"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Белая Яся - Страница 682

Стоп.

Я пока не боец — даже руками особо шевелить не могу, покуда идет процесс трансформации, так что проверю на практике свои стратегически-тактические навыки. Колобки-сатанисты сбиваются в одну толпу, которая клином добравшись до места назначения, видоизменяется в сужающееся вокруг трех-четырех бродячих псин кольцо.

Сближение.

Собаки рычат и жмутся друг к другу, не понимая, что за хрень сейчас катит на них со всех сторон.

Залп.

Труп и три подранка.

Атака.

Единым порывом колобки набрасываются на скулящих собак с перебитыми костяными иглами лапами. Прыгают на шавок и вгрызаются всеми пастями, вырывая мясо, шерсть и куски костей.

Все закончилось до обидного быстро.

Прежних обитателей этой территории просто втоптали в грязь, даже не заметив особого сопротивления. Может тут еще найдутся такие стаи?

Шары Плоти притаскивают к моему логовищу изувеченные тушки и тут же отправляются дальше разведывать местнсоть. А все таки хорошо быть химерологом.

Вот возьму и повышу Повеление до сотки, тобы сразу все Подмосковье утопить в колобках, что тогда будете делать? Судя по тому, как они расправляются с трупами, лишенный брони и серьезного оружия человек познает на себе все, что испытывает кусок мяса, который перекрутили через ржавую мясорубку. Я вообще не уверен, что колобков можно убить чем-то помимо выстрелов из дробовика в упор. Рваная рана, нанесённая клыками одной из шавок, затянулась практически моментально. Ее края сошлись в единое целое и колобок пошел дальше наносить добро и причинять справедливость, правда, стал чуть меньше из-за лишения себя кусочка плоти, застрявшего у собаки в глотке, ну да ладно. Вот ткнешь его ножом или всадишь пистолетную обойму — и что дальше? Это же, считай, плотоядное тесто.

Решил не мелочится и вкидываю всю добытую биомассу в развитие себя любимого. Колобки — дело наживное, если я ускоренно прокачаюсь в машину смерти, то можно будет особо не париться на тему того, как и где достать материал для их разведения.

Еще две стаи и чей-то разлагающийся в подвальных помещениях труп со сломанными коленями. Плевать, мне нужно больше плоти!

За пятнадцать единиц улучшаю зубы и за десятку челюсти. Теперь я подобен вампиру. Еще пятьдесят уходят на грудную клетку.

Это больно и долго.

Ребра разрастаются, соединяясь в один костяной щиток, заслоняющий собой мое сердце и часть потрохов. Сделать это непотребство более крепким стоит сотку, так что пока повременим. По десять на каждое глазное яблоко, добивая остроту зрения до ста процентов и добавляя возможность в любой момент переключиться на подобие бинокля с трехкратным увеличением изображения.

Колобки-мутанты под чистую вырезали все и вся, что успели обнаружить на заводе. Отныне это полностью моя территория, пока не припрутся черти, кишки которых я разбросаю по потолкам и пустым провалам окон.

Покуда идет процесс улучшения полистал справочник. На десятом уровне мне дадут возможность выбрать Специализацию. То есть вид тварей в создании которых я буду нереально крут. Можно, конечно, остаться чуваком широкого профиля, но Специализация дает слишком жирные бонусы, да и клепать других монстров никто не запрещает.

Останавливаю выбор на Инсектоидах.

По мне, просто идеальный вариант для полномасштабного геноцида кожаных ублюдков, хе-хе-хе.

Адовый показатель плодовитости, живучесть, бесстрашие и возможность создания Королевы и Матерей, что станут моими ближайшими помощниками, репродуктивными центрами и умелыми полководцами. А вот на пятнадцатом станет доступна вербовка культистов. Как это происходит — просто шмаляешь в кого-нибудь костяным дротиком со специфическим нейропсихическим раствором. У подопытного будут жесткие бэд-трипы с напитыванием отдельных участков мозговой коры определенными гормонами, плюс, он будет видеть мультики о том, насколько же это круто служить мне. Если человек окажется слаб, то сразу же перейдет под мой полный контроль. У него сохранятся прежняя личность, навыки и умения, он будет практически ничем не отличим от себя прежнего, разве что в нем будет пылать фанатичная преданность мне.

И… все.

На таком животрепещущем моменте пособие для начинающих химерологов сообщило, что его полномочия все, дальше старина Хим должен действовать сам, ну или найти уже новый справочник, но для адептов химерологии.

Неплохо. В любом случае вполне достаточно для начала порабощения Подмосковья.

Хим Первый, Хозяин Москвы. А мне нравится.

Нет, серьезно, круто звучит.

Интерлюдия. Тролль

Кхгыр, в отличии от большинства своей братвы, был нереально умным.

Нет, серьезно, он на их фоне считался настоящим гением, за что его и выгнали из племени. Умным тут не место. Он умел считать до трех, открывать украденные бочки с пивом глазом, складывать слова, смысл которых слабо понимал, в короткие предложения и неплохо избегал встреч с теми, кто имел все шансы на полную и безвозвратную аннигиляцию одного молодого горного тролля.

И нет, это не было его врожденной особенностью.

С момента рождения, едва его тело, зародилось в скале, из которой вылупилось подобно птенцу, он был неотличим от своих многочисленных братьев, рожденных одной горной грядой. Они были рождены, как стражи далеких пиков, терзающих своими верхушками брюхо небосвода, разрывая облака. Они рождаются в камне, живут среди камня и умирая, так же отправляются в камень, дабы дать жизнь уже своим детям, что будут рычать на солнечный свет, грабить близлежащие поселения и жестоко убивать всех, кто посмеет осквернить горы своим присутствием.

Тут скорее сыграло свою роль, что один из карнизов, что примыкал к выходу из пещеры, оказался не так надежен, как ему показалось. И камень предательски раскрошился под весом четырех с половиной метров мышц, увлекая Кхгыра вниз, в пропасть.

Его знатно переломало, но не убило. Горы редко лишают жизни своих детей, разве что время от времени калечат их, преподавая уроки, суровые, как ущелья и каменистые плато.

Кхгыр лежал под завалом и пытался понять, как такое могло произойти.

Сломаны ноги.

Сломаны руки.

Сломаны ребра.

Перебит позвоночник.

Густая черная кровь мерзостно хлюпает в разорванных потрохах при неосторожных телодвижениях.

Даже крепкий череп как-то умудрился пробить, заливая тупорылую морду мозговой жидкостью.

Каждый вдох и выдох сопровождается болью. Не такой сильной, как могло показаться от такого обилия травм, все же он тролль, а не погулять вышел, но боль — это боль, какой бы незначительной она бы не казалась.

Кхгыр не боялся умереть.

Его жизнь — служение горам.

Да и такие раны относительно быстро заживут, нужно только подождать. И он начал ждать, даже не пытаясь вылезти из-под каменного одеяла в таком плачевном состоянии, сложно ворочать валуны, когда у тебя открытые переломы всех конечностей.

А потом Кхгыра нашел человек.

Кхгыр любил человекав. Они были слабыми, никчемными и жалкими, но вкусными, как сырые, так и прожаренные на медленном огне. За ними было приятно гоняться, потешая внутреннего охотника — среди скал мало развлечений и игры с едой одно из немногого, что может скрасить прохладный вечер. Их кости ломались со смешным хрустом, примерно настолько же смешным, как и звук, производимый, когда на них наступаешь или размазываешь по камню другим камнем. И кровь, непривычно яркая, красная, что забрызгивает собой все и вся на несколько метров, так приятно пахнет.

А еще, иногда, когда Кхгыр с несколькими другими братьями выходили из пещер и спускались с гор, наводя ужас на хутора и села авантюристов, что время от времени совершают набеги на заброшенные штольни в поисках сокровищ, но находят лишь обглоданные и раздробленные троллями скелеты, к Большому Костру их племени приносили человекав, которые были как человеки, только не совсем. Они были меньше, слабее и с длинными волосами. И мясо у них… нежное, что тает в пасти. Но гораздо чаще их натягивали на… честно говоря, Кхгыр не знал как называется штука, что болтается у него между ног и почему он хочет прикрывать ее шкурами пещерных крыс. Да, натягивали, именно так это со стороны и выглядело. Кхгыр сам пару раз попробовал и ему понравилось, как агонизирующая и вопящая от разрываемых внутренностей штука, сжимает его палку. Иногда такие человеки умирали в процессе, но на это мало кто обращал внимания. Доделывали дело и жарили на костре, а если так сильно залили семенем, что оно лезло из ушей, то скидывали в темноту самых дальних переходов шахт — крысам тоже нужно питаться, не один же мох жрать, от него они с каждым поколением становятся меньше, порой не дотягивая Кхгыру даже до колена. Иногда, когда тролль понимал, что вот эта дырка ему понравилась в разы сильнее, чем предыдущие, он расковыривал острым камнем кожу на ладони и отпаивал бессознательное тело своей кровью. На человекав кровь родичей Кхгыра производила довольно необычный эффект, возвращая их буквально с того света. Возможно, именно из-за этого время от времени в их горы приходили большие группы человекав с острыми железками в руках и тупыми железками, в которые они завернулись, как в меховые шкуры. С ними было особенно весело. Вот, и когда мясо для ебли снова возвращалось в мир живых, тролль что застолбил все ее дырки, развлекался с нею, покуда остальные ковырялись костями в зубах или просто грустно смотрели на это, потому что их дырки уже померли, а новые еще не пришли. Спустя несколько месяцев, когда пленницы окончательно сломались от непрекращающейся боли, приносимой здоровенным членом дробящим кости таза и перекручивающим кишки, но они раз за разом не отправлялись на встречу к своим богам, у них начинали расти животы. Они понимали что это значило, и если окончательно не слетели с резьбы, потеряв свою личность, то плакали громче и дольше. А потом их животы лопались, дабы оттуда вылезли два-три полутролля. На этом мучения матерей заканчивались, ибо тела сжирали новорожденные. Полутролли были заметно меньше обычных троллей, но быстрее, умнее и не имели так сильно выраженной тяги к горам. Они спускались и исчезали в долинах, вроде бы, создавая там свои кланы и племена.