Что-то остается - Кузнецова Ярослава - Страница 85

Я мотнул головой. Буду выдираться у вас, ребята. Перебивать вам приказ. Останавливать. На одной чаше весов — вы, на другой — Стуро и Альса. И выбор мой сделан. Придется остановить вас. Нехорошо делать это, поев с вами из одного котла. Что бы там не говорил Рейгелар об усыплении бдительности. Я буду с вами честен. Пока смогу, по крайней мере.

— Зря, — вздохнул Арито, поняв мои мысли, — До Кальны путь неблизкий.

Вот именно. Хотя мне нужно торопиться. Против полной связки у меня шансов нет.

Они поели. Кашу с мясом. Кайр здорово готовит. Ладно, нечего слюни пускать. От грога я тоже отказался. Опять припомнил оставленную на полке в доме лимрскую… Ничего. Ничего, еще, может, доберусь до нее, родимой… Доберусь. Иначе — никак.

Даул проверил мои веревки. Неужели связывал — не Тан? Может, Рейгелар? А, один черт — хрен вывернешься. Но ведь вам все равно придется развязать меня. Сейчас холодно, кровь разгонять — придется, а то замерзну я у вас. Однако Даул Рык — не новичок в делах перевозки. Он растер меня, не развязывая, даже из мешка не вытряхивая — ловко, споро, тщательно. Значит, если развяжут, то только завтра… Плохо.

Ребята, где вы сейчас? Может, все-таки смогли — убежать, спрятаться?

Ты же эмпат, Стуро — услышал чужих…

Собаки. Лохматые мои. Вот уж кого — точно… Не станет же Тан брать живыми вас.

Редда, хозяюшка… Ун, малыш… Простите меня, псы. Простите.

Даул остался дежурить. Близнецы развернули подстилки.

Я пялился в черное низкое небо и выть хотелось от густой, давящей тоски. Почему я не оставил тебя тому альхану, Редда? Зачем завел Уна? Одиночества забоялся, ишь! А то, что их теперь…

Даул вытащил трубку и кисет.

— Уо-у-у-у!.. У-уо-о-у-у-у!..

Волки?

Редда?!

Сам же учил ее — под волка…

Даул чуть повернул голову на звук.

Не обращай внимания, учитель. Пожалуйста, не обращай внимания.

Я сглотнул, потом выдавил:

— Дай затяжку.

Брови его шевельнулись. Что курить одну трубку, что есть из одного котла — разница невелика. Не выдержал, значит?

Да, да. Не выдержал. Сопля.

Раскурил трубку, всунул мне в зубы.

Я затянулся поглубже, горло перехватило — закашлялся. Ну, мог я, в конце концов, забыть за четыре с лишком года, что Даул курит «черный талим», всем табачищам табачище, крепче моряцкого? Мог ведь? Вот и забыл. Теперь бы только не переиграть.

Даул приподнял меня за плечи, встряхнул. Я продышался.

— В поясе — трубка. Если вы не выбросили.

Грустная усмешка.

Даул запустил руку в мой мешок, нашарил пояс, в нем — курительные принадлежности. Пока он набивал мою трубку моим же табаком, я спросил, чтобы отвлечь его, помешать услышать Редду, мою Редду:

— Как вы нашли меня?

Даул поднял голову, глянул.

— Зачем тебе это?

— Хочу знать.

Пожал плечами.

— Ладно. В Канаоне ты наследил. Были опасения… Но я знал, что этого ты не сделаешь.

Вот как? Честь Семьи? Нет, учитель. Не в Чести Семьи дело. Просто обратиться за покровительством к чужим, выставив своих на посмешище — ваа, как говорит Стуро, но разница-то в чем? Сменить Кальну на Канаону, положение Главы Семьи на роль забавной игрушки? Я ведь хотел…

— Хвосты ты спрятал удачно. Мы почти три года искали ниточку. Уходить без собаки — ловко. Молодец. Если бы ты совсем от нее избавился, мы тебя вряд ли отследили бы.

Знаю, Даул. Знаю. И тогда знал. Ну и что с того? Если я не расстался с Реддой ради ее безопасности…

— Пришлось брать «широкий веер», — сказал он, подбросил в огонь хворосту. — И все равно, возились порядочно.

«Широкий веер». Значит, вы отмотали меня у Догара. Прости, Волчара. Хотя — Тан с барабанчиком… Чтобы не оставлять следов…

— Охотник?..

— Склочный тип, — ответствовал Даул. — И как ты с ним уживался?

Легкой дороги, Догар. Прости меня.

— Так и так оставался небольшой район, — Даул подвинул к огню котелок с недопитым грогом. — Но ты сам пришел в гостиницу. Тан узнал тебя.

— У-уа-оу-у… — тихонько.

Даул поморщился. Все правильно, учитель. Все верно. Пес-телохранитель голос без команды не подает, даже «волчий». Значит — волки и есть. А с волками довольно легко справиться, если они все-таки решатся напасть, несмотря на костер. Ты один прекрасно справишься с волками. Нет никакой необходимости будить сладко посапывающих близнецов…

Ох, не зря я тебя переучивал, хозяюшка. Не зря старался, ставя полную противоположность тому, чему обучал — Тан. Не зря…

Они уже совсем рядом, я даже, кажется, услышал Уново пыхтенье… Звери мои, звери… Не подведи, Редда, девочка… пожалуйста, не подведи…

— Хог!

И бурый всплеск обрушился на спину Даула, а Редда метнулась к спящим.

Раз горло, два горло… четыре удара сердца…

Успели ли близнецы понять?..

Тут же подскочила к малышу.

Но все было уже кончено. Ун не дал Даулу развернуться. Сломал шею. Сразу. Почти двести фунтов очень злого живого веса…

— Хорошо, звери. Спасибо. Хорошо.

Туман в глазах какой-то… Спасибо, лохматые. Спасибо, что живы. Спасибо, что пришли. Трое на трое нас было. Нас — против них… И вот их — нет, а мы — есть…

Редда — лапами отгребла мешок, деловито пережевывает веревки. Не забыла, хозяюшка моя. Не забыла Танову науку…

— А-ах?

— У-ум-р-р.

— Баф.

Малыш присоединился.

Зверье мое, раз вы живы, значит, ребята проснулись и выпустили вас. Выпустили — чтобы вы меня нашли. А сами? Сами ведь вполне…

Имори! Они могли пойти к Имори! За помощью. А?

Поднапрягся. Веревки лопнули. Ун радостно взгавкнул и залепил мне лапищами в грудину. Отозвалось резкой болью. Тан бил. Точно — он.

Боги, я — живой. Живой!!! И собаки живы! И ребята вовсе необязательно уже — по мешкам. А тогда…

Ладно. Перво-наперво — оружие.

Я поднялся и подошел к близнецам. У Кайра были открыты глаза и стыло в них последнее — недоумение и страх…

— Чистая работа, хозяюшка.

Улыбнулась. Ун лапой перевернул на спину тело Даула — безвольно мотнулась голова — дескать, а я? Глянь, как хорошо.

— Да, малыш. Да, — прокашлял комок, закупоривший горло. — Хорошо. Молодчина.

Смерть пришла раньше понимания, кто убивает и почему. И близнецы не успели проснуться, не успели ничего сделать… Даул, ты натаскивал меня, ты опекал Лерга; Кайр, Арито, близнецы-неразлучники, рассказывают, в детстве каждый из вас говорил о себе только «мы», я так завидовал вам, вы ведь были братьями не потому, что так захотел Железный…

Оружие. Шевелись.

Подволок к костру поближе все торбы.

Здесь — еда.

Это — Даулова, вон короткая дубинка, метатели, кисетище «черного талима», меч-полуторник… И мой нож. Дедов подарок. На место. Дубинка не нужна, а метатели можно прихватить. Меч… Меч — его. Пусть ему и останется.

Если бы можно было по-другому! Но — приказ получен. Сами вы не остановитесь. Вы, родные мои люди, связка моя, никого, кроме вас у меня не было, и теперь…

Прекрати. Прекрати сейчас же. У тебя есть твоя работа. Вытащить ребят из неприятностей, в которые они вляпались по твоей милости. Будь ты один — вот твой нож и полковое знамя тебе в руки. Ты — не один. Связка у тебя за спиной. А те, кто тебя вырастил, кто был тебе друзьями — они идут убирать твою связку. Значит, ты должен их остановить. А все остальное — потом. В Андалане. Если доберешься до Андалана. Понял?

Вот так. И руки трястись перестали.

Вот так. Это уже лучше.

Тут — опять еда. Вяленое мясо.

А этот мешок — Кайра. Он безалаберный, Кайр, все вперемешку… Лиаратская плеть зачем-то… Кисет… Пряности в мешочках… Чистая рубаха… Три арканных мотка… Тенгонов нету.

И у Арито тоже. Не любят близнецы тенгоны… Не любили. Длинный кинжал. Хотя Арито зовет… звал его коротким мечом. У Имори похожий… Не пригодится.

Все. Хватит. Возьмем эту торбу, в нее — метатели. И — «снегоходки». И довольно. Лошадь — Кайрову, а то только выяснения отношений с нилауром мне не хватает. Все равно, как только смогу, сверну на тропу свою.