Тени столь жестокие (ЛП) - Зандер Лив - Страница 15

Что ж, пусть поглотит это.

Я плюнула в него. Попала мимо рта всего на ширину пальца, но достаточно, чтобы капля ударила по его нижней губе. Голова Малира дёрнулась назад, глаза распахнулись от шока.

— Это самое близкое, как мои губы когда-либо коснутся твоих.

На миг Малир застыл, словно окаменев, ощущая, как плевок стекает по подбородку. Но вскоре это оцепенение сменилось яростью: чёрная тьма вспыхнула в глазах, тяжёлый рык поднялся из глубины груди, а пальцы на моём горле сжались так, что дыхание едва не вырывалось в хрип.

— Хочешь ненавидеть меня? — его голос прорезал холодный воздух. — Отлично. Пусть будет так.

Он гнал меня назад, шаг за шагом, пока край скалы не исчез под пятками, и лишь пустота зияла за спиной. Ветер раздувал выбившиеся тени, тянул их из его глаз, словно сам воздух был пропитан мраком.

— Что предпочитаешь? — прошипел он. — Отсчёт до пяти… или внезапный толчок? Выбирай.

Я повернула голову в кольце его руки и вскинула подбородок, глядя прямо в его бездну.

— Всё равно. Я скорее разобьюсь о скалы, чем свяжу себя с тобой.

На долю секунды тьма в его взгляде дрогнула, словно уступая место чему-то человеческому. Но затем он наклонился к самому уху, и низкое рычание прокатилось по коже горячей волной.

— Лети, Галантия.

И он толкнул меня в пустоту.

Глава 10



Галантия

Наши дни, утес Тайдстоуна

Сердце громыхало в груди и гнало кровь по венам с такой оглушительной силой, что её рёв сливался с ужасом, сжимающим мою душу. Холодный воздух обжигал кожу, волосы хлестали по лицу в бешеном вихре. Соль жгла губы, брызги волн ложились на щёки. Скалы мелькали мимо в размытом беге, бездна глотала меня целиком, пока…

Ослепительная вспышка разорвала меня изнутри.

Белые, чистые, как снег, перья проросли из каждой поры, ловя ветер и расправляясь в крылья. Крик ужаса изменился, переродился в торжественный хор моего воронья, когда мы скользнули по потоку воздуха.

Сильный порыв ударил в крылья.

Мир перевернулся.

О нет!

Вспышка теней возникла слева, справа… повсюду. Пять чёрных воронов врезались в поток, присоединившись к нашему воронью. Они держались рядом, принимая на себя ярость ветра и рваные потоки воздуха.

— Малир?

— Вниз, — прохрипел голос где-то внутри нас, когда к стае присоединились ещё пять чёрных воронов. — На пляж, милая, иначе течение унесёт тебя в море.

— Себиан?

Мы снижались, ведомые чёрным авангардом воронов. Они пикировали, парили, закручивались спиралью, искусно направляя порывы так, чтобы ветер нёс нас в нужную сторону.

Запах соли, водорослей и мокрого песка становился сильнее. Шёпотный рёв волн звучал всё громче. Вороны фланкировали4 посадку, их кончики крыльев временами касались наших. Строй распался, каждая птица выбирала своё место на пляже. Мы коснулись земли, и холодный песок под снегом обжёг ступни, пока слепящая магия не вспыхнула снова.

Острая дрожь пробежала по босым стопам, вырвав из меня вздох, и я обхватила обнажённое тело руками. Я сделала это! Я обратилась — и долетела сюда!

— Богиня, помоги, да все твои вещи, что, в бухту упали? Туфли? — Себиан ещё стряхивал с себя тени и перья, возясь с завязками чёрного плаща поверх коричневой кирасы. Узел на его макушке растрепался, щёки и подбородок щедро усыпала чёрная щетина. — Да ты же простудишься к чёрту. На, возьми. — Он быстро накинул плащ мне на плечи, а потом рявкнул через плечо: — Я видел, как ты её толкнул. Ты с ума сошёл? Она могла улететь в море!

Малир лишь отвернулся от Себиана, прошёл несколько шагов к скале и носком сапога раздвинул голые кусты вдоль уступа.

— Но не улетела.

Себиан раздражённо хмыкнул.

— Она могла умереть от холода.

— Ты и правда думаешь, что она не учла такую возможность, прежде чем прийти сюда? — Малир вытащил знакомый коричневый свёрток из кустов и бросил его в снег у моих ног, снова показав, что следил за мной. — Она спрятала здесь три таких, прекрасно зная, что после обращения будет обнажённой, и даже облизала палец, подставив его ветру, чтобы понять, куда её отнесёт.

Я наклонилась и вынула из коровьей шкуры, защищавшей вещи от влаги, тёплое коричневое платье, сапоги и большой шерстяной шарф.

Обернувшись в шарф поверх платья, я вернула Себиану его плащ.

— Что вы оба здесь делаете?

— Уводим тебя отсюда до атаки, — сказал Себиан и схватил меня за руку. — Давай. Следуй за моими воронами, я отведу тебя в наш лагерь.

— Какой лагерь? — Я уставилась на его изрезанные шрамами пальцы, сплетённые с моими, и поспешно высвободилась, пока он… не знаю… не заставил меня снова обернуться. — Нет. Я не уйду. Не пока не найду свой амулет. Я так близка к нему!

— К черту амулет. — Он раздражённо рубанул воздух рукой, тут же проведя ею по чёрным синякам на шее, которые щетина не могла скрыть… метки теней? — Сейчас это не главное.

— Для меня главное!

— Пока ты не окажешься мёртвой под камнями и обломками. — Сжав челюсти, он посмотрел на Малира. — Если ты хотел хоть чем-то её убедить уйти, а не просто стоять тут столбом, сейчас самое время.

Малир скрестил руки на груди, вглядываясь в меня долгие молчаливые секунды. Его глаза снова стали обычного серо-коричневого оттенка.

— Ты сказала, что близка к амулету. Насколько близка?

— Да какое это имеет значение? — резко спросил Себиан. — После атаки времени хватит с лихвой, чтобы искать его.

— Осады имеют привычку навсегда скрывать вещи под обломками и камнями, — сказал Малир. — И это только если выжившие слуги не унесут амулет вместе с другими драгоценностями, прежде чем сбежать из крепости, когда начнется резня. Время еще есть.

Себиан сделал шаг к Малиру, так широко расправив плечи, что его спина казалась необъятной.

— Если ты всерьез собираешься позволить ей вернуться в Тайдстоун, Малир, то ты дерьмовая, блядь, убогая пара.

Глаза Малира сузились до опасных щелок, в них вспыхнули искры ярости, соперничая с диким ветром, хлещущим вокруг.

— Тебе лучше знать, что значит быть дерьмовой парой.

— Это низко, — парировал Себиан, — даже для тебя. И это, сука, о многом говорит.

Они смотрели друг на друга, энергия между ними была пропитана взаимной агрессией, воздух густел от напряжения, которого я никогда прежде не ощущала между ними. Никогда. Вражда была почти осязаемой, и я переводила взгляд с синяков на лице Малира на теневые метки на шее Себиана. Боги, они дрались? Из-за меня?

Или… за меня?

Предательские мурашки пробежали по груди, но я внутренне отмахнулась. Боги, ну и глупая же я девчонка…

— Это решение не вам двоим принимать, — сказала я, вставая между ними и делая глубокий вдох, потому что следующие слова было больно произносить. — Но Малир прав: риск потерять амулет навсегда слишком велик.

— Вот видишь, — Малир ухмыльнулся Себиану и пожал плечами, затем посмотрел на меня. — Где именно амулет? Ты его нашла?

— Не совсем… — я покачала головой. Малир зашипел низко, что могло означать лишь одно: снова скрытый мотив. — Почему тебе так важно, чтобы я его получила? Что он для тебя значит? Еще один… как ты там сказал, знак привязанности? Как мой аноа?

— Так трудно в это поверить?

Себиан усмехнулся.

— Дай угадаю: ты не можешь связать ее без ее дара, да? Наверняка из кожи вон лез, чтобы его заполучить и закрепить связь. И явно без успеха.

Я посмотрела на Малира. Ничуть не удивленная, но сердце все равно болезненно сжалось — значит, оно еще не окаменело к его корыстным мотивам.

— Такая уж привязанность…

На лице Малира мелькнуло что-то… неловкость? стыд? — но тут же исчезло, сменившись холодной, стальной маской, когда он уставился на Себиана.