"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Белая Яся - Страница 612

То есть, в ответ на мою глупость, граничащую с грубостью по отношению к нему, он сейчас сделал мне комплимент?

Сердце начинает бешено колотиться, становится тяжело дышать. Волнение, стыд, благодарность — всё смешивается и накатывает одновременно.

Хмурус, должно быть, чувствует моё смятение и предобморочное состояние, поэтому осторожно берёт под локоть и провожает к дивану.

— А мне понравилась идея — написать оду и прочесть её перед правителями разных королевств, — вклинивается в наш с Хмурусом разговор Анатоль.

Хмурус бережно усаживает меня, стаскивает с Мурчелло плед, на что мяв-кун отвечает грозным шипением, и укрывает меня. И лишь потом поворачивается к сочинителю.

— Идея действительно хороша. Тем более, что комитет намерен заминать ситуацию ровно до той поры, пока она не станет критической. А значит, помощи нам ждать неоткуда и рассчитывать можно только на себя. Поэтому мы поступим так…

Хмурус, кажется, берёт на себя бразды правления, и никто не возражает. Поэтому он продолжает уверенно и со знанием дела:

— Вы, Анатоль, напишите свою оду. И постарайтесь, чтобы она была проникновенна и патетична. А потом вы, Мелоди, распространите её. Только фее стихов под силу мгновенно передать информацию в умы людей.

Мелоди картинно и очень привлекательно смущается от похвалы.

— А потом вы, Анатоль, отправитесь с нами в академию и попытаетесь разбудить Лидию. Возможно, союз поэта и дочери последнего сказочника действительно наш шанс выиграть…

— Постойте, — я вскидываю руку и слегка приоткрываю рот, потому что меня внезапно осеняет. — А с кем же мы теперь будем воевать? Вы же поймали Чёрную Злобу и сделали из неё кота Шрёдингера.

Хмурус трёт лоб и, кажется, тихо рычит. Но поскольку ни одна я смотрю на него удивлённо и жду ответа, всё-таки решает снизойти до объяснений:

— Чёрная Злоба — цветочек. Капризная принцесса мрака, возомнившая себя владычицей. Но она сама — создание подневольное, марионетка, подвластная руке кукловода.

— И кто же этот кукловод? — подталкиваю я, всем своим видом показывая: сдаюсь! скажи!

— Сама Тьма, — говорит он просто. Но в комнате будто мгновенно темнеет, и чёрные тени тянут жадные руки изо всех углов.

Я забираюсь на диван с ногами.

— Даже крысоры так испугались истинной повелительницы Чёрной Злобы, что согласились с нами сотрудничать. Вернее, выдали свою союзницу с потрохами и ещё и посоветовали, как лучше её поймать. И, поэтому, Айсель, вам надо как можно скорее разбудить кудесника. Без него нам Тьму не одолеть.

— Но разве кудесник не просто оболочка, оружие?

Хмурус горько вздыхает.

— Спросите об этом своё сердце? Стало бы оно любить того, в ком нет души?

Меня немного потряхивает от такого благородства. Ведь Хмурус сейчас между своим и моим счастьем выбрал моё. Показал мне, что он полностью принимает мой выбор и мою любовь.

Я плотнее кутаюсь в плед.

Кажется, последние события подкосили меня.

— Чем скорее вы займётесь делом, Анатоль, — мгновенно переключается Хмурус, — тем быстрее мы отправимся в академию, и вы увидите свою Лидию.

— Хорошо, — отвечает Анатоль. Поэт демонстрирует полную готовность: в руках блокнот и карандаш, за плечом — решительная и настроенная на работу Мелоди. — Сколько у меня времени?

— Сегодняшняя ночь, — тоном, не терпящим возражений, произносит Хмурус: — Мурчелло, а ты проследи, чтобы они тут дурака не валяли. Судьба страны в твоих лапах, понял?

На морде мяв-куна отражается вся боль мира.

— Я вообще-то планировал поспать.

— Не дури, коты — ночные животные.

Мурчелло дыбит шерсть на загривке.

— Сколько мявжно говорить, мур, — Я. НЕ. КОТ!

— Верно, — соглашается Хмурус. — Ты — химера, мутант, плод больного воображения пьяных маггенетиков с дурным чувством юмора.

— Рррр! Шшшш!

— Вот и не умничай.

С этими словами Хмурус подхватывает меня на руки прежде, чем я успеваю что-то возразить, и уносить в соседнюю комнату, где аккуратно, как большую ценность, опускает на кровать.

— Вам нужно отдохнуть, Айсель, и как следует выспаться.

Улыбаюсь, но, наверное, вяло и вымучено:

— Я и так долго спала. Вон какая длинная история мне успела присниться. Даже приняла её за реальность.

— На самом деле вы спали всего полчаса, и этого мало для нормального самочувствия.

— Но я вряд ли смогу заснуть…

Он присаживает рядом в кресло, берёт за руку, проводит по ней большим пальцем.

— Тогда расскажите мне свою историю. У феи она должна быть чудесной и сияющей.

Мне становится тепло. Я устраиваюсь поудобнее и начинаю рассказывать. С самого рождения… Но — проваливаюсь в сон, так и не дойдя до совершеннолетия…

Последнее, что чувствую, перед тем, как окончательно уплыть в лодке сновидений, как Хмурус нежно перебирает мои волосы. Будто ласковый ночной ветер.

Глава 34, в которой я разбудила…

Утро встречает меня птичьими трелями из открытого окна и остывшим кофе на тумбочки у кровати.

Морщусь. Ненавижу кофе, а тем паче — холодный. Обращаю его в шипучий лимонад в длинном тонкостенном стакане.

Так-то лучше. Бодрость, свежесть, готовность к свершениям.

Потягиваюсь, улыбаюсь, навожу марафет с помощью магии и выпархиваю в гостиную.

Смотрят на меня если не с ненавистью, то с завистью — точно. Лица помятые, тёмные, глаза лихорадочно блестят. Даже у Мурчелло.

На полу — настоящие и преогромные — сугробы из помятой бумаги. Чувствуется, что мозговой штурм был тяжким и победа далась нелегко. Но судя по тому, как удовлетворённо сияет Анатоль, — всё удалось.

— Айсель! — поэт кидается ко мне, берёт за руки и усаживает на диван. — Ты должна это услышать! Я превзошёл себя!

Мелоди капризно надувает губки:

— Вот ещё! Справился бы ты, можно подумать, если бы моя лира не пела тебе!

— Вот-вот, мяв! — Мурчелло упирает лапу в бок. — А кто подсказывал тебе самые интересные рифмявы?! Кто кидался в тебя великолепными мяфтафорами?! Кто дарил ослепительные эпитеты?!

У мяв-куна даже шерсть пушится и идёт разноцветными искрами — так он горд собой.

— Ну-ну, — хмыкает Хмурус, потягивая кофе, — а если бы не мои критические замечания — вы бы так и продолжали мешать розовые сопли с возвышенным пафосом.

Анатоль улыбается.

— Друзья! Мы все молодцы! И это наш великолепный коллективный труд.

— Начинайте уже, — говорю я, поудобнее устраиваясь на диване и предчувствуя, что чтения будут долгими.

Анатоль выходит в центр комнаты, поднимает руку вверх, прикрывает глаза и произносит немного нараспев:

Вы когда-нибудь слышали скрежет металла по стеклу? Наверняка. Вот примерно что-то такое испытываю сейчас я. Даже уши зажимаю.

— Стоп! — кричу. — Стоп! Да вы издеваетесь? Это ода, которая должна поднимать на битву целые королевства?

Анатоль растерянно мнётся, а Мелоди задирает нос:

— Там дальше очень много хорошего! Ты же не дала нам и шанса раскрыться.

— Вот-вот, — влезает Мурчелло. — Не суди произведение по первым строчкам, мяв!

— Всё не так страшно, как вам видится, Айсель, — заключает Хмурус, отхлёбывая из чашки. Только сейчас замечаю, что на столике у его кресла чашек — уже целый арсенал.

— Я не верю! — мотаю головой. — Этого не может быть. Вы вчетвером за целую ночь не сочинили ничего стоящего? Да такого просто не может быть!

— Бинго! — Анатоль даже подпрыгивает, озарённый идеей. — Этого-то нам и не хватало. Веры в нас! Когда в тебя верит фея — всё получится.

— Обязательно получится, — заверяю я, чуть расстроенная тем, что так накинулась и накричала. Они не спали всю ночь, вымотаны и истощены. Но останавливаться нельзя. Нам нужна эта ода!