"Фантастика 2025-125". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - "Пантелей" - Страница 556

Волк рычал и злобно бил хвостом из стороны в сторону. Почувствовав кровь, он практически не контролировал себя.

Антей сжал кулак на правой руке. К счастью, она была задета не так серьезно, как он опасался, и еще действовала, несмотря на сильную боль от раны.

Он внимательно смотрел в глаза приближающегося зверя. Прыжок, и он чуть сдвинулся в сторону, опуская на загривок сцепленные руки, вложив все силы в этот удар.

Зверь упал, сбитый на лету, и тут же вскочил. Однако мгновения Антею хватило, чтобы оказаться на его загривке, сцепив руки под горлом и прижавшись так, что волк не мог повернуть голову, чтобы достать его зубами. Коленями он изо всех сил сдавил бока животного.

Свист и улюлюканье толпы осталось где-то далеко. Он весь сосредоточился на своем лохматом враге. Мощное тело ходило ходуном, не желая сдаваться, шерсть лезла в нос и рот, перебивая дыхание, собственные мышцы начало сводить судорогой. Он стал сомневаться в том, что ему удастся задуманное, и он умолял себя держаться.

Ему показалось, что руки начали расцепляться. Зверь носился, ударяясь спиной об изгородь, катаясь по земле, пытаясь скинуть вцепившегося в него человека.

Антей больше не мог держаться. Он чувствовал, что силы его покидают вместе с сознанием. Он в последний раз сжал колени и напряг плечи, чтобы руки не разжались.

Из груди зверя вырвался всхлип и он упал. Еще не веря себе, Антей закричал и сделал нечеловеческое усилие. Что-то легко хрустнуло и бешено стучавшее до этого сердце, остановилось. Он все это время чувствовал, как оно бьется под толстой шкурой волка. Теперь оно не билось. Не было и дыхания. Понимая, что задохнется, если останется лежать на звериной шкуре, Антей с трудом заставил себя сползти с его спины.

В ушах бешено стучала кровь, от напряжения она стекала из носа по губам. Он упал рядом с погибшим противником и перевернулся, хрипя и жадно хватая воздух. Отрешенно, он слышал ликование зрителей. Они получили свое развлечение. Все еще живой раб, истекающий кровью, отлично сегодня сыграл свою роль.

Скрипнула, открываясь, дверь. В поле зрения возник Герон.

- А ты молодец. Сам встать можешь?

Антей ничего не ответил. Он очень медленно перевернулся и опершись обеими руками о землю, сумел встать на колени. Перед глазами скакал и расплывался мир, он пошатывался, не осмеливаясь встать на ноги. Его подхватили под руки. Он скосил глаза – вторым человеком оказался вездесущий напарник Герона. Резкое поднятие заставило его застонать, но от боли в плече прояснилось перед глазами и ослабло головокружение. Он сделал шаг, но солдаты его удержали.

Герон снова хохотнул.

- Смотри, какой прыткий, так и рвется в бой. Следующий раз надо его поставить с парой волков.

И уже обращаясь к рабу:

- Не дергайся. Сначала ко врачу, перевяжет, а то сдохнешь еще – господин будет зол.

Антея, придерживая с двух сторон, отволокли к тому, кого его дрессировщик назвал врачом.

Место, где располагался врач, который обслуживал рабов и слуг, было, скорее сродни свинарнику, и ничуть не напоминало лазарета, где он оказался с братом в начале.

Здесь даже не пахло лекарствами. Подвал с низким потолком был скудно освещен. Тяжелая вонь гниющей крови висела в воздухе, от чего он казался осязаемым. Возле одной стены у входа было брошено несколько тел, когда то принадлежавшие людям, но сейчас утратившие человеческие очертания – настолько сильно они были изуродованы.

Несколько металлических столов были накрыты грязными тряпками, по которым стекала и со шлепками падала на пол густая красная жижа. Под покрывалами угадывались человеческие фигуры. Вокруг были разбросаны инструменты, на которых налипли клочки плоти и обломки костей.

Возле стены напротив импровизированной помойки сидели и лежали на полу с десяток рабов и слуг. Некоторые из них уже, видимо, успели попасть в руки врача, и теперь сжимали относительно ровно обмотанные окровавленными бинтами головы и конечности.

Другие же все еще придерживали свои импровизированные повязки, либо вовсе лежали без движения. Никто из них не произносил ни звука, не делал ни одного движения. Полные боли и страха глаза были обращены к самому врачу. Антей не сразу разглядел его, между ними оказался конус света потолочной лампы.

Не церемонясь, Герон окликнул врача. Тот разразился гневной тирадой, но оторвался от своего занятия. Это был высокий старик в кожаном переднике мясника. Засученные рукава открывали тонкие руки, до локтей покрытые потеками крови, облепленные кусочками мяса и кожи. Антея ощутимо затошнило. За спиной врача на столе лежал обезображенный труп – именно в нем он ковырялся.

- Ну что еще?

У него был неприятный визгливый голос, подходящий к внешности. Привычного к такому охранника это не смутило и он, не моргнув, солгал.

- Господин велел подлатать раба.

Врач на секунду задумался и подошел ближе, разглядывая рану.

- Это волк?

Герон кивнул.

- Тогда почему он еще жив?

На это охранник лишь пожал плечами.

Сварливый старикашка, высохший как щепка, отер руки уже изрядно запачканной тряпкой. Он принялся злобно орать на помощников, бесшумно скользящих по помещению. Получая требуемое, он резко оборачивался к Антею, словно тот был его злейшим врагом. Резкие тычки инструментов в плоть, едкая химия и рывки нити, соединившей края раны, заставляли его морщиться, но он терпел. Врач сначала расширил и вычистил рану. Раствор, которым он ее промывал, немилосердно обжигал, непроизвольно дернувшись, раб вызвал очередной всплеск гнева.

- Что вы стоите, как пни. Держите его.

Охранники не перечили. Их руки стальными тисками сомкнулись на нем, не давая пошевелиться. Наскоро, не заботясь об аккуратности, врач зашил рану.

Перевязав плечо раба, врач выпроводил всю троицу во двор, сопровождая их громкой руганью.

Все еще пошатывающегося Антея довели до его стойла и на прощание швырнули большой сверток с едой. Он не прикоснулся к тряпице.

Опустившись на сено, он застыл на нем словно безвольная сломанная игрушка. Азарт схватки прошел, вместо него накатила боль от очередного осознания своей ничтожности. Он старался перестать думать, но не мог. Закрыв глаза, он провалился в тяжелый тревожный сон.

Его снова преследовала волчья стая. Серо-черные тела проскакивали так близко, что он мог коснуться их, если бы захотел. Он оборачивался, слыша издевательский смех в рычании зверей. Падая от изнеможения, он останавливался и выхватывал кинжал, ожидая, пока дикий звериный хоровод стянется вокруг него и его враги окажутся достаточно близко. Звери, однако, не подходили, они стояли на границе некоего круга, за которым начиналась тьма и только желтые огоньки глаз были в ней заметны.

Антей вынужден был постоянно вертеться на месте, чтобы не дать подойти со спины, но потом кто-то из волков все-таки прыгал на него и сбивал с ног. Он быстро вскакивал на ноги, но противник уже исчезал в темноте. Потом атака повторялась, и так было снова и снова.

Проснулся он от хорошо знакомого шума, который поднимали молги, завидев хозяев.

Он встал через силу и отправился выполнять свои обязанности, от которых его никто не освободил.

Глава XIV.

Мягкая морда пепельно-серого молга ткнулась ему в ладонь, а потом вся огромная голова зверя скользнула ближе к Антею, требуя свою долю ласки.

Давно прошли те дни, когда, посчитав его забитым слабаком, молги пытались атаковать его, утверждая свое превосходство. Несмотря на это, он хорошо делал свою работу, в отличие от равнодушных рабов.

У тех животных, которыми занимался он, всегда было больше сена, чище кормушки, в отличном состоянии сбруя, которая нигде не натирала их хоть и не слишком нежные, но все же живые тела. Они всегда были здоровы. Шерсть была гладко вычесана, в ней не было ни единой колючки и даже с таким вот окрасом – играла и переливалась на свету, когда скакун гордо гарцевал по залитому солнцем двору.