Месть. Не стоило мне изменять (СИ) - Вирго Софи - Страница 12

Я не отвечаю. Просто стою, чувствуя, как его сердце бьется под тонкой тканью рубашки. Оно бьется ровно, спокойно, он не волнуется, не переживает. И правда, зачем волноваться? Ведь это всего лишь спектакль.

Сегодня он в последний раз обнимет меня во лжи.

Сегодня я нанесу первый удар.

Глава 14

Глава 14

Вероника

Летнее солнце заливает город теплом и светом, а в моей машине царит ледяная тишина, будто я заперла внутри все звуки, все крики, что рвутся из горла. Кондиционер гудит едва слышно, но холодный воздух не может заглушить жар, разливающийся под кожей.

Пальцы сжимают руль так крепко, что суставы побелели, а в груди бушует ураган противоречивых чувств. Ярость, смешанная с горьким удовлетворением, будто я уже вижу их лица, их страх.

Навигатор показывает еще пятнадцать минут до ресторана "Белла Вита", того самого, где когда-то Олег, опустившись на одно колено, дрожащими пальцами открыл бархатную коробочку с кольцом. Теперь он там с другой.

Сообщение от Сони всплывает на экране телефона внезапно, словно змея, выползающая из темноты.

"Придем на интервью с моим мужчиной. Будет интересно!"

Кровь стучит в висках так громко, что кажется, ее не заглушает шум двигателя. Губы сами собой растягиваются в оскале, обнажая зубы, будто я и правда готова вцепиться в горло Соне.

"Мой мужчина"

Эти два слова обжигают сильнее, чем полуденное солнце, оставляя на сердце след, как от раскаленного железа. Как будто она уже поставила на нем штамп, как будто он вещь, которую можно забрать, просто подсунув бумаги с подписями, те самые, что он сам же мне и вручил.

- Интересно будет, да. Я вам это гарантирую, голубки, - рычу, резко перестраиваясь в другой ряд, и машина рядом сигналит, но мне плевать. На всех плевать, на этот город, на эти улицы, на их притворные улыбки.

Я не позволю им сделать из себя жертву. Они ошиблись, если думают, что я буду тихо страдать, прячась по углам, глотая слезы. Нет. Сегодня я хищник, а они - моя добыча. Хищники никогда не плачут. Никогда.

И к счастью, утонуть в этом раздражении, в этой ненависти, не дает звонок. Альбина.

Подруга, которую я попросила помочь, звонит, словно почувствовала, как я готова разорвать всех вокруг на куски.

- Они здесь, - ее голос звучит возбужденно, с легкой дрожью, будто она сама не верит в эту наглость. - Твой муж и эта… девочка. Мило целуются за столиком.

Кажется, я ошиблась, она меня не успокоит сейчас, а скорее еще сильнее распалит. Понимаю, что сама попросила ее следить за ними, но сейчас ее слова, как спичка, брошенная в бак с бензином.

- Я все снимаю, - продолжает Альбина, и в ее голосе слышится азарт, будто она участвует в охоте. - Адвокату пригодится. Но ты там поторопись, они как-то мало всего заказали, как бы не ушли скоро.

- Спасибо, - благодарю ее, ускоряясь, но я в городе, а не на гоночной трассе, и мне приходится сжимать зубы, пропуская пешеходов, тормозя на светофорах. - Мне ехать еще минут десять. Если что, даже если уйдут, подожди меня.

Сбрасываю вызов, и остаток пути проезжаю на автопилоте. Дорога, светофоры, пешеходы, все сливается в одно пятно, будто мир вокруг нарочно размыт, чтобы я видела только одну цель. В голове только одна мысль, короткая и ясная: удачи, Олег, тебе она понадобится.

Может, это и глупо смотрится со стороны, желать ему удачи, но я настолько зла сейчас, что не завидую ему. Он серьезно попал, и я так просто его не отпущу.

И вот я паркуюсь у ресторана.

Зеркальная вывеска «Белла Вита» отражает мое искаженное отражение, будто напоминая: не первый раз по значимому поводу эти двери распахнутся для меня.

Поправляю юбку, проверяю, включен ли диктофон на телефоне, и иду внутрь, чувствуя, как сердце бьется ровно. То, что Альбина снимет видео, это хорошо, но мне нужно больше громкое, четкое аудио, где каждое их слово будет звучать как признание.

В ресторане пахнет дорогими духами, трюфелями и предательством. Воздух густой, пропитанный ароматом дорогого вина и притворной нежностью. Официант у входа улыбается, узнавая меня, но я прохожу мимо, даже не кивнув, мне не до него, не до этих светских условностей.

Я нахожу их сразу. Они сидят у окна, залитые мягким светом, будто герои романтической сцены. Олег в своем любимом сером костюме. Соня в розовом платье с глубоким вырезом, ее волосы уложены в сложную прическу, а на губах слишком яркая помада, словно она пытается компенсировать отсутствие вкуса.

Она подносит ко рту вилку с салатом, когда я подхожу к их столику, и я вижу, как ее пальцы дрожат.

- Привет, - спокойно говорю, понимая, что только что перевернула песочные часы, и до взрыва осталось совсем немного. - Олег, Соня, - специально называю их имена, четко, громко, чтобы микрофон уловил каждый звук.

Соня, поняв, кто перед ней, давится своим салатом. Буквально давится, ее лицо краснеет, глаза расширяются, и она хватается за грудь, кашляя так, будто пытается выплюнуть собственную ложь. Я хлопаю ее по спине, нежно, с фальшивой заботой. Она мне пока нужна живой.

Олег же просто замирает, глядя на нас, и выражение его лица настоящий шедевр.

Шок. Ужас. Стыд.

Сразу столько чувств смешалось в одном взгляде, будто он только что осознал, что игра закончилась.

- Вероника? Что ты тут делаешь? - наконец выдавливает он из себя, и я хочу рассмеяться, но вместо этого улыбаюсь. Широко. Искренне.

- Да так, хотела с тобой поговорить, все же утром поссорились, позвонила твоей секретарше, узнала, что у тебя деловой обед и решила составить компанию, - вру, чтобы не выдать свой маленький секрет с отслеживанием геолокации. - Так вот какой у тебя деловой партнер? - делаю паузу, наслаждаясь тем, как он бледнеет. - Я не знала, что у нас любовниц так называют.

Глава 15

Глава 15

Вероника

Ресторанный шум вокруг внезапно глохнет, будто кто-то выдернул шнур из розетки, выключив телевизор. В ушах слышно только собственное сердцебиение, ровное, на удивление спокойное, как у хищницы перед прыжком.

Я держу взгляд на Олеге, наблюдая, как его лицо проходит через всю гамму эмоций, от шока до попытки взять себя в руки. Его глаза бегают, губы подрагивают, а пальцы нервно барабанят по скатерти, оставляя едва заметные морщины на белоснежной ткани.

В воздухе витает запах дорогого парфюма Сони, смешанный с ароматом поданных блюд, но все это кажется мне отвратительным, как прогорклое масло.

Олег открывает рот, потом закрывает, затем снова открывает. Губы дрожат, как будто он пытается подобрать слова, но они все оказываются не теми. В его взгляде читается паника, ведь он не может придумать, как бы соврать по убедительнее, как бы выкрутиться из этой ситуации. Я вижу, как капля пота медленно сползает по его виску, несмотря на прохладу в зале.

- Вероника... - наконец выдавливает он, и голос у него хриплый, будто он только что пробежал марафон. - Это не... То есть...

- Да? - наклоняю голову, делая вид, что искренне жду продолжения. Внутри разливается ледяное спокойствие от удовлетворения увиденным. Я знаю, что он скажет, и это даже забавно. – Что, это не то о чем я думаю, и ты с ней не спишь?

Олег кашляет в кулак, отводит взгляд на Соню, которая сидит, сжавшись, будто пытается стать меньше, и мне смешно, где же та самоуверенная девка, как в первую встречу? Не ожидала меня сейчас увидеть и сразу стушевалась? Ее пальцы судорожно сжимают салфетку, превращая ее в комок бумаги, а ярко накрашенные губы подрагивают.

- Соня мой деловой партнер, Вероник, - наконец выпаливает он, и слова звучат настолько фальшиво, что даже официант у соседнего стола на секунду замирает с подносом в руках. – Соня, простите, вышло недоразумение. Жена ревнует сильно, любит, боится потерять.