Отпуск с бывшим - Белова Дарья - Страница 8

– Вас записывать в список участников?

– Разумеется, – спешу ответить.

– Мы подумаем, – спешит перебить бывший.

Наши взгляды с ним сталкиваются.

Боже, как я раньше могла любить это напыщенное, самодовольное чудовище?! Снова обещаю себе сделать заметку в блокноте.

Мужчина, приветственно кивнув, уходит, а я глазами проедаю своего «мужа».

– Что-то сказать хочешь? Предложить? – Даня откинулся на спинку и вытянул ноги.

Он в спортивных шортах для купания и легкой хлопковой футболке. Человек реально в отпуске, и он расслаблен. В отличие от меня.

– Нам нужно принять участие, – утверждаю, а не спрашиваю.

Даня медленно вздыхает, специально тянет время, смахивая несуществующие пылинки с шорт. Оливковые глаза наполняются сочной, ядовитой зеленью.

– Нам? Мне – нет.

– Пожалуйста.

– Я могу пойти тебе навстречу, если ты…

С рычанием закатываю глаза. Ему неинтересны призы? Конечно же нет, Ольховская!

– Если я…

– Сделаешь мне массаж ног. Разомнешь каждый пальчик, смажешь маслицем… Экскурсия по городу довольно утомительное занятие.

Язык сводит от наглости бывшего, и я не могу вымолвить и слова. Только представляю, как вырываю эти самые пальцы.

Меня сносит волной злости и… Беспомощности.

– Не дождешься, Краевский.

– Ну на нет, как говорится, и суда нет. Советую поторопиться, экскурсия начнется через двадцать пять минут.

Даня уходит первым, оставляя меня в одиночестве бороться с раздражением в каждой вдохе.

– Извините, могу узнать, какие именно будут призы? – подбегаю к тому мужчине у выхода из ресторана.

– Призы предоставляют наши спонсоры. Пока мы не знаем, что именно, но в прошлом году были наборы люксовой косметики, сертификаты на крупную сумму в магазины брендовой одежды и даже автомобиль.

– Автомоби-иль?

Нет, я такая же, как и она – Хромова Эвелина. Готова продаться за какой-то брендовый шелковый платок. Ведь вместо того, что идти переодеваться на экскурсию, я спрашиваю о призах. И да, я правда рассматриваю вариант с массажем. В конце концом, это какой-то там бывший. Я делала ему вещи и похуже. Например…

– Так вас записывать? Ваш муж сказал, что нужно подумать.

– Записывайте обязательно. Мужа я беру на себя.

Придя в каюту, надеваю белое платье с широкой юбкой и открытыми плечами и беру соломенную шляпу. Сумку перекидываю через плечо и выхожу. Краевского поблизости нигде нет. Надеюсь, он все же сиганул с палубы. Хотя… Теперь-то он мне нужен, чтобы выиграть автомобиль.

Схожу по длинному трапу и осматриваюсь. Bonjour, Marseille.

Глава 12. Василина

День 1.

Я должна думать о Марселе. Ведь этот город прекрасен.

Но мои мысли бегут только к одному – массажу ног.

И какой к черту Марсель?

Заметка: купить марсельского мыла ручной работы. Мне и Айке!

(первая запись в блокноте)

Хлопковое платье развевается на ветру. Шляпа рискует слететь с головы. Солнце жарит нещадно, а у меня вылетело из головы намазать плечи и нос солнцезащитным кремом.

– Всех приветствую во втором по величине городу Франции, важнейшем порту страны и административном центре региона Прованс-Альпы-Лазурный берег.

Экскурсовод поправляет солнечные очки в черной круглой оправе и вращает белым кружевным зонтиком, которым прикрывает свое очень загоревшее лицо от солнца. Ее легкий акцент вызывает улыбку. А балетки от «Chanel» легкую зависть.

Я достаю свой блокнотик и карандаш и опускаю глаза на единственную запись, которую сделала несколько минут назад.

– Ты что будешь все записывать? – шепот гремит над ухом как первомайская гроза, но сейчас июнь.

Пугаюсь и чуть было не роняю свои записи.

– В отличие от некоторых я хочу впитать в себя историю и атмосферу этого чудесного города.

Крик чаек раздается прямо над нашими головами.

– Я думал, впитывают атмосферу города через прогулки, вино и секс с открытым окном.

Медленно веду взгляд по старой брусчатке к Краевскому. Он в тех же шортах и футболке. Только на голове шляпа мафиози, а на глазах дорогие «Ray Ban».

Ему явно не хватает сигары в зубах.

– Могу помочь впитать, – говорит так же шепотом и на ухо.

Никакое солнце не спасает от мурашек. Интимно как-то вышло, я даже забыла свой колкий ответ. Поэтому отворачиваюсь и иду за нашим экскурсоводом и ее белым зонтиком. Даниил отстает, тем самым вызывает во мне смешанные чувства.

В воздухе пахнет специями и свежей рыбой из-за близости гавани.

Идя по узким улочкам, невольно представляешь, как и правда гуляешь с любовью всей свой жизни и обсуждаешь планы на вечер. Сердце напитывается тоской и странной благодарностью.

Я то и дело оборачиваюсь, ища глазами Краевского. Не то, чтобы переживаю или, прости меня Господи, соскучилась. Скорее, это выходит еще рефлекторно. Пять лет вместе дают о себе знать. И когда он вдруг снова нарисовался и вещает что-то про секс с открытым окном и массаж его ступней, мысли о бывшем вонзаются в мой мозг, как бы я ни противилась.

Еще и романтика эта вокруг: цветы, поцелуи, французская речь, кофе и пицца, лето… Терракотовые крыши, разноцветные ставни и лазурные волны придают месту неповторимого шарма.

Главное, снова не влюбиться. Воздух здесь просто напичкан феромонами!

– Дорогие гости, мы сейчас с вами находимся у Базилики Нотр-Дам-де-ла-Гард. С этого холма легко было заметить приближение неприятелей, а Золотая статуя Девы-Хранительницы на звоннице храма служит маяком для морских кораблей, – голос нашего экскурсовода журчит песенкой.

– Пф-ф, жара… – а голос бывшего как пущенные со скалы камни. Так же не вовремя, и с таким же ущербом. – Ты взяла воду?

Наглый! Наглый бывший!

– Взяла.

– Угостишь?

– С чего бы это? Забыл? За пределами каюты мы чужие друг другу люди.

Сейчас даже спадает важность участия в конкурсе, которым Краевский может ловко манипулировать. Как оказалось, манипулятор из Даниила первоклассный.

Я делаю записи в своем блокноте и перерисовываю Базилику. Она и правда очень красивая. В общем, стараюсь не замечать назойливого типа, трущегося рядом.

Но и впрямь жарко.

– Я верну тебе деньги за бутылку воды.

Стреляю взглядом.

– Десять евро.

– Чего-о-о? Максимум два с половиной? На тебя уже действует аура этого города. Раньше здесь тоже обитали разбойники, пираты и грабители.

Протягиваю все же бутылку с водой, и Даня вырывает ее из рук, посмотрев с укором, когда его очки сползли на кончик носа.

– Спасибо, – возвращает почти пустую бутылку и улыбается Голливудской улыбкой.

– Еще кто разбойник, – шиплю. Базилика перестала мне нравиться, да и на рисунке она вышла кривой.

Нам разрешают подняться на смотровую площадку, где солнце уже печет, не щадя даже местных. Наш экскурсовод решает остаться в тени.

Мои плечи горят, будто их посыпали перцем, предварительно сняв тонкий слой верхней кожи. Не прикоснуться.

Но сделанные кадры того стоят. И вновь делаю маленькие зарисовки в блокноте. Вечером хочу дорисовать детали и раскрасить.

– Красиво, – говорит из-за плеча.

– Воду больше не дам, – отвечаю вместо спасибо.

– Держи, – протягивает запотевшую новую бутылку воды. И когда только успел?

Облизываю губы. На соленом ветру они иссушились намертво.

– Спасибо.

– Какое спасибо, Ольховская? Десять евро гони! – смеется заливисто и раздражающе.

– Два с половиной, – окидываю высокомерным взглядом.

– Идет.

Мы меняемся. И я понимаю, что у меня минус пять евро, вместо двух с половиной.

Хочу высказать все, что накипело, но Краевского уже нет.

Причем не только на смотровой площадке, но и в экскурсионной группе. Мы спускаемся в саму базилику, где я делаю еще пару зарисовок. На пару минут отвлекаюсь от наших стычек с бывшим.

Здесь прохладно и пахнет стариной и сухими красками.

После экскурсии по Базилике мы идем до Аббатства Сен-Виктор и катакомб. Температура воздуха к этому моменту достигает изнывающего пика. По мокрой спине то и дело скатываются капли пота, а открытая ключица блестит от влаги на солнце.