"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Белая Яся - Страница 515

— Во-первых, дорогие собутыльники, кто вам сказал, что это будет «прославленное бренди из подвалов Пристов», а не шмурдяк?

— Что есть шмурдяк, где зреет такой напиток? Уважаемый дон пробовал этот сорт и не пришел в восторг от него?

— Шмурдяком на моей родине называют всякое пойло непонятного происхождения, качества и состава. И там же с молоком матери я впитал истину — не стоит заказывать дорогие напитки в дешевых забегаловках.

Мигель впечатлился со своего друга, с каждым днем он всё глубже раскрывал свой внутренний мир, всё шире распахивалась дверца его души. Кирпичик к кирпичику следопыт подбирал кусочки истории этого неведомо как попавшего в их поселок парня. Шоколад, бренди разных сортов — дорогущие лакомства, недоступные простолюдинам. Владение магией можно объяснить тем, что он бастард. Но кто бы стал кормить непризнанного ублюдка сгущенкой с какао?

«Обед у Окорока» не настолько пафосное заведение, чтоб подавать на стол специально выращенных кабанчиков, вся убоина в меню была дичью, зато имелся выбор. Вик поколебался, выбирая между кроликом и кабанятиной — выбрал второе. Уж очень кролики жилисты и костлявы. Процесс насыщения ушастиком по большей части был актом перемалывания косточек. Во всяком случае, в исполнении следопытов это блюдо оставляло именно такое ощущение. Кроликов разведчики кушали частенько. Особенно, когда к ним присоединился Вик. Углядеть его с коня не так уж трудно, метнуть нож — вообще секундное дело. Так что кабан, хоть и жесткий, но всё одно мягче костей поднадоевшего кроля.

Отец в своё время провел Витюшке пару уроков этикета. Сын не знал, откуда тот поднабрался знаний об этой стороне человеческих взаимоотношений, но этикет в пересказе отца был штукой своеобразной. По его же словам он был придуман как сборник недорогих понтов и являлся важным индикатором принадлежности к группе, в которой ты отираешься. Хочешь быть своим, учил папка, делай как все. В приличном, в якобы приличном обществе пользуйся ножом и вилкой, говори негромко, цеди слова по сотке баксу за штуку. А там, где едят руками, боже упаси тебя оттопыривать пальчик — народ не оценит.

— Идти против правил, — говорил батя, — можно только в одном случае: когда не ты крутишься в обществе приятелей, а вся кодла в твоем.

— Это как? — В девятом классе такие фразы еще требовали расшифровки.

— А так. Когда ты сильный и в авторитете, то все окружающие подделываются под тебя. Тогда этикет устанавливаешь ты сам. Дашь пример, и гопота начнет на «вы» общаться промеж собой. Поверь, тема рабочая, но сильно муторная.

Сейчас Вик смотрел, как Весельчак разложил вокруг принесенной тарелки с большущим куском мяса личные столовые приборы. Его ножны оказались тройными, в них помимо здоровенного кинжала помещался средних размеров нож и шило. Нож лег по правую руку, шило по левую, словно вилка. Еще секунда, и Счастливчик понял — вилка и есть, просто с одним шипом вместо четырех привычных ему. Пабло воткнул эту недовилку в мясо, а потом отрезал наколотый кусочек. Ну точно, вилка!

Мигель ничего такого делать не стал. Он взял руками половинку гуся и решительным резким движением оторвал крыло. Мелкие брызги жира, разлетевшиеся в стороны, были тактично проигнорированы всеми участниками трапезы.

Как удачно, подумал Виктор, что сегодня не все ножи побывали в деле. Очень не хотелось бы нарезать мясо и помнить, что нож в крови. В человеческой крови. Он вынул два самых чистых клинка из перевязи и спокойно принялся кромсать свою жилистую пищу, назначив один из ножей вилкой. «Чай, не аристократы мы, нам простительно!» — произнес он мысленно. А два его спутника подумали нечто совершенно противоположное, но озвучивать не стали.

Если не мельчить, то мясо с ножа практически не падает. По меркам этой местности, Счастливчик вкушал прямо с аристократическим изяществом, еще и не рыгал по ходу дела. И в отличие от Мигеля не вытирал руки об свой камуфляж, пользуясь извлеченным из какого-то кармана чистым куском тряпицы. Не от понтов, просто ему претило самому своими руками втирать жир в одежду, дорогую, между прочим. А если говорить про его ВКПО, то единственный такого качества комплект в мире. По-хорошему, уже пора заказывать себе сменку, навроде той, что сшили для Мигеля и Лео.

Первый кувшин пива был разлит по кружкам, и пиво тут же исчезло еще до того, как кружки коснулись губ. И не сказать, что оно было какое-то замечательное. Просто конкретно это было по вкусу похоже на пиво. А уж в сравнении с тем, что варят в безымянном поселке, откуда приехали два разведчика, так вообще сказка. Сказка такая, что Вик решил передумать относительно бренди. Не прямо сейчас, а вообще. Что он, самогона не пил, что ли? Какой русский не пил непонятно-что! Просто, в незнакомом городе, где уже на ножах с местной братвой, не стоит терять контроль. Понятно, что менты тутошние не загребут, не таковская тут милиция, зато шпана может и вусмерть уработать от обиды. А всякий знает, пьяный маг своему Дару не хозяйка. Тьфу ты, не хозяин. Но тут тоже вопрос сложный, вдруг алкоголь в этом деле наоборот действует, чакры какие-нибудь раскрывает?

А Мигель понял, что сначала надо попробовать местное вино, а не кривиться, вспоминаю то, которое пил к родной Каталании. Кстати, а вино хозяин таверны обзывал местным. Якобы, уже дала урожай лоза, завезенная из Старого мира, вроде как почва подошла. Врут небось, не про местное вино, а что шибко хорошее получается. Чтоб вино стало настоящим, сначала надо понять, где и как лозу взращивать лучше, чтоб она зрела не как попало. Ну а потом и само вино должно вызреть. И это вам не год, не два. Каждый каталанец рождается со знанием того, что нужно вину. И никакие Присты каталанцам не указ. Да Мигель и не слышал никогда раньше про какие-то там подвалы Пристов, пока не переселился на новые земли.

— Так что, позволь представиться еще раз, — внезапно ворвался в сознание задумавшегося Мигеля голос бородатого сотрапезника. К счастью, он обращался в это время не к нему. — Шевалье Пабло собственной персоной!

Мужчина зачем-то встал, видимо так положено представляться у благородных, и легким кивком закончил процедуру.

— Теперь твоя очередь, Вик. Если готов, скажи свой титул и какого ты роду. И не вздумай врать, что ты не благородный человек, я приму это как обиду.

— Ох, Пабло, ну ты и спросил. Виктор, просто Виктор. Да, мои родители весьма уважаемые в своих землях люди, даже с университетским образованием. Сам я из мест столь отдаленных, что и сказать не могу, из каких. К сожалению, подробности озвучить не могу, тебе придется обойтись без них. А насчет благородства, отец учил меня, что оно не содержится в крови по праву рождения, его должно воспитывать в себе и постоянно проявлять. Вместе с прочими качествами, достойными настоящего человека. Я его раз за разом разочаровывал, пока не оказался здесь, большего не скажу. Титул, родственники, капиталы — у меня нет ничего этого и не маячит в перспективе.

— Магия. Виктор, у тебя есть магия, а это очень немало. А еще ум, манеры, смелость. Вот я могу похвастаться родичами, и что? Младший сын без магии, ненужный даже своему отцу, я сорвался из дома уже двадцать лет тому и больше туда не заезжал. Как видишь, по прихоти судьбы я оказался там же, где и ты. Так что нет повода для огорчений.

— Так никто и не думал огорчаться. Просто я не уверен. Что ты готов общаться с двумя деревенскими парнями из задницы мира. — И Вик толкнул локтем сидящего рядом Мигеля.

— Ха-ха-ха! С двумя деревенскими, плюющими на городскую шпану! Нет, парни, я таким знакомством брезговать не собираюсь! Мигель, вас в твоей деревне много таких?

— Считая Счастливчика, трое. Лео остался присматривать за пустошью.

— Вот за что я уважаю таких как вы, так это за скромность! Лео остался присматривать за пустошью! — Пабло повторил и снова засмеялся. — Чтоб дикари без присмотра не шалили.

— Ну примерно так и есть. Без укороту они начинают наглеть.

— Когда домой собираетесь?