Хозяин теней. 5 (СИ) - Демина Карина - Страница 49

— У неё сифилис, — бросил он, снова загораживаясь платочком.

— Чего?

— Французка.

— Чего⁈ — девка прямо протрезвела. — Да врёшь ты всё…

— Недавно. Поэтому явных симптомов нет. Хотя ты, скорее всего, знаешь или подозреваешь…

— Врёт! Врёт он всё!

— Но весьма скоро меркин[4] тебе понадобится, — Роберт Данилович окинул девицу насмешливым взглядом. — Советую присмотреть заранее. Тут дело такое, важно подобрать тот, что будет смотреться естественно. Идёмте. У меня и вправду времени немного.

— Тварь! — визг девицы ударил по нервам. — Да будь ты проклят! Да чтоб твои глаза жабьи повыпучивало! Чтоб руки отсохли! Чтоб корень твой узлом завязало да не развязало!

Да уж, ругались здесь много и с фантазией. А я себе поставил заметку помыться, как вернусь. Дважды. И одежду перестирать с дегтярным мылом.

Вот так пойдёшь за приличным человеком, а он тебя приведёт невесть куда.

Король устроился на втором этаже. Снова тот же узкий полутёмный коридор. Лампочки светят через одну. Но на полу — ковровая дорожка. Но эта с виду почище.

— Явился, — Король сам выглянул. И сразу как-то стало ясно, что именно к нему Роберт Данилович и шёл. — Долгёхонько ты добирался, Робертушка…

— Мы так не договаривались, между прочим.

— Может, и нет, — Король пожал плечами. Был он высок и крепок, и двигался, пусть неспешно, тягуче, но так, что ясно было: эта неспешность — не более чем маска. Как и домашний стёганый халат с кистями. Халат наброшен поверх белой рубахи. На ногах тапочки. И сам Король похож на этакого доброго барина, уже раздавшегося от праздной жизни, обзаведшегося парой-тройкой дурных привычек и краснотой лица, но при том сохранившего ещё былую стать. — Но тебе и вправду охота мокнуть? Вона, я эту погоду знаю… сейчас закапает.

Оно и вправду закапало. Невесомая будто бы взвесь набрала плотность, перерождаясь в долгий унылый дождь из тех, что могут идти сутки напролёт.

Холодно, мать вашу.

— Садись вон. Сейчас чайку принесут. Или ты кофею больше? Шоколаду? Хотя что это я, тут надо что-то иное. Голодный? Ай, чего спрашиваю. Наверняка голодный, — Король поднял колокольчик и позвонил. А когда дверь приоткрылась, велел: — Принесите нашему гостю ужин.

— Так-то… да, — Роберт Данилович разом успокоился. — Уж извини за резкость. День сегодня нервный больно.

— Бывает, — Король кивнул и сам устроился в кресле.

А мы огляделись.

Ничего такая комната. С претензией. Обои по новой моде зелёные да с позолоченными цветами. Камин, самый настоящий, и огонь горит, и Тьма ощущает жар, от него исходящий. На каминной полке красуются часы и фарфоровые балерины. Пол укрывает медвежья шкура, выделанная с головой. На лапах когти, в пасти поблескивают белые зубы, а стеклянные глаза ловят отблески пламени.

Пара кресел.

И стол у окна. В комнату уже вкатывают другой. И не девица, но мрачного вида тип, ломаные уши которого выдают, что жизнь его была полна сложностей. Белый передничек на нём смотрелся бы забавно, да только никто не улыбается. А громила вкатив столик, уходит. Правда, недалеко. Встаёт за дверью, массою своей эту дверь перегораживая.

Любопытно.

— Кушай, дорогой. И сказывай… что ты там про девку кричал?

— Я не кричал.

— Ай, всё равно. Больная?

— Да.

— Уверен?

— Так-то надо глянуть, но я чувствую, что да.

— Глянешь, — Король не спросил, но поставил перед фактом. А Роберт Данилович кивнул, только уточнил:

— Лечить?

— А она знала, что больна?

— Вряд ли. Симптомы… могла и пропустить, — в голосе сомнения, и Король кивает, принимая их.

— Тогда лечи. Может, и остальных посмотришь? Девки-то хорошие. Свежие.

— Если надо, — Роберт Данилович чуть морщится. И это не остаётся незамеченным.

— Не думай. Не обижу.

— Да и в мыслях не было! — поспешил заверить целитель. — Тем паче, что есть у меня дело… тоже просьба личного свойства… хотя, конечно… но нет… надо убрать одного… человечка… так, чтоб со мной это не связали. Да и вовсе лучше, если будет похоже на обыкновенное там… происшествие… ограбление или…

Он выдыхает и поднимает серебряный колпак, под которым обнаруживается красивый, прям хоть на картинку, кусман мяса с зеленым горошком и ещё чем-то. Явно не в здешней таверне готовили.

— Интересно… и кто ж тебе это дорогу перешёл?

— Да… так… один… не важно.

— Ошибаешься, дорогой. Очень даже важно. Не всякого человека можно взять и убить так вот, — Король щёлкнул пальцами. — Одних-то легко. А с другими… с другими возникнут сложности. Или в процессе. Или уже после. А моё дело — избегать сложностей. Особенно сейчас.

— Почему?

— Почему избегать? Так ведь кому они нужны, эти сложности?

— Нет. Почему сейчас? Что-то случилось?

— Случилось… наверхах вон решили порядки навести. Этот… пресветлейший и пресвятейший, чтоб его… и наводят. Оно, конечно, дело обыкновенное, и прежде случалось. Да знающие люди донесли, что собираются крепко городишко наш перестраивать. И нас, стало быть, тоже…

— Слухи.

— Слухи, — согласился Король. — Слухи, они такие… веры им нет, но и знать надобно, о чём люди говорят. А говорят, что там…

Он указал пальцем на потолок.

— … только повод и надобен, чтоб пресветлейший обратил взор свой на скорбные дела наши. Точнее, чтоб право получил сюда лезть и не с жандармерией, но сразу с войском. Нам же, как понимаешь, внимание это ни к чему. И повода давать не след. Я и до своих-то довёл, чтоб поунялись, а лучше и вовсе пока не беспокоили приличных людей.

— Отказываешься?

— Нет. Понять хочу. Ты ж вон и сам на многое способен. А тут ко мне. И сам. Прежде-то ты меня не жаловал. А тут вон прям заприятельствовали вдруг, — сказано было не с упрёком, скорее с насмешкою. — Да ещё этак вдруг о встрече попросил, прям в срочности небывалой. Что случилось? Да ты кушай, кушай. На голодный живот какие беседы-то?

— Чтоб… — Роберт Данилович совету последовал. — Не могу я сам. Не получится. Этот человек… он почует… и ответит. И… и он тоже на многое способен.

— Целитель, стало быть?

— Да.

— Вот ведь… целителей убивать нехорошо, — Король покачал головой. — Они под рукою Господа.

— Он… он на жандармов работает.

— Ещё лучше, — новость Короля не обрадовала совершенно. — Умеешь ты, Робертушка, врагов себе находить.

Роберта Даниловича от этой фамильярности прям передёрнуло. Он даже привстал, но Король взмахнул рукой и велел:

— Рассказывай.

— Да…

— Не финти, Робертушка. Ты не просто так ко мне пришёл. Ты меня никогда-то не жаловал. А теперь вот должен окажешься. И понимаешь сие распрекрасно. Но готов этот долг на шею свою повесить, как тот хомут.

Роберта Даниловича прям перекосило.

— И выходит, что этого человека ты боишься больше, чем меня. Вот мне и любопытно, как так оно вышло? И почему? Явно ж не потому, что бабу не поделили. Так что не жмись, рассказывай, как оно есть.

— Я не уверен, но… — Роберт Данилович потёр руку, которую Николя пожимал. — Мне кажется, что он понял. Понял, на кого я работаю. И с чем. А значит, в том не только мой интерес, Король. Поверь, если Николушка заговорит… а он рано или поздно заговорит, он ведь не только чирьё на жандармских задницах выводит, нет… он давно с ними сошёлся. Так что, придут. Сперва за мной. Потом и за тобой.

[1] В своё время часы со светящимися стрелками были весьма популярны. Так, в США корпорация «US Radium» выпускает модель «Undark». Стрелки и циферблат этих часов покрываются специальной люминисцентной краской на основе радия. Наносилась она вручную. Кисточки были тонкие, пушились и для восстановления формы работницы их облизывали. В итоге работницы фабрики начинали массово болеть — анемия, истончение костей, частые переломы и некрозы челюсти. Дело закончилось в 1928 г, когда пять работниц подали в суд с требованием компенсации. История получила огласку и заставила правительство ужесточить меры по охране труда на сложных производствах. В СССР также выпускались радиоактивные часы вплоть до 60-х гг — «Урал», «Кама», «Победа», а также специальные часы для водолазов.