Голос Вессема - Сандет Теа - Страница 15

– Когда вам нужно там оказаться? ― спросила я парней.

Они переглянулись. Опять. Да сколько можно-то?

– Через две недели, ― ответил Теодор. ― Плюс-минус.

– Значит, выходим десятого, ― подвела я итог встречи. ― Это хорошо. Как раз обещают потепление.

Глава 6

С ПОТЕПЛЕНИЕМ НАС ОБМАНУЛИ ― холод стоял собачий, даже для середины октября это было чересчур. Я натянула под рабочие штаны шерстяные рейтузы и все равно мерзла.

На место встречи мы добрались еще затемно. Светало, с неба начал сыпаться мелкий дождик. Деревья стояли голые и неподвижные. Хотелось домой, но денег хотелось больше. Через пару дней после встречи в «Картошке» начальство сообщило нам, что пришло время прощаться, а новую работу пока нашла только я, да и то лишь на два дня в неделю ― мыла квартиры каких-то мажоров из Промзоны.

Теодор и Марко появились через час. В одинаковых защитного цвета комбинезонах, одинаковых респираторах и с одинаковыми рюкзаками. Я уже ждала, когда они начнут переглядываться.

– Ну что, идем? ― сказал Марко вместо приветствия, пытаясь за бодростью скрыть нервозность.

Мы поднялись.

– Сигналы помните? ― спросила я. За шиворотом уже было полно воды, и меня тянуло поиздеваться. ― Стоп. Тихо. Опасно. Безопасно. Продолжать движение. Бежать. Повторите, чтобы я видела, что запомнили.

Они послушно повторили. Умнички.

– Теперь идем? ― нетерпеливо спросил Марко.

«Идем», ― скомандовал Коди.

Я не стала переводить.

Добирались мы как в прошлый раз ― забравшись в товарный вагон. Нико сказал нам, где спрыгнуть, и мы спрыгнули, почти удачно, только я ногу подвернула. У кромки леса я сверилась с картой и махнула всем рукой, задавая направление.

Очень быстро я поняла, что за двенадцать часов нам не дойти. Мы постоянно увязали в грязи, натыкались на заболоченные озера, которых раньше тут не было, приходилось останавливаться и искать обходной путь.

Я сунула в ухо наушник, и теперь тихий голос Нико подсказывал мне, что делать, хотя толку от этих подсказок зачастую не было. Но направление мы держали нужное, и на том спасибо.

Под вечер мы наткнулись на остатки асфальтированной дороги и обрадовались. Наверняка это старая дорога до Вессема, взамен которой потом построили новую, обходную на северо-восток, сейчас дойдем как по бульвару. Покрытие было сплошь в трещинах, из них росли деревья, трава и папоротники, кое-где асфальт был взломан корнями, и мы их перешагивали и шли дальше. Я даже поверила, что к ночи мы будем в городе, когда лес внезапно расступился и мы вышли к мосту.

Бывшему мосту. Потому что на самом деле мост давно обрушился, остались только опоры и метров пятьдесят собственно моста, а под ним, далеко внизу, текла река. Я выругалась сквозь зубы. Нужно было снова искать обходной путь. Почему Нико ведет нас этим маршрутом? В прошлый раз было проще. Шли себе по лесу, никаких мостов.

Но да, будь мост целым, дорога оказалась бы короче на несколько часов.

Я дошла до края и глянула вниз. Постояла, сплюнула. Коди со мной не пошел, усевшись на перегородившее дорогу поваленное дерево, а Теодор и Марко увязались следом и теперь тоже стояли и пялились на реку.

– Вот бы селфи сделать, ― с энтузиазмом сказал Марко, глядя на склон, поросший елками.

Я не стала комментировать это заявление.

– Выглядит так, будто его взорвали, ― заметил Теодор, разглядывая противоположный кусок моста.

Я пожала плечами. Его, может, еще в Гражданскую взорвали, что теперь?

– Нико, ― тихо сказала я, когда Теодор и Марко пошли обратно, ― моста нет. В смысле, мост обрушился, не перебраться. Мы пойдем вдоль реки, не удивляйся.

Мы вернулись и двинулись по краю обрыва. Рано или поздно где-нибудь будет или нормальный мост, или нормальный спуск. Ничего.

Через пару часов, когда обрыв сильно измельчал и превратился просто в склон, мы спустились и перешли реку ― глубина там была от силы по щиколотку. Стоя посередине реки и чувствуя, как вода омывает высокие армейские ботинки, я не удержалась и обернулась в ту сторону, где остался мост. Моста видно уже не было ― естественно.

Теперь Нико вел нас той же дорогой, которой мы ходили в первый раз. Еще через полчаса мы вышли из леса на довольно большое поле, сплошь заросшее зонтичными растениями. Мы остановились, ошарашенно глядя на огромные, метров пять в высоту, бурые стебли, на концах которых раскрывались такие же бурые мертвые цветы.

– Что за черт, ― пробормотал Марко.

Я впервые была с ним согласна. Пять лет назад здесь этого и в помине не было. Было просто поле, поросшее просто травой. Вон у того валуна мы делали привал, и Тенна уснула, и мы никак не могли ее разбудить, а потом Коди решил, что она притворяется, вылил ей на голову воду, и она страшно ругалась, а Эме смеялась, и Тенна на нее обиделась… А вот этого всего тут не было. Конечно, что здесь особенного ― ну выросли какие-то уроды, подумаешь, ― но идти вперед почему-то не хотелось.

– Может, обойдем? ― спросил Марко, и я встряхнулась.

– Страшно? ― ухмыльнулась я и хлопнула его по плечу. ― Не бойся, Сити, они тебя не укусят.

И первая двинулась вперед. Корявые ветки цеплялись за одежду. Подул ветер, и сверху стал доноситься тихий, мерзкий шорох, с которым сухие цветы терлись друг о друга. За спиной послышались шаги ― кто-то из парней пошел следом. Я обернулась и увидела, как Теодор и Марко старательно обходят уродливые стебли, стараясь их не касаться. Замыкал процессию жизнерадостно улыбающийся Коди.

«Все же жутковатое место», ― заметил он, догнав меня.

– Ну да, ― кивнула я. ― Не видела, чтоб они такие здоровые вырастали. К тому же эти штуки вроде ядовитые.

Мы наконец вошли в нормальный лес и остановились.

– Только на солнце, ― подал голос Теодор.

– А? ― обернулась я.

Теодор уже стоял за моей спиной, Марко все еще пытался перейти поле и не умереть. Выглядело это смешно.

– Мантегацци ядовиты только на солнце.

Чушь какая. Растение либо ядовито, либо нет, при чем тут солнце?

Задавать вопросов я, впрочем, не стала. Какая мне разница.

В лесу мы с Коди, не сговариваясь, решили пройти еще пару километров, прежде чем устроиться на ночевку.

Маршрут Нико вывел нас на поляну, окруженную корявыми елками, в паре километров от несуществующей военной базы, и Коди дал знак остановиться и ушел проверять окрестности. Я успела поставить палатку, когда он наконец вернулся.

– Ну что там? ― спросила я.

«Да ничего. ― Он поморщился. ― Грязь. Дошел почти до военных, у них тоже тихо».

– Ты не засветился?

«Нет. Посмотрел из кустов и ушел».

– Ладно. ― Я поморщилась. ― Так, костер не жечь! ― прикрикнула я на Марко, который пытался сложить нечто, напоминающее шалаш, из сырых веток. ― Дым будет виден даже в Гетто, ― пояснила я в ответ на его недоуменный взгляд. ― А тут военная база под боком.

Коди уже достал из рюкзака две банки консервов, открыл одну и протянул мне. Я принялась наворачивать холодные водоросли с крилем. Теодор и Марко последовали моему примеру, правда, в их банках было что-то другое. Мы молча поужинали и расползлись по палаткам. Некоторое время я еще слышала ворчание Марко, что он устал как собака, потом он угомонился, и теперь я прислушивалась к шорохам и потрескиванию ветвей. В походы мы ходили нечасто, но каждый раз мне казалось, что рядом с палаткой кто-то есть, и я долго не могла уснуть, вслушиваясь в ночные звуки и пытаясь различить в них шаги того, кто пришел к нашему лагерю.

Проснулись мы в несусветную рань, и утро порадовало нас густым туманом. Это хорошо, значит, сегодня будет не так холодно, хоть мы и вымокнем до костей. У меня еще со вчерашнего дня одежда не просохла.

– Туман, ― заметил Теодор обеспокоенно. ― Мы не заблудимся?

– Не заблудимся, ― заверила я его, включая комм, и тихо позвала: ― Нико, выведи карту. Если сойдем с маршрута ― дай знать.

Некоторое время я пялилась в экран комма. Подошел Коди, заглянул мне через плечо.