волнуйся, этот кошмар вот-вот закончится.

Эмир говорит вроде бы спокойно, но почему-то мне кажется, что все совсем не так просто, как ему кажется на первый взгляд. Хочу спросить у него, что происходит, зачем все это, но это ведь шаг на сближение.

А я не должна его делать. Вдруг он снова не расскажет, вдруг снова отмахнется? Я не хочу унижаться еще раз.

- Я знаю, как тебе больно, сейчас. Знаю, Снеж. Но однажды ты поймешь, что мне сейчас намного больнее.

Глава 22

Эмир

- Ааааа, - с рыком бью кулаком в стену, и так раз за разом, пока не сбиваю костяшки в кровь.

Как же меня все это достало. Как же меня все это раздражает. Не могу поверить, что все так получилось. Я ожидал, что будут неприятности, но не такие. И этот взгляд Снежки. Мне кажется то, как она на меня вчера смотрела, навсегда въелось на подкорку. Я не смогу забыть это.

Почему она так со мной? Да, я понимаю, вся эта ситуация выглядит ужасно со стороны, но она даже не пытается, не пытается меня понять, она уперлась рогом, ее не сдвинешь. Она всегда была терпеливой, могла дождаться, что изменилось сейчас, почему сейчас она ведет себя как истеричка?

- Хватит, Эмир. Хватит, я тебе говорю, прекрати, это, - брат хватает меня за руки и оттаскивает от стены. - Ты решил себе перелом обеспечить? Совсем с ума сошел.

- Пусти меня, пусти, говорю, - пытаюсь вырваться, но мы с Арданом в равных положениях всегда дрались.

С детства до последнего, пока нас кто-то не разнимал, не унимались. Мы не уступаем друг другу ни в чем. И сейчас он понимает, сможет удержать до тех пор, пока я не обессилю.

- Сначала успокойся, я не хочу, чтобы ты пострадал. Ты можешь нам объяснить, что случилось? Какого черта ты такой психованный? Хочешь, чтобы все провалилось? Хочешь, чтобы весь план пошел коту под хвост? Нет, дорогой мой, мы не зря столько сил и времени на это потратили. Рассказывай уже, что произошло.

Ничего не говорю, делаю еще несколько попыток вырваться, но потом сдаюсь. Все это бессмысленно. Дергаю плечами, и он все понимает, отпускает. Иду к дивану и плюхаюсь на него. Руку начинает саднить от боли, я даже чувствую, как ее трясет. Вытягиваю ее перед собой.

- Да, вид не самый шикарный, - бурчу себе под нос.

- Держи. Помочь? - поставив передо мной аптечку, спрашивает Руслан. Киваю ему, что мне ничего не нужно. - Друг, слушай, я согласен с Арданом. Что произошло, что тебя так вывело из себя? Ты нужен нам в адекватном состоянии, на тебе все держится.

- Я просто не понимаю, - беру из аптечки перекись и, открыв флакон, лью жидкость на рану.

Брат и друг смотрят на меня непонимающе, они ждут продолжения, а я терплю боль в ранах и смотрю, как жидкость пузырится, образовывая пену. Как же это паршиво, когда физическая боль не притупляет душевную. Иронично, колошматил стену для того, чтобы хоть немного унять эту разрывающую душу боль, а не вышло.

- Просто Снежана думает, что больно только ей, но она не понимает, каково мне сейчас. Ей кажется, что все так просто очевидно, а на самом деле меня наизнанку выворачивает, меня тошнит от самого себя за то, что я позволил Алевтине к себе прикасаться, за то, что запятнал нашу семью.

Растираю лицо ладонями, пытаясь хоть немного сбросить напряжение.

- Она не понимает, что это было сделано не ради удовольствия, а ради безопасности. И она не понимает, насколько сложно молчать. Она не понимает, насколько это тяжело - самому нести груз ответственности. Да, я молчал и не рассказал бы ей, не застукай она нас тогда в школе, потому что это только моя ноша, это только мой груз.

Жаль судьба не позволила этому грузу осесть только на моих плечах.

- Я не собирался перекидывать его на нее. Не знаю, может быть, я, конечно, и не прав, но разве правильно рассказывать об этом жене? Измена была, да, этого никуда не деть. Но если бы она о ней не узнала, это я бы каждый день чувствовал себя мерзавцем, глядя в счастливые глаза жены. Я бы чувствовал себя редким козлом, каждый раз обнимая и целуя ее.

Говорю чистую правду. Мне было не по себе все это время. В тот день Алевтина впервые ко мне прикоснулась вот так, но это не значит, что мне было не стыдно перед Снежкой.

- Да я бы научился жить с этим чувством вины, сумел бы его заглушить, но все равно каждый день, глядя на нее, я бы вспоминал этот кошмар и не знал, как искупить свою вину перед ней. А сейчас я чувствую больше вины за то, что она узнала, потому что ей теперь решать, принять все это или нет, простить меня или нет.

Почему все так сложно? Почему все должно быть так сложно?

- И неважно, какое решение она примет. Теперь еще и она будет всю жизнь жить с вопросом «а что, если бы я от него ушла, получилось бы у меня стать более счастливой?», в случае останься она со мной. А если бы ушла, то с вопросом «если бы осталась, что тогда?».

Бедная моя девочка. Она и сейчас ими мучится, но потом они будут сжирать ее сильнее, если мы со всем не разберемся. И даже сделай мы это, не факт, что она никогда не задастся этим чертовым «а что если бы?»

- Теперь ее тоже будут мучить вопросы, и она не понимает, что я хотел от них ее огородить, потому что жить в постоянном сомнении - это очень тяжело. Я мужик, я сильнее. И это я должен страдать, не она. А теперь все иначе. Но, она думает, что мне сейчас легко. Я не понимаю, как ей все это объяснить, она не хочет меня слушать, она отказывается меня слышать.