Миры Бесконечности - Боумен Акеми Дон - Страница 68

Я поворачиваюсь и вижу, как он озабоченно хмурит лоб. Гил не понимает, зачем мне это… почему я не могу просто забыть о девушке.

Но для меня ее спасение – единственное, что имеет смысл. Единственное, что кажется правильным поступком.

Я начинаю подниматься по следующей лестнице, но Гил вдруг обхватывает меня руками и опускает на пол рядом с собой. Я пытаюсь ударить его локтем в лицо, словно мы вновь оказались на тренировке, но он с легкостью уворачивается.

– Отпусти меня, – шиплю я, извиваясь в его объятиях, пока он тащит меня на кухню.

Когда он наконец выпускает меня из рук, я замечаю, что его лицо раскраснелось, а взгляд стал строгим. Но при этом Гил все еще пытается сохранить хоть какое-то подобие спокойствия под вуалью.

– Я должна найти ее, – выдыхаю я и вновь качаю головой.

Ни за что не брошу эту девушку здесь. Она должна знать, что кто-то пытается ей помочь. Что я пытаюсь ей помочь.

Я должна защитить ее, и кто знает, вдруг кто-то так же станет бороться за Мэй.

Должна услышать.

И вдруг я слышу гул в голове. Сначала это напоминает какую-то вибрацию. А затем сквозь нее пробиваются шипящие голоса.

«Слушай», – этот шепот кажется громче крика.

И я подчиняюсь.

«Нн… ди… сс», – требуют они.

Я распахиваю глаза и смотрю на Гила:

– Ты слышишь это?

Он хмурится:

– О чем ты?

– Шепот, – объясняю я. Происходящее настолько удивляет меня, что я не испытываю и капли испуга. – Они пытаются мне что-то сказать.

«Нн… ди… сссссс», – вновь раздается шепот.

Беспокойство Гила возрастает:

– Нами, я ничего не слышу.

– Они говорят… – Я вновь все прокручиваю в голове. – Не могу понять.

Я стараюсь сконцентрироваться на голосах, но гул становится все громче с каждой секундой. Я вздрагиваю, и Гил берет меня за руку.

– Не знаю, что творится у тебя в голове, но ты должна закрыться от этого шепота. Думаю, это ловушка. Думаю, это они.

Его глаза становятся невероятно большими от страха.

Я с ужасом смотрю на него. Неужели я смогла связаться с ними так же, как с Офелией?

«Нет, – мысленно возражаю я, стараясь остановить панику. – Я не могла… Я сделала это не нарочно…»

Но если нас слышат Колонисты… значит, они знают, что мы здесь…

Что я наделала?

Вдруг из кухни выходит слуга с застывшей улыбкой на лице.

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

Я смотрю на Гила. Он случайно сбросил вуаль, пока пытался спасти меня.

И мы оказались совершенно беззащитны.

Осознав это, мы вылетаем через служебный вход для слуг и мчимся по лесу, оставляя дворец и шепот позади.

Глава 38

Небо наполняют Гвардейцы Легиона. Они зорко смотрят за происходящим в герцогстве Победы, паря на широко распахнутых серебристых крыльях.

Может, это совпадение, ведь скоро наступит Ночь Падающей звезды. Может, они готовятся к прибытию королевы Офелии.

Или они разыскивают меня.

Когда мы с Гилом замечаем нескольких Гвардейцев, рыскающих по лесу, то сворачиваем со знакомой тропы и прячемся в пещере у подножья небольшого водопада.

– Мы можем отсидеться здесь, пока они не улетят, – говорит он, всматриваясь в окружающие нас деревья. – Я скрыл пещеру вуалью. Это проще, чем прятать два движущихся объекта.

– Прости, – тихо говорю я, прижимаясь спиной к неровной стене. – До сих пор не могу понять, что там произошло.

Гил продолжает смотреть на лес.

– Если Колонисты пытались проникнуть в твой разум, то ты никак бы не смогла это остановить.

– Я думала, они не могут это сделать. Думала… – Слова обрываются, словно сломанная ветка.

«Ты не думала, – мысленно ругаю себя я. – В этом-то и проблема». Я провожу пальцами по запястью. Сколько раз я общалась с Офелией? Так стоит ли удивляться, что кто-то захотел связаться со мной?

Несколько минут мы сидим в тишине, нарушаемой лишь шумом падающей воды.

– Почему ты так хотела попасть наверх? – вдруг спрашивает Гил.

– Мне просто хотелось отыскать девушку. – Голос срывается, и я смотрю на свои дрожащие пальцы. – А вдруг я была ее единственной надеждой?

Гил начинает расхаживать у входа в пещеру.

– Ты единственная надежда, которая есть у нас. Жители Поселения нуждаются в тебе.

– Ты же не собирался возлагать все свои надежды на кого-то вроде меня, – еле слышно напоминаю я.

Он переводит взгляд на водопад:

– Когда ты впервые появилась в Бесконечности, я плохо тебя понимал. Ты боялась сражаться. Боялась навредить Колонистам. Боялась сделать выбор. Но при этом заботилась о других. – Он втягивает воздух, а затем медленно выдыхает. – Возможно, это стоит риска.

У меня в груди все сжимается, пока я пытаюсь осознать, что мне делать с его чувствами. Не думала, что он может довериться кому-то. И уж тем более мне.

– Но с этого момента, если тебе понадобится моя помощь, мы будем работать как одна команда. Вместе. – Мышцы на его шее напрягаются. Не знай я его лучше, решила бы, что задела его чувства. – Я забочусь о тебе, а ты обо мне. Это мое условие.

– Хорошо.

Это все, что мне сейчас приходит на ум. А может, больше ничего и не надо.

Лес наполняется солнечным светом, но в нашем убежище холодно и сыро. Я старательно сдерживаю дрожь, но Гил все равно замечает мое состояние, подходит ко мне и стягивает черную куртку. Я пытаюсь протестовать, но он закутывает меня. И, оказавшись в тепле, тело тут же расслабляется.

– Тебе необязательно это делать, – говорю я.

– Ты о чем? – спрашивает он.

– Необязательно отдавать мне свою куртку только потому, что я замерзла. Мы мертвы… и думаю, джентльменство тоже мертво.

– Это не имеет никакого отношения к джентльменству, – отвечает Гил. – Ты замерзла. Уверен, если бы я дрожал от холода, а у тебя была бы куртка, ты бы отдала ее мне.

– Буду знать, как поступить в следующий раз, – не сдержавшись, шучу я.

Гил откидывает голову назад и слегка приоткрывает губы, погружаясь в свои мысли.

– Ты сказала Шуре, что не считаешь его чудовищем. Это правда?

Он говорит о принце Келане.

– Я знаю, как ты ненавидишь Колонистов. И понимаю, что на первый взгляд они заслуживают ненависти. – Я перевожу взгляд на ботинки.

– Как ты можешь так говорить, зная, что он сделал?

– Мне хочется верить, что добро побеждает зло. Что светлая сторона сильнее темной.

«А еще я видела, как он смотрел на небо, словно отчаянно хотел увидеть звезды», – мысленно добавляю я.

Гил стискивает челюсти:

– Герцог Победы – программа. И он не изменится.

– Знаю, ты не хочешь мне верить, но в нем ощущается что-то большее. У него есть чувства. Он умеет шутить. И интересуется различными вещами. – Я качаю головой. – Принц Келан даже прикрыл меня от взрыва на фестивале Рассвета.

Гил застывает и несколько мгновений молча смотрит на меня:

– Ты никогда не говорила об этом.

– Когда это произошло, мне это не показалось странным. Ведь он думал, что я Колонистка. И не уверена, что он стал бы защищать меня, зная, что я человек. – Я пожимаю плечами. – Но вряд ли бы что-то подобное сделал монстр. Или программа.

– Беспокоясь о нем, ты ведешь себя беспечно, – предупреждает Гил. – Ведь если это помешает нашей миссии…

– Это не так, – уверенно заявляю я. – Честно говоря, я бы сильно обрадовалась, если бы мне не пришлось больше встречаться с ним.

Гил хмурится, но мне трудно понять – от удивления или от недоверия.

Как мне объяснить ему, почему я так сказала? Как заставить его понять, почему мне тяжело находиться рядом с Келаном?

Я чувствую себя виноватой, потому что лгу принцу, от которого видела только доброту. Мне не по себе, когда я смотрю в его серебристые глаза, потому что понимаю: из-за меня они могут закрыться навсегда.

Мне не хочется причинять боль Келану. Но если я смогу отыскать способ, при котором люди и Колонисты смогут сосуществовать…