Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Барнс Дженнифер Линн - Страница 538

– К несчастью, – сказала агент Стерлинг, – все это не дает мне оснований для обыска территории.

– Нет, – сказала Лия, сунув руку в карман. – А вот это дает.

Она вытащила из кармана небольшой стеклянный флакон. Жидкость внутри была молочно-белой.

– Не знаю, что это, – сказала она. – Но Дарби снабжает свою паству хорошей дозировкой.

– Он их одурманивает. – Лицо Дина так и оставалось каменным – ни тени мягкости ни в отношении Лии, ни в отношении всей ситуации.

Агент Стерлинг забрала флакон у Лии.

– Я доставлю это в лабораторию. Если это вещество с ограниченным оборотом, я смогу получить ордер на обыск.

Слоан рассматривала флакон. Я бы предположила, что это какой-то наркотик.

Твоя мама умерла от передозировки. Я инстинктивно анализировала Слоан, но какая-то часть меня не могла перестать анализировать кого-то еще – что-то еще. Найтшейда и того жителя города, кто завлек его в сообщество убийц.

Есть тонкая грань между лекарством и ядом.

Глава 46

Агенту Стерлинг понадобилось двадцать четыре часа на то, чтобы получить ордер, и еще час, чтобы ФБР окружило территорию ранчо – и, что важнее, его владельца. К тому моменту, как Холланд Дарби и его последователи были задержаны и нам разрешили посетить участок, я ощущала, как время утекает с каждой секундой.

Сегодня пятое апреля. Напоминание билось в моем пульсе, когда мы подошли к часовне. Еще одна дата Фибоначчи. Еще одно тело.

Бриггс не звонил нам. Он не просил о помощи. Я заставила себя не думать об этом и открыла дверь часовни.

– Никаких религиозных изображений, – прокомментировал Дин.

Он был прав. Никаких крестов, никаких статуй, которые указывали бы на связь с одной из существующих религий, – и все же помещение явно предназначалось для религиозной службы. Здесь были скамьи и алтари. Мозаики на полу. Витражи, через которые в помещение проникали разноцветные лучи.

– Мы ищем ложную стену, – сказала Слоан, обходя комнату по периметру. Она остановилась перед деревянным алтарем у задней стенки. Ее пальцы ловко искали переключатель, какой-то рычаг.

– Вот оно! – Торжествующий голос Слоан смешался со скрипом деревяных деталей и заржавевших петель. Алтарь отодвинулся, открыв потайную комнату. Я шагнула к ней, но агент Стерлинг опередила меня. Держа правую руку на кобуре, она протянула левую Слоан.

– Оставайся здесь, – сказала она и вошла в помещение.

– Там узко, – сообщила Слоан, вглядываясь в темноту. – Судя по моим предыдущим расчетам, помещение, скорее всего, обходит всю часовню по периметру.

Я ждала; ровный звук шагов агента Стерлинг оставался единственным звуком. Дин подошел и встал рядом со мной, Майкл и Лия – по другую сторону. Когда агент Стерлинг вернулась, она убрала пистолет в кобуру и вызвала подкрепление.

– Что вы нашли? – спросил Дин.

Если бы спросил кто-то другой из нас, она бы могла и не ответить, но, учитывая их прошлое, проигнорировать Дина она не могла.

– Лестницу.

Лестница вела в подвал. Не подвал, – уточнила я, когда нам разрешили спуститься.

– Темница.

Стены были толстые. Звуконепроницаемые. Кандалы, прикрепленные к стене. Разложившееся тело в кандалах.

Второе тело лежало на полу.

В комнате пахло разложением и смертью – но запах не был свежим.

– Судя по уровню разложения, учитывая температуру и влажность в помещении… – Слоан помолчала, прокручивая цифры в голове. – Я бы предположила, что жертвы мертвы уже от девяти до одиннадцати лет.

Десять лет назад мы с мамой уехали из Гейтера.

Десять лет назад я видела тело у подножия лестницы.

– Кто они? – Я озвучила вопрос, о котором сейчас думали все. Кого Холланд Дарби держал в цепях под своей часовней? Чьи тела оставили гнить в темноте, в безвестности?

– Жертва номер один – мужчина. – Слоан подошла ближе к телу, которое было приковано к стене. Плоти на костях почти не оставалось.

Кости, разложение, гниение. Меня начало подташнивать. Дин положил руку мне на затылок. Я ответила на его прикосновение и заставила себя сосредоточиться на словах Слоан.

– Форма и толщина паховой кости, – пробормотала Слоан. – Узкий крестец… определенно мужчина. Судя по лицевым костям – белый. Я бы предположила, ростом около ста восьмидесяти сантиметров. Не молодой, но и не пожилой. – Слоан молча разглядывала тело еще тридцать – сорок секунд и добавила: – Его заковали в цепи после смерти. Не до.

Ты построил это помещение для чего-то. Для кого-то. Я окинула комнату взглядом. Ты заковал этого человека в цепи, даже после смерти.

– А что про другую жертву? – спросила агент Стерлинг. Я знала ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что у нее уже сложились собственные теории и интерпретации увиденного, но она не станет сбивать нас с мысли и не позволит нам увидеть даже намек на ее собственное мнение.

– Женщина, – ответила Слоан. – Я бы оценила ее возраст между восемнадцатью и тридцатью пятью. Нет видимых свидетельств причины смерти.

– А мужчина? – спросил агент Старманс. – Как он погиб?

– Удар тяжелым предметом. – Слоан повернулась к агенту Стерлинг: – Мне нужно подняться наверх. Мне нужно быть не здесь.

Слоан видела много тел, много мест преступлений, но после смерти Аарона жертвы перестали быть для нее просто числами. Я обняла ее и повела вверх по лестнице. По пути мы прошли мимо Лии, которая стояла спиной к Майклу.

Когда я и Слоан выбрались на свежий воздух, до меня донесся хриплый шепот Лии:

– Он посадил их в яму.

Ты

Если нет порядка, приходит хаос. Если нет порядка, приходит боль.

Это припев Лорелеи, не твой. Ты и есть хаос. Ты и есть порядок.

Пять стоит перед тобой. Он точит нож. Здесь только ты и он. Два приходил вчера, оставил дюжину ожогов на твоей груди и бедрах. И все же ты не сказала им то, что они хотят услышать. Ты не велишь им избавиться от проблемы, предпринять необходимые шаги, чтобы убрать ФБР из Гейтера.

– Пока еще нет.

Пять шагает вперед, его нож и глаза блестят. Ближе. Ближе. Лезвие прижимается к твоему лицу.

Если нет порядка, приходит хаос. Если нет порядка, приходит боль.

Ты улыбаешься.

Они оставили тебя в этой комнате на весь день, думая, что ты – Лорелея. Они оставили тебя на свободе в этой комнате в твоих собственных оковах, убежденные, что угроза воздаяния – тебе самой или Лаурель – заставит тебя подчиниться.

Они ошибались.

Ты бросаешься вперед, и разбитые кандалы падают на землю. Ты хватаешь нож и вонзаешь его в сердце мучителя.

– Я – хаос, – шепчешь ты. – Я – порядок. – Ты прижимаешь свои губы к его и поворачиваешь нож. – Я – боль.

Глава 47

Холланда Дарби и его жену привели на допрос. Оба не сказали ни слова. Я предложила агенту Стерлинг привести их сына. Мы сами на этот раз оставались наблюдателями за односторонним стеклом.

– Опустошение, смирение, ярость, вина, – Майкл быстро перечислил эмоции на лице Кейна Дарби.

Я пыталась увидеть какие-то приметы того, что разглядел Майкл, но не могла различить на лице Кейна Дарби ни следа переживаний. Он казался печальным, но ненастороженным.

– В потайной комнате под часовней, принадлежавшей вашей семье, обнаружены два тела. – Агент Стерлинг подражала манере Кейна. Ничего личного, ничего лишнего, ничего не приукрашивать. Говорить напрямую. – У вас есть предположения, откуда они могли взяться?

Кейн посмотрел прямо в глаза агенту Стерлинг.

– Нет.

– Ложь, – сказала Лия, стоявшая рядом со мной.

– Одна из жертв – мужчина, другая – женщина, их убили около десяти лет назад. Можете ли вы пролить свет на то, кем они были?

– Нет.

– Ложь.

Я всматривалась в знакомое лицо Кейна, стараясь забыть о любых теплых чувствах, которые шестилетняя я могла испытывать к этому человеку. Ты знаешь, кто они. Ты знаешь, что с ними случилось. Ты знаешь, что произошло в той комнате. Почему твой отец построил ее. Для чего он построил часовню.