Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Барнс Дженнифер Линн - Страница 525

Как только Ри удалилась на кухню, Майкл поделился наблюдением:

– Твоя мать ей нравилась, но в ней чувствуется и злость.

Если мы с мамой прожили здесь почти год, что заставило нас снова двинуться в путь? И что именно мама оставила здесь после себя?

Принесли еду, и все время, пока я ела, я пыталась понять, как разговорить Ри. Мне нужны были детали – о том, как моя мать жила в Гейтере, о Мэйсоне Кайле.

Как оказалось, Ри не нужно было упрашивать. Как только мы закончили с завтраком, она пододвинула стул к нашему столику.

– Что привело вас в Гейтер? – спросила она.

Убийство. Похищение. Пытки, которые тянутся веками.

– Мы привезли прах мамы Кэсси, – ответила Лия за меня. – Тело Лорелеи нашли несколько месяцев назад. Кэсси сказала, что мама хотела бы обрести покой здесь.

До этого я упомянула, что мало помню о своей жизни в Гейтере, но Лия – это Лия, и Ри верила каждому ее слову.

– Если я могу что-то для вас сделать, – просто сказала Ри, – Кэсси, дорогая, просто попроси.

– Есть кое-что. – Этого шанса я и ждала. – Если мы с мамой прожили здесь год, то это самый долгий промежуток, на который мы задерживались где-либо. Я мало что помню. Я знаю, что маме здесь нравилось, но, прежде чем я развею ее прах… – Я закрыла глаза на несколько секунд, позволив подлинной скорби, которая жила внутри меня, подняться на поверхность. – Я бы хотела попытаться вспомнить почему.

Мне было далеко до Лии по части лжи, но я знала, как обратить правду себе на пользу. Самый долгий промежуток, на который мы задерживались где-либо. Я мало что помню. Я хотела бы попытаться вспомнить почему.

– Не знаю, сколько я смогу тебе рассказать. – Ри говорила напрямую. – Лорелея была не из тех, кто охотно делится переживаниями с другими. Она ворвалась в город, участвуя в каком-то шоу с овчаркой и пони, утверждая, что обладает способностями экстрасенса – помогает людям «воссоединиться с их умершими близкими». – Ри фыркнула. – Городской совет не разрешил бы ей остаться надолго, но Марсела Уайт – любительница подобного, а о ней в этих местах знают три вещи: у нее язык без костей, богатый мертвый муж и склонность допекать членов совета, пока они не дадут ей то, что она хочет.

Пока все звучало знакомо.

– В первую неделю твоя мама приходила сюда два или три раза, вместе с тобой. Она была молодая. Пугливая, хотя хорошо это скрывала. – Ри помолчала. – Я предложила ей работу.

– Официанткой? – спросила я. Сама я работала официанткой в закусочной до того, как Бриггс пригласил меня в программу прирожденных. Возможно, какая-то часть меня помнила, как мама занималась тем же самым.

Ри поджала губы.

– У меня есть дурная привычка нанимать официанток, которые видели неприглядную сторону жизни. Большинство из них от чего-то убегали. Я так и не узнала, от чего убегала Лорелея, – она не делилась, а я не спрашивала. Она приняла предложение. Я сделала ей скидку на оплату жилья.

– Синий домик с большим дубом, – тихо сказала я.

Ри кивнула.

– Моя дочь недавно оттуда съехала. Мелоди и Шейн жили со мной, так что было жаль, что дом простаивает.

«Съехала. – По тому, как Ри произнесла это, я поняла, что стоит за этими словами на самом деле. – Уехала, бросив детей на тебя».

Было легко понять, почему Ри с сочувствием отнеслась к матери-одиночке, которая растила дочь.

Дом – это не место, Кэсси. Мантра матери оставалась со мной многие годы, но теперь я воспринимала ее иначе, зная, что у нас однажды был дом – пусть и ненадолго.

– Моя мама была с кем-то близка? – спросила я у Ри, ощущая, как воспоминания крутятся поблизости и ускользают. – В отношениях с кем-то?

– У твоей мамы всегда был нюх на красивых мужчин. – Так Ри пыталась быть дипломатичной. – Но и на неприятности тоже.

Не такой уж дипломатичной.

Ри прищурилась и посмотрела на Дина.

– У тебя проблемы? – спросила она.

– Нет, мэм.

Она повернулась к Майклу:

– У тебя?

Он улыбнулся ей своей самой очаровательной улыбкой.

– На сто процентов.

Ри фыркнула.

– Так я и думала.

Тут открылась дверь в ресторан, и вошел Вдовий Пик из аптечного сада. Ри улыбнулась, увидев его, так же как раньше, когда Дин заказал бисквиты с подливой.

– Помнишь Шейна? – спросила Ри у меня. – Мой внук.

Шейн. Мне показалось, что я вот-вот дотянусь до воспоминаний. Ри начала вставать.

– Мама знала человека по имени Мэйсон Кайл? – спросила я, прежде чем она успела уйти.

Ри пристально посмотрела на меня.

– Мэйсон Кайл? – Она покачала головой, словно пыталась прояснить воспоминания. – Я двадцать пять лет не слышала это имя. Он уехал из Гейтера, когда ему было сколько? Семнадцать или вроде того? Еще до того, как мама приехала в город, Кэсси.

Когда Ри направилась к стойке – и к своему внуку, – одна из пожилых женщин, сидевших за столиком позади нас, цокнула языком.

– Как печально то, что случилось с семьей Кайлов, – сказала она. – Просто ужасно.

– А что случилось? – спросила Слоан, повернувшись на сиденье.

Старик, игравший в шахматы по другую сторону от нас, повернулся и посмотрел на нее.

– Убили, – ворчливо произнес он. – Кто-то из тех людей.

Каких людей?

– Бедному маленькому Мэйсону было не больше девяти, – сказала та женщина, что цокала языком. – Многие поговаривали, что он все это видел.

Я представила того мальчика с фотографии, а потом подумала о безжалостном убийце, в которого он превратился.

– Хватит. – По интонации Ри и тому, как отреагировали остальные, было ясно, что ее слово здесь – закон. Кивнув, она повернулась к внуку: – Шейн, что я могу тебе…

Прежде чем она успела закончить вопрос, Шейн увидел что-то в окне. Все его тело напряглось, он выбежал из закусочной и поспешил куда-то.

Я посмотрела в окно как раз вовремя, чтобы увидеть, как он походит к группе из примерно дюжины человек. Они шли группами по четыре. Разных возрастов. Разных национальностей. Все были с ног до головы одеты в белое.

Шейн попытался подойти к девушке, которая стояла позади остальных, но мужчина с густыми волосами – чернильно-черными с легкой проседью – преградил ему путь.

– Готова рискнуть, – сказала Лия, не отводя взгляда от сцены назревающего конфликта, – и предположить, что «те люди» – это представители дружелюбной местной секты.

Глава 32

Те люди. Вот как старик, игравший в шахматы, назвал тех, кто убил семью Мэйсона Кайла тридцать с чем-то лет назад.

Майкл бросил на стол три двадцатки, и мы все направились к выходу.

– Мэл. – Шейн попытался обойти мужчину с седеющими волосами. – Мелоди.

– Все в порядке, Эхо, – обратился мужчина к девушке, которую Шейн назвал Мелоди. – Произнеси свою правду.

Девушка, которую я почти узнавала – так же, как почти узнавала Шейна, – шагнула вперед. Она смотрела в землю.

– Я больше не Мелоди, – сказала она тихо, робко, почти шепотом. – Я не хочу быть Мелоди. Мое второе имя – мое истинное имя – Эхо. – Она подняла взгляд и посмотрела брату в глаза. – Я теперь счастлива. Почему ты не рад за меня?

– Рад за тебя? – повторил Шейн, у которого перехватило дыхание. – Мэл, ты даже поговорить со мной не можешь, не оглядываясь на него, чтобы убедиться, что ты все говоришь правильно. Ты отказалась от колледжа – от колледжа, Мелоди, – чтобы вступить в пожирающую души секту, которая украла у нас мать, когда мы были детьми. – Руки Шейна сжались в кулаки. – Так что нет, я не могу быть рад за тебя.

– Твоя мама была потеряна. – Мужчина-лидер обратился к Шейну, его голос звучал почти мягко. – Мы пытались предоставить ей утешение, предложить более простую жизнь. Когда она предпочла иной путь, я скорбел так же, как и ты.

– Это из-за вас она покинула город! – взорвался Шейн.

Его противник сохранял полную невозмутимость.