Развод. Сквозь боль и страх (СИ) - Вайт Ева - Страница 21

— Сомневаюсь, — рассмеялась я, — на мумии бинтов гораздо больше.

После завтрака мы вышли на улицу пить кофе, устроившись за чайным столиком.

— Яна, — голос Влада был серьезным и напряженным, — тебе нельзя здесь больше оставаться.

И он рассказал о погоне и об аварии, о том, как шел пешком через лес.

К концу повествования я поймала себя на том, что на нервах начала грызть ногти на руках. Ситуация сложилась очень неоднозначная и напряженная.

— Муж у тебя, конечно, чокнутый на всю голову, — поделился со мной Влад. — и как тебя угораздило выйти за него замуж?

— Меня особо и не спрашивали, — я пожала плечами.

— В смысле? — Влад ошарашенно посмотрел на меня

Настала моя очередь делиться с ним историей моей жизни и вынужденного замужества.

Мой отец депутат. На один из благотворительных вечеров, связанных то ли обустройством парка, то ли открытием досугового центра, папа с мамой взяли меня с собой. Младшая сестра осталась дома с няней.

Там я и познакомилась с Виктором, он был одним из инвесторов, перед которым все депутатское сообщество преклонялось, как перед Богом.

Мне он казался холодным, надменным и жестоким. Но, на мою беду, я привлекла его внимание.

И вот, спустя какое-то время, Виктор навестил нас сначала один раз, но потом его визиты стали постоянными.

Моих родителей всё чаще стали приглашать на разные вечера и собрания местной “аристократии”.

Они неизменно брали меня с собой. А я все недоумевала, зачем я нахожусь там. Но молча выполняла то, что говорят родители.

Первый раз я высказалась против и устроила своего рода бунт, когда они сказали мне, что я выхожу замуж за Сова Виктора, что это честь породниться с таким человеком. Что я должна быть счастлива.

Но я не была счастлива, я не понимала, почему должна выходить замуж за нелюбимого человека. И почему родители меня обрекают на это и вообще где это видано, чтобы в современном мире устраивали договорные браки?

Я закрылась в комнате и перестала есть, только Ника могла войти ко мне в комнату, но ей я ничего не рассказывала. Она ещё ребёнок, ей не понять.

И вот как раз на моей любви к сестре и сыграли родители. Однажды мать пришла ко мне в комнату и всё рассказала. Что отец под следствием, что его якобы подставили, и единственный шанс его спасти — это мое замужество.

“Ты же не хочешь, чтобы отца посадили, а нас пустили по миру с протянутой рукой, подумай о сестре.” — эти мамины слова до сих пор набатом звучат у меня в голове, когда я вспоминаю, с чего всё началось.

Так я вышла замуж за Виктора.

Я не смогла его полюбить, хотя поначалу он и пытался заботиться обо мне и быть нежным.

Но внешне Виктор всегда был холодным, требовательным, не терпящим никаких возражений.

Он не позволил мне устроиться на работу, и пришлось делать это втайне от него, так хоть у меня появились собственные деньги, которые я складывала на счёт.

Идеей фикс Виктора было получение наследника, которого я не смогла ему родить. И вот, после того, как моя врач предположила причину отсутствия беременности — мужское бесплодие, и я просто передала слова врача Виктору, все и началось.

В Виктора как будто бес вселился.

— А дальше ты знаешь, что произошло. — печально резюмировала я.

К моменту окончания рассказа, я уже сидела на коленях у Влада, положив голову ему на грудь, а он утешающе поглаживал меня по спине.

— Бедная моя девочка, я просто не представляю, что тебе пришлось пережить. Убил бы гада, но не хочется руки марать о такую мразь.

— И не надо! — вскинула голову и внимательно посмотрела в глаза Владу, в которых плескалась ярость и ненависть, но не по отношению ко мне, а к моему мужу. — Я очень жалею, что втянула тебя во всё это, а с другой стороны рада, что познакомилась с тобой. — потянулась к Владу и поцеловала его, он сразу же перехватил инициативу, и вот мы сидим на террасе и страстно целуемся.

В голове сразу появился туман, а в груди начало расти что-то теплое, перерастающее в настоящий пожар.

— Ты говорил, что мне нельзя здесь больше оставаться. — начала я ещё один важный разговор после того, как разорвала поцелуй. — Я даже не представляю, куда могу уехать. У тебя есть идеи?

— Да, я увезу тебя к маме, в соседний город. И у меня появилась идея, как избавиться от твоего мужа.

— Ты же не собираешься его убивать? — испуганно посмотрела на него.

— Не переживай, мое призвание — возвращать к жизни, а не наоборот.

— Красиво сказано, — улыбнулась я.

Какой же он всё-таки благородный, добрый, нежный и красивый!

Настоящий мужчина!

И хотелось бы, чтобы этот мужчина стал моим. Я верю в то, что он меня точно никогда не обидит и в обиду не даст.

Глава 27

Возле одного из домов деревни Зарянка остановился черный тонированный автомобиль и из него вышел представительный мужчина в черных классических брюках и белоснежной рубашке. Его глаза закрывали солнечные очки, от чего не было видно, с каким интересом он рассматривает небольшой деревенский домик и копошащуюся в полосаднике женщину. Которая при виде мужчины тут же выпрямилась, подошла к забору, но не стала выходить к нему за пределы своего двора, а прямо из-за забора поинтересовалась.

— Вы кого-то ищете?

Мужчина тут же натянул на лицо доброжелательную улыбку и, сняв очки, поприветствовал коренную жительницу деревни.

— Здравствуйте, уважаемая! А не подскажите ли, где я могу найти дом Владислава Костенко?

— Владика? А кто его спрашивает? — с подозрением прищурилась женщина.

— Мы учились вместе, — мужчина продолжал излучать доброжелательность. — но я потерял его контакт, хочу сделать ему выгодное предложение по работе.

— Ах, Вы тоже врач, как замечательно! — женщина сразу же улыбнулась и с нее мигом слетела вся подозрительность. — Он редко сюда приезжает, но Вам повезло, он недавно приезжал ко мне за домашним молочком и яичками, он всегда ко мне приходит, когда приезжает в деревню.

На лице мужчины проскользнуло раздражение, но он мигом его подавил, и вновь его лицо расплылось в располагающей улыбке.

— Как хорошо, я бы тоже не отказался от домашней продукции.

— Так я это, сейчас мигом принесу! — тут же засуетилась женщина.

— Пока не нужно, сначала с Владом переговорю. — и он, играючи, протянул женщине пятитысячную купюру. Глаза женщины расширились от удивления, но в них тут же появился алчный блеск и она мигом перехватила деньги и спрятала в карман.

— Да-да, конечно, его дом стоит на той стороне улицы, по диагонали от моего, вон тот. — и она указала пальцем на такой же, как у нее, одноэтажный домик, окруженный деревянным забором, окрашенным в синий цвет.

— Спасибо, Вы мне очень помогли, — мужчина натянул на лицо солнечные очки и, сев в машину, подъехал к указанному дому.

Но ему не повезло, на калитке висел огромный навесной замок, и как бы он ни пытался проникнуть на территорию дома, сделать это при свете дня оказалось невозможно. Тем более за ним по-прежнему из-за забора наблюдала соседка Владислава.

Тихо выругавшись, мужчина сел в машину и, резко ударив по газам, уехал, оставив за собой взметнувшееся облако пыли.

Яна

— Ты точно уверен, что твоя мама не будет против, если я свалюсь к ней как снег на голову? — Мы уже как час ехали по междугородней трассе.

— Точно, не переживай, — Влад перехватил мою ладонь, слегка сжал, а потом ласково погладил тыльную сторону ладони подушечкой большого пальца.

Из деревни мы выехали на такси, но предварительно Влад созвонился со своим другом и попросил предоставить ему в прокат машину. Когда мы подъехали к условленному месту, нас уже ждал друг Влада на автомобиле.

Мы пересели в машину Олега, так Влад представил мне своего друга. Олег что-то на последок шепнул Владу и пожав ему руку, уехал обратно в город на такси.

— Если хочешь, поспи, нам еще около часа ехать.