"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Белая Яся - Страница 528

— Да что ты будешь делать! У них все стрелы отравлены! Вик, придумай что-нибудь!

Легко сказать, придумай. Виктор в армии получил какие-никакие навыки первой помощи, а про отравление знал только то, что самым простым антидотом из доступных является водка. В том мире водка была общедоступным продуктом, а в этом — нет. Тем более не в степи, хрен знает в скольки километрах от ближайших населенных пунктов. Хотя… есть варик, мутный такой, но вариант.

— Есть один способ выжить. Луна, ты меня слышишь?

— Вижу плохо, но еще слышу.

— Жить хочешь? Сильно хочешь?

— Сильно!

— Тогда раздевай её, Мигель!

— Прямо тут? А поможет? Следопыт не понимал, зачем раздевать, единственная мысль, пришедшая ему в голову, что Счастливчик сейчас заставит его совокупиться с женой. Но ради спасения он был готов хоть с лошадью, лишь бы помогло. Одна минута, и с несчастной женщины были стянуты и платье, и штаны, которые она носила не то по дикарской традиции, не то ради удобства езды верхом. Набедренную повязку Вик тоже велел снять.

— Луна, обращайся!

— Что⁈ Что ты сказал? — Вопрос был задан хором обоими его спутниками.

— Дура! Жить хочешь⁈ Голая лежишь тут, подыхаешь! Обращайся, кому говорю!!! — Заорал Вик со всей яростью, вышибая из головы бедняжки последние остатки мыслей о том, что она не умеет делать того, что от неё требуется.

Луну совсем неэротично выгнуло чуть ли не на «мостик», она закричала, скрутилась колобком, а потом словно взорвалась. Вик с ужасом смотрел, как её корежит, как непонятное существо махает руками, если это руки, а потом всё прекратилось. «Ох ты ж…!» — Витя даже все матерные слова забыл с перепугу и от волнения. Все русские матерные слова застыли где-то в горле, неспособные передать его охреневание.

Перед ним сидели или стоял, тут можно подискутировать, птеродактиль. Натуральный здоровенный серо-коричневый птеродактиль, запутавшийся одной лапой в ткани палатки, с костяным клювом, в перьях…

Протерев глаза, Вик посмотрел еще раз. Да не, не птеродактиль. Это… это же утка! Просто очень большая, кило на тридцать, не меньше.

— Луна, ты совсем что ли? Мигель, чего это она?

— Да, Луна, в кого ты обратилась? — Поддержал товарища Мигель.

Луна, теперь уже утка, посмотрела на двух разведчиков с укором и попыталась что-то им ответить. Получилось плохо. Какое-то простуженное кряканье вырвалось из её клюва, неожиданное для неё самой. Утка подпрыгнула, расправила крылья и ударила ими так, что чуть не снесла потоком воздуха Вика, а потом завалилась на спину. Короткая заминка, и перед ними на спине с задранными ногами в самой распохабной позе уже лежала голая жена Мигеля, более привычная его взгляду. Вик понял, что излишне долго пялится на бывшую утку, и отвел взгляд.

— Мигель, посмотри сам, что с её ногой.

— Да, сейчас, спасибо!

— Да я чего, я ничего. Обращайся, если что, — Он тоже не отошел от шока превращения Луны.

— Ой, а нету никакой раны! Луна, ты как? — Воскликнул Мигель, старательно ощупывая жену.

— Нехорошо мне, муж. Но не так, как было, а по-другому нехорошо, устала я.

— Небось, магическое перенапряжение у тебя от двух обращений, Луна. Отдыхай. И тебе тренировать надо свои способности.

— Как от двух? Она ж один раз обращалась.

— Один раз в утку, второй в человека. Это тоже считается. — Виктор не то чтобы был доподлинно уверен в том, что говорил, он это выдумывал прямо на ходу. Но произносил уверенным тоном. Люди верят тому, что говоришь с уверенностью. И тогда им спокойнее.

— А куда рана делась?

— После обращения у неё организм, то есть тело, перестроилось в другое тело. Про рану оно не знало, стало таким, каким должно быть.

— Ага! Вот почему оборотни и перевертыши такие живучие. Не знал раньше, — Мигелю краешком приоткрылся новый мир, в который теперь была допущена его жена. Тот, в котором живут все маги.

— Вик, ты знал? — Луна по-прежнему не лезла в мужские разговоры, все вопросы генерировал следопыт.

— Я надеялся. Луна молодец, смогла обернуться, иначе бы померла. И это, одевайся уже. Я ж не железный стоять рядом с голой красивой женщиной, могу и того, переволноваться.

— Да, Луна, одевайся уже! Кстати, а зачем ты её велел раздеть?

— Чтоб не задушилась в одежде. Или не порвала её. Так-то надеялся, твоя жена в волчицу превратится. В крупную и смертоносную. А не в утку. Вот скажи, Мигаль, она это нарочно сделала?

— Я не знаю, Счастливчик, я спрошу. — И разведчик в самом деле повернулся с виноватым видом к Луне, чтоб выяснить у неё, зачем она превратилась именно в утку.

— Ага, заодно спроси, как она смогла нарушить закон сохранения массы.

— Я нарушила закон⁈

Несчастная дикарка, в тот момент занятая тем, что привязывала штанины к поясу заревела и села на задницу, размазывая слезы. Она чувствовала, что очень подвела мужа: и в утку превратилась вместо нормального грозного хищника, и какой-то магический закон нарушила. Теперь её убьют, а то и еще хуже — выгонит муж. Кому нужна такая неумеха?

— Да хорош реветь уже! Вытри слёзы, Луна, ты молодец. Выжила, смогла обратиться — героиня! — Вик не чаял, как бы ему прекратить бардак. Еще и кобыла, лежащая в траве, уже не подавала признаков жизни.

— Я молодец?

— Да! Тебя самый старший дух подержал на руках, а потом шлепнул по заду. Я вообще никогда в жизни не слыхивал, чтоб маг в утку умел обращаться. Ты плавать умеешь?

— Не-е-ет! — Сбитая с толку дочь прерий мотала головой, одновременно пытаясь влезть в своё платье. Груди послушно мотались вправо и влево, а платье шутки ради зацепилось за что-то и связало дикарке руки в поднятом положении. Выглядело это забавно.

— А летать умеешь?

— Чево⁈ — Голова проскочила в горловину и теперь взъерошенная торчала над бесформенной грудой одежды. Еще и глаза попытались выскочить из глазниц от удивления. — Как это летать? Никто не умеет летать. Мы люди же.

— Мы люди. А ты утка. — Виков палец указывал на жену Мигеля, чтоб никто не сомневался, кто тут утка. — Учись летать.

— Сейчас?

— Вечером, как отдохнешь. А сейчас собираем коней, барахло всё и едем дальше. Мне кажется, тех троих нам не догнать.

— А конину срежем?

— Жену свою спрашивай, она в курсе, что за яд. Вдруг мясо отравленное будет.

— Точно отравленное, муж мой! Яд куленчу проникает по крови во все куски дичи, её потом нельзя есть.

— И зачем он тогда?

— Он против людей, против наших врагов. Одна рана от стрелы не убивает воина, одна отравленная стрела убивает.

— Вот с кем мы связались. Блин! Ну хоть жрать нас не станут чертовы индейцы. — По-русски пробормотал Виктор, его услышали, но не поняли. Поняли только, что уважаемый маг сильно недоволен.

Глава 20

Встреча

На дневной стоянке их увеличившаяся колонна заводных и вьючных коней была накормлена и напоена в соответствии с «Руководством по эксплуатации». То есть травой покормили всех, а зерна задали в небольших количествах и только тем животным, что под седлом. Все эти заботы возлагались на Луну, а мужчины занимались своими важными делами. И нет, они не чесали пузо в теньке. Вик отрисовывал карту пройденного маршрута, а Мигель обслуживал арбалеты, так сильно их выручившие.

Да, арбалет — это вам не винтовка, целый день ходить с заряженным оружием не получится — дуга ослабнет, тетива растянется. И что тогда делать, если в пустоши он под рукой постоянно должен не просто быть, а быть заряженным? Вот и приходилось по очереди разряжать то одну машинку, то другую. Да и разрядить его тоже непросто. Снять болт с тетивы и просто спустить её выстрелом нельзя, может и лопнуть. Болт жалко, так что приходится таскать с собой специальные тупые массивные болты, выпускаемые в землю.

Между делом Мигель начал пытать напарника насчет того, как жить дальше:

— Вик, ты же маг, скажи нам с Луной, что делать теперь?

— Да ты и сам знаешь. — Увидев ожидаемое недоумение на лице друга Вик продолжил, — Ты арбалетом всегда умел пользоваться? С первого раза начал попадать?